— А я сегодня же могу пойти на базу и принести продукты, — возразил Егор.
— Не кипятись. Не жалко. Берите ложки, садитесь есть. Как, и ложек нет? Ну что же, будем есть одной, по очереди. Да, у Асана тоже есть ложка.
Ребята уселись вокруг и принялись есть рисовый суп с голубями, заедая лепешками. Котелок опорожнили в один миг.
— Это я шесть диких голубей застрелил, — похвастался Ромка и быстро добавил: — в лёт!
Ромка соврал. После многочисленных промахов по куропаткам он уселся отдохнуть под большое дерево, а на нем любили сидеть голуби. Не большое искусство — стрелять в сидячих!
— Вот он, мой верный Пятница! — И Ромка похлопал Асана по плечу.
— Тоже мне, Робинзон Крузо! — насмешливо отозвался Топс.
— У нашего Миклухо-Маклая никаких Пятниц не было, — тихо сказал Гномик.
— Вот уж, и пошутить нельзя! — сказал Ромка. — Да знаете ли вы, что мы все Пятницы у Асана! Его прислал к нам Гарун.
Тотчас же посыпались вопросы: как, что, почему?
Асан хотел объяснить, но Ромка его опередил. Из довольно сбивчивого объяснения Ромки — а он, когда волновался, всегда говорил скороговоркой — ребята поняли следующее. Егор, докладывая Гаруну о поимке парашютиста, слишком рано повесил телефонную трубку. Гарун хотел с ним поговорить, но когда дозвонился в кишлак, уже не застал его. Поэтому Гарун вызвал пионервожатую Гюльнару и попросил ее послать пионера, хорошо знающего горы, разыскать пионерразведку, ожидающую его у истоков реки Чак, и предупредить, чтобы ребята последние пятнадцать километров шли, не ожидая его. Здесь путь был уже сложнее, и Асан должен был им помочь найти горную вьючную тропу.
— Гюльнара сказала, что лучше итти по долине реки Алматала, по тропинке для тяжело навьюченных лошадей, — сказал Асан.
Он тут же объяснил, что в Пчелиный город на Ореховом холме есть три пути. Вьючный путь идет по долине реки Чак и по долине Алматала, в верховьях которой и помещается главная пасека. Этот путь можно сократить, если итти напрямик через горы от того места, где ребята ловили рыбу. Этот второй путь, от колхоза до Пчелиного города, длиной в пятьдесят пять километров, Гарун и указал ребятам. Есть еще автомобильная дорога. Ее сделали для Зеленой лаборатории, построив три моста, но этот круговой путь, чуть ли не в сто пятьдесят километров, самый длинный и скучный.
— Чего Гарун боится за нас, как будто мы маленькие! — сказал Ромка, не скрывая обиды.
— Наверное, силь там повредил мосты. Но о том пути и разговора нет, — сказал Асан.
— Неужели мы такие несмышленыши? Какая же это разведка, если мы пойдем обыкновенной дорогой! — продолжал Ромка.
Егору стало не по себе. Топс многозначительно засвистел.
— А ты, Асан, хорошо знаешь эти дикие горы? — спросил Гномик.
— Почему дикие? — удивился Асан. — Здесь в долинах много наших колхозных пасек. Пастухи пасут скот. В сентябре сюда придет много сборщиков.
— Ну, можно заблудиться? — не унимался Гномик.
— Заблудиться? — снова удивился Асан и объяснил, что в горах, где вершины гор служат как бы маяками, а пути идут по долинам рек, заблудиться трудно. А если кто и заблудится, то надо итти по течению ручья до реки, а потом по течению реки вниз — и обязательно кого-нибудь встретишь.
На вопрос, откуда он так хорошо знает это, Асан ответил, что летом он работает помощником пастуха.
— А что сказал Гарун насчет запечатанного пакета? — прервал Егор рассказ Асана.
Но тот ничего не ответил. Об этом Гарун ничего не сказал.
— Хоть сегодня и четырнадцатое августа, — начал Ромка, — но раз Гарун прислал Асана…
— Гарун сказал — отдыхайте два дня, — возразил Асан.
— Значит, завтра не пойдем! — не без радости провозгласил Топс. — Мы не спали всю ночь, и отдохнуть не мешает. Все равно скоро вечер.
— Ложись спать! — крикнул Ромка.
— Приготовиться ко сну! — поправил Егор.
Он накормил Барса костями и остатками лепешек и с наслаждением растянулся возле Асана на сухих листьях.
