Нашим авиаторам были засчитаны пять сбитых «Юнкерсов-87»: капитану Сафонову, старшему лейтенанту Коваленко, младшим лейтенантам Покровскому и Максимовичу, а также старшине Семененко. Такое большое число засчитанных сбитых самолетов говорит о том, что наши летчики провели не одну атаку по «штукам», а несколько. При этом наши истребители не получили даже пробоин. У Рыбина же описание этого боя выглядит следующим образом: «Прикрываясь кучевой облачностью, североморцам удалось незаметно приблизиться к вражеским бомбардировщикам и снизу их атаковать. Истребители сопровождения не успели перехватить И-16… в результате этой внезапной для противника атаки…». Облачность в этот день стояла 7 — 10 баллов высотой 300 — 1000 м, но в наших документах ничего не говорится о том, что группа И-16 незаметно подошла и снизу атаковала Ju87. Атаки могли быть и сверху. И уж совсем полной ерундой выглядит утверждение, что «истребители сопровождения не успели перехватить И-16», так как находившиеся поблизости Ме-109 и Ме-110, спикировав с высоты, легко могли догнать И-16. Причиной абсолютно безнаказанных атак И-16 по «штукам» в данном случае являлась банальная плохая осмотрительность пилотов «мессеров», имевших значительное превышение над «Юнкерсами» и неотработанность взаимодействия и просчёты в системе боевого управления.
Зато действия наших летчиков-истребителей 4 и 28 марта 1942 г. Рыбин преподносит с самой неприглядной стороны, причем, совершенно не пытаясь разобраться в обстоятельствах этих боевых эпизодов. Штурмовые налеты на аэродром Луостари 4 марта 1942 г. стали заметным событием в данный период боевых действий в Заполярье и по его результатам был составлен отчет, копии которого хранятся в архивах ЦВМА и ОЦВМА, и каждый исследователь боевых действий в небе Заполярья наверняка с ним знакомится, а поэтому стоит подробнее остановится на этом боевом эпизоде.
Наше командование в то время не имело возможности сравнить результаты налета с данными противника о его потерях, поэтому более-менее объективный анализ этой операции можно произвести только в наше время. Для составления сделанного мною описания использованы следующие источники: «Оперативные сводки частей ВВС СФ» 6*, «Штурмовой удар по аэродрому Луостари 4.03.42 г.» 7*, «Журнал учета боевых действий ВВС СФ» 8*и книга Эрика Момбеека «Eismeerjager. Zur Geschichte des Jagdgeschwaders 5. Band 2».
Предыстория этой операции была следующая. Как известно, 23 февраля 1942 г. в Кольский залив прибыл союзный конвой PQ-11. 'ашистское командование на самом высоком уровне поставило задачу уничтожения конвоев, идущих из Исландии в Мурманск. В этой связи командование 5-го Воздушного флота начало перегруппировку своих сил, стягивая свою авиацию на Мурманское направление. 26 февраля в 17:40 немцы после долгого перерыва произвели здесь бомбардировочный налет группой в составе 6 — 10 Ю-88, 10 Ме-109 и шести Ме-110. Целью налета, очевидно, были транспорты конвоя PQ-11, но за 5 минут до налета на прикрытие судов и кораблей взлетели 18 «Харрикейнов» из состава 78-го ИАП. Вражеские самолеты вынуждены были развернуться на обратный маршрут от Мурманска и сбросили бомбы в районе главной базы флота Полярное, не причинив никакого вреда.
1 марта в связи с участившимися налетами фашистской авиации на Мурманском и Кандалакшском направлениях вышло боевое распоряжение командующего Карельского фронта нанести удары по аэродромам противника. ВВС Северного флота должны были бомбить аэродромы Хебуктен и Луостари, а ВВС 14-й армии — аэродромы Алакуртти и Рованиеми. Штурмовой удар командование ВВС СФ назначило на 3 марта. Организация налета была возложена на командира 78-го ИАП, тем самым ему была предоставлена свобода действий в определении своим решением порядка и времени нанесения удара, что, как показали дальнейшие события, было весьма правильным, но не было оценено командованием ВВС СФ. Командир 78-го ИАП выделил для проведения операции три группы «Харрикейнов», всего 24 истребителя — почти весь авиаполк:
— первая ударная группа, девять «Харрикейнов» 1-й эскадрильи, оснащенная РС-82, по плану первой заходила на цель — стоянки самолетов;
— за ней шла вторая группа подавления ПВО аэродрома — восемь «Харрикейнов» 2-й эскадрильи, которые также были оснащены реактивными снарядами;
— третья группа, семь «Харрикейнов» 3-й эскадрильи, оставаясь на высоте 1200 метров, должна была на отходе прикрывать две ударные группы и сковывать истребители противника.
Перед нанесением удара командир 78-го ИАП совершенно правильно спланировал предварительную воздушную разведку аэродрома Луостари для выявления расположения на нем самолетов. 3 марта погодные условия не позволили выполнить крупный налет: облачность стояла 7–8 баллов высотой 300 — 2000 м, местами до 10 баллов, периодически налетали снежные заряды, видимость колебалась от 1 до 5 км. В этот день удалось произвести только разведку аэродрома Луостари последовательно тремя группами. Первой в 12:00 пповела разведку с высоты 3200 метров четверка «Харрикейнов» 78-го ИАП. Стоит заметить, что, несмотря на то, что «Харрикейны» имели весьма невысокую скорость полета, немецкие истребители не смогли перехватить их.
4 марта в 12:00–12:05 группа, насчитывавшая 24 «Харрикейна», стартовала и через 20 минут уже оказалась в районе цели. Метеоусловия по маршруту полета были сложными: облачность 6–8 баллов высотой 600 — 1500 метров, временами шли снежные заряды. Тем не менее, выход на цель был точным: «Харрикейны» подошли к авиабазе на бреющем, совершенно неожиданно для противника. Как и планировалось, первой зашла на цель ударная группа восемь «Харрикейнов» 1-й эскадрильи. Атака была произведена