ПРЫЖОК В ВОДУ
За жемчугом речным вниз головой сквозь воду
То голубую то как охра в непогоду
Тень впереди тебя летит в стальную мглу
Рога трубят Тра-ра ветра гудят У-у
Вниз головой глаза открыты промельк плоти
И ноги буквой «V» распахнуты в полете
А корабли плывут волне наперерез
И поезд берегом ползет прополз исчез
ПАРОМЫ
По Рейну движутся паромы
Весной и летом там и тут
На них паромщики как дома
И тянут лямку и живут
За годом год снуют паромы
Покуда не уснут на дне
Влекут их цепи в глубине
Невидимы и невесомы
Паромщик в будке день-деньской
Проводит на лежанке сгорбясь
Святого Христофора{21} образ
Да перед ним цветы весной
Да четки да его услада
Две-три бутыли под столом
С прозрачным золотым вином
Иного старику не надо
Когда же колокол зовет
С ночного берега порою
Под ливнем или под луною
Паромщик крестится и вот
Встает обувку надевает
Гремит цепями гонит сон
Святого Христофора он
Себе на помощь призывает
Входите все И ты Христос
И вы ребята и красотки
Здесь места больше чем на лодке
Вам для любви молитв и слез
А все ж ему милей картина
Карет погруженных на борт
Все вдоль реки плывут Он горд
Что правит поперек стремнины
До смерти кружат по волне
Паромщики снуют паромы
В воде их цепи невесомы
И не видны на глубине
До изнуренья до истомы
Тяни паром тяни паром
Туда оттуда чередом
По Рейну движутся паромы
РАЗНЫЕ СТИХОТВОРЕНИЯ
«В небе моем, как на синем поле…»
В небе моем, как на синем поле,
Осыпаются грезы, гаснет звезда.
Все мои грезы — сны, и не боле,
И не свершаются никогда.
Не каждая ива — плакучая ива,
Не у каждой розы розовый цвет.
Я знаю героев, бегущих трусливо,
И дверь, на которой запоров нет.
Ни страсти, ни пыл ничего не значат.
Все, что мы говорим, есть ложь.
Сердце отноет. Глаза отплачут.
А с голого разума что возьмешь?
СВАДЬБА{22}
Той, что отправилась на океанский берег
Мой пыл сегодня был с разлукой обручен.
Что ваше отрочество? Только ли свидетель
Того, как он сникал у ног ее, в ответе ль
За то, что нежностью смирен — и обречен?
Посланец страсти на пирах нагого лета,
Где небо греческим опять готово стать,
Он, маленький божок, другим богам под стать
Ревнует и не спит до самого рассвета.
В САДУ АННЫ{23}
Право же если бы мы жили в тысяча семьсот
шестидесятом
Это та самая дата Анна которую вы разобрали на
каменной лавке
И если бы к несчастью я оказался немцем
Но к счастью оказался бы рядом с вами
Мы бы тогда о любви болтали
Двусмысленно и что ни слово по-французски
И на моей руке повисая
Вы бы страстно слушали как развешиваю словеса я
Рассуждая о Пифагоре а думая о кофе
О том, что до него еще полчаса
И осень была бы такой же как наша точно такою
Увенчанная барбарисом и виноградной лозою
И порой я склонялся бы взор потупив при виде
Знатных тучных и томных дам
В одиночестве по вечерам
Я сидел бы подолгу смакуя
Рюмку мальвазии или токая
И надевал бы испанский наряд выбегая
Навстречу старой карете в которой
Приезжала бы меня навещать
Моя испанская бабка отказавшаяся понимать
немецкую речь
Я писал бы вирши напичканные мифологией
О ваших грудках о сельской жизни
О местных дамах
И поколачивал бы крестьян упрямых
О спины их трость ломая
И любил бы слушать музыку ее заедая
Ветчиной
И на чистом немецком я клялся бы вам утверждая
Что невиновен когда бы меня вы застали
С рыжей служанкой
И на прогулке в черничном лесу заслужил бы
прощенье
И тогда замурлыкал бы тихий припев
А потом мы бы слушали с вами как между дерев
с тихим шорохом в лес опускаются тени