— Чье это жилище? — спросил Егор.
— Я увидел — будет дождь, и приготовил, — кратко пояснил Асан.
«Сделай это Ромка, — подумал Егор, — мы бы об этом услышали двадцать раз. Хороший парень Асан!» решил Егор и заснул.
Дикие пчелы
I
— Подъем! — по-военному прозвучал на всю пещеру звонкий голос Егора, и он вскочил, как всегда бодрый и веселый.
Барс тоже вскочил.
— Почему «подъем»? — сердито возразил Ромка. — Кто здесь сейчас командует, ты или я?
— Ты, — согласился Егор, — я просто забыл об этом.
— А раз я, так лежи, как все, и не объявляй подъема!
Егор послушно лег. Барс удивленно посмотрел на него и тоже лег.
— Подъем! — изо всех сил закричал Ромка.
И все шумно вскочили. Барс радостно прыгал. Он то и дело бросался к выходу, стараясь увлечь за собой ребят.
— Приказываю, — сказал повелительно Ромка: — Егор идет за дровами, Гномик приносит воду, Топс варит суп, Асан — мой связной. Живо!
— А умыванье? — спросил Гномик. — Забыл?
— На умыванье за мной гуськом! — закричал Ромка и побежал из грота.
За ним бежали Егор, Гномик, Топс и Асан. Барс несся впереди.
Голубое, безоблачное небо, теплое, еще не жаркое солнце, щебетанье птиц на умытых дождем деревьях — все было чудесно. Ребята радовались хорошему дню.
— Топсинька, хочешь умываться? — спросил Гномик и тотчас же ответил: — Топсинька хочет! — и, схватив пригоршню воды из ручья, обрызгал Топса.
Топс вскрикнул, потом засмеялся, и все засмеялись. Топс брызнул в отместку на Гномика, но попал в Егора, за которого спрятался Гномик.
— Хлопцы, — сказал Егор, — я иду за дровами. Гномик тотчас же вызвался ему помочь. К ним присоединился Топс, а потом Асан.
— Отставить! — закричал им вдогонку Ромка. — Я уже отдал приказ, кому что делать, а кто его нарушит, получит наряд!
— Нам все равно итти в пещеру, — возразил Асан, — зачем по пути махать пустыми руками? Айда, все понесем дрова. Не большой труд.
— Не возражай! Не вступать в пререкания с командиром! Ты мой связной, понял? — сердито крикнул Ромка. — Что скажу, то и выполняй.
— Ничего, хлопцы, действуйте, как приказал командир, — сказал Егор. — А насчет связного ты, Ромка, эти штучки брось. Ведь мы решили — один за всех, все за одного, вот и выполняй.
— А ты не вступай в пререкания с командиром, — оборвал его Ромка, — а то я и с тобой поговорю!
— Давай поговорим, — с готовностью согласился Егор.
— И поговорим! — угрожающе повторил Ромка. — Не забывайте, что вы на моем иждивении, — напомнил он. — Кто будет бунтовать, сниму с довольствия.
— Тики так? — насмешливо спросил Егор.
— Ой-ой, гроза, а не командир! — И Топс схватился за голову и подмигнул ребятам.
— Вполне серьезно, нечего тебе смеяться, Топс. А кто будет слушаться, выдам табачное довольствие!
— Откуда у тебя такое? — удивился Егор. — Ты же не куришь.
— А вот нашел, — сказал Ромка и вытащил из кармана небольшую старую трубку с коротким мундштуком и кисет.
— Где ты нашел? — спросил Егор.
— Это я нашел, — заметил Асан.
— А ну, Ромка, покажи! — И Егор протянул руку. — Может быть, это не просто трубка.
— Не захочу — и не покажу.
Егор не стал упрашивать, но тотчас же решил сделать все, чтобы не зависеть от капризов Ромки.
— После завтрака, — сказал Егор, — я схожу на охоту, чтобы не сидеть на твоих хлебах.
— Здесь самые богатые охотничьи места, — подтвердил Асан.
— Пожалуйста, подумаешь! — ответил Ромка.
Он был рад, что Егор уйдет. Он сам понимал, что «зарвался», но не хотел снижать тон, чтобы не подумали, что он отступает.
— Возьми трубку, — вдруг сказал Ромка, протягивая Егору трубку.
Но Егор тоже «показал характер» и трубки не взял.
— Не надо, — сказал он. И Ромка опять обиделся.
Мальчики сели завтракать. Ромка ел молча и злился и на Егора и на себя.