Под мотивационным полем подразумеваются все биогенетические витальные, социальные и идеальные рефлексы [44] и свойства соматопсихохимии индивидуальности (генофонда) – в связи с природно-социобиологической средой (разнообразными предметами удовлетворения (мотивами)). Фактически, человеческая особь и есть само мотивационное поле (генофонд), вооруженное сенсорными детекторами, эмоционально-волевым и нравственным подкреплением [21], а также познавательной «системой обеспечения» реализации инстинктов (внимание, память, мышление, воображение). Таким образом, рефлексы «видят», «слушают», «осязают», «чувствуют», «мыслят», «разговаривают», «ходят», «действуют», дабы достичь своей цели: максимального гедонического насыщения в сфере положительного и даже отрицательного значимого.
14
Мы не используем здесь понятия экономического базиса и духовной и политической надстройки, как чего-то «низшего» и «высшего» по признаку уровня способностей людей, т. к. деятелям «духовного» производства (в том числе, и в материальном производстве), с известной оговоркой, присущи все рефлексы видового генофонда. Точно так же, под «иерархическими уровнями» социума, системы управления «низшего», «среднего» и «высшего» звеньев, понимается, лишь условная дифференциация их по признаку уровня экономического положения, «уровня жизни» (и соответствующих способностей).
15
Проблема образования (начального, среднего, средне-специального и высшего) так или иначе связана с наследственными способностями генотипов. Следует отметить, что прямой зависимости «уровня образованности» и «уровня» способностей не существует; хотя определенный отбор учащихся и студентов по некоторым интеллектуальным и профессиональным качествам, в не массовые учебные заведения (например, музыкальные, художественные училища, училища физической культуры; разноспециальные вузы) – имеет место.
Посвящает ли себя человек в дальнейшем умножению материальных благ, власти, богатства или отдается всецело служению искусству или науке, зависит, судя по всему, все-таки от принадлежности его к определенному сигнальному конституциональному типу. Однако исключения на этот счет имеют место быть, особенно на «высших уровнях развития» людей.
16
По большему счету, границы между генетическими нормой и патологией (психические, психосоматические, «нервные» болезни) часто бывают размыты. Так, расщепление психики у «левополушарного» и «правополушарного» творческих типов, – есть не что иное как шизофрения, а творческий процесс (поиск, воплощение замысла) и его естественная остановка по характеру протекания больше напоминает маниакально-депрессивный психоз. Между тем, наследственное слабоумие (олигофрения) вообще мало поддается внешней коррекции, и, наоборот, гениальность граничит с помешательством, что является своеобразной генетической нормой [12]. То же самое можно сказать о психопатиях и неврозах, которые наблюдаются у людей и массовых и не массовых профессий.
17
По сути, те же формулировки Н. Гончаренко, как исследователь гениальности, использует и в отношении художественного творчества («первосигнального» инстинкта специально человеческого типа), справедливо полагая, что «.. тот и другой (ученый и художник. – Авт .) часто берут одно и то же, но видят в нем разное, по-разному реагируют на него, воспринимают иначе. Художник смотрит на природу часто как на средство выразить свои чувства (но также и «мысли чувств». – Авт .), пробуждаемые ею; ученый хочет понять и выразить ее внутренние причинно-следственные связи, ее закономерности, свойства (но также и собственные «чувства мыслей». – Авт. )» [12; с. 224].
18
Помимо формального аспекта, – (количественной и качественной) сторон системного подхода, – его (подхода) моносистема характеризуется и понятийно-содержательным формализованным аспектом, которые в единстве отражают «слитность» (не изолированность и не «взаимообусловленность», тем паче, «противоположность») содержания и формы конкретного объекта изучения. Это и означает тождество познания объекта на одной и той же, – фактически, формальной, – «базе».
19
Симультанность – фр. simultané – одновременный; лат. simul – в одно и то же время. – Прим. ред.
20
В данном случае, В. Орлов отстаивает принципы материализма, основываясь на так называемой субстратности материи, предполагающей статичное, в определенном смысле, видение мозга («материальный орган» с «идеальной функцией»), хотя на деле, этот «неподвижный» орган, по И.П. Павлову, функционирует, «работает». «Работа» заключается не только в продуцировании процессов возбуждения и торможения, их саморегуляции, включая аналитико-интегративные процессы того же мозга, но и в «совсем уж материальной» нейрохимии процессов (шире – нейрогуморальной химии), как «базы» темперамента(!), условно-рефлекторной деятельности, – притом во всех аспектах, а не одном, лишь измусоленном «сознании» от философии марксизма.
Наконец, и сам субстрат не остается в стороне, но в «слитом» триединстве морфопсихохимического, – функционирует и саморазвивается, а также видоизменяется, как в собственно текущей адаптации, так и в онтогенезе особи.
А посему открытое признание прикамского философа, зачем-то взявшегося судить-рядить о непонятном для него предмете, вызывает только восхищение: «Остается много неясного (притом, что ясен свой «законченный материализм». – Авт. ) в природе сознания, его субъективной, идеальной (?) стороны, в связи (?) психики и мозга, психики и физиологических процессов (?!)… [45; с. 15]. Но именно в конкретном прояснении проблем «соединения» двух «содержаний» психологии-физиологии с позиций интегрального подхода, заложен «ключ» к решению всех остальных (но прежде – ценностно-мировоззренческих) проблем.
21
А вот еще вариант видения мирового развития и его изменчивости, с позиций понимания движения материи как самодвижения (!): «Самодвижение материи (абсолютное, безусловное, вечное, полное), – считает Л. Петрушенко, – отличается (?) от самодвижения ее объектов (относительного, условного, преходящего, частичного). Но, будучи диалектически взаимосвязанным (?) с последним, самодвижение материи не только абсолютно, но и относительно, не только вечно, но и преходяще и т. д.» Любопытно то, что автор тут же сам себя опровергает: «Ключ к пониманию самодвижения лежит в самой действительности; движение материи выступает как самодвижение, в отношении внутренней противоречивости (?) материи; в отношении универсального взаимодействия всех тех объектов, субстанцией которых является материя; в плане самосохранения (устойчивости) и само(!)изменения (изменчивости); в плане развития (саморазвития. – Авт .) материальных объектов. Иными словами, источник самодвижения следует видеть во внутренней противоречивости(?) материи, универсальном взаимодействии». «Самодвижение присуще «от природы» миру (материи), – вновь разделяет Л. Петрушенко, – и его вещам, явлениям, процессам. В нем выражается тот факт, что несотворимые, неуничтожимые и неразрывно связанные («слитые» в одно и то же целое. – Авт .) материя и движение «являются своими собственными конечными причинами…»; что субстанция является «причиной самой себя»» (цит. по К. Марксу и Ф. Энгельсу) [35; с. 207–208].
Как видим, речь идет о самодвигателе (!), фактически, одной и той же внутренней причине под названием «материя» (самопричине «изнутри»), а посему и мысль философа о некоем «отличии» последней от самой себя («извне»), логически неправомерна. Следовательно, условность, производность, относительность и пр. касаются отнюдь не материального взаимодействия систем объектов, «отличных» от самой материи, но абсолютно относительных взаимодействий этих же объектов как бы изнутри – в пределах абсолютной материальности.
22
Праксиология (реже праксеология; от др.-греч. πράξις – деятельность, и λογία – наука, учение) – учение о человеческой деятельности, о реализации человеческих ценностей в реальной жизни. – Прим. ред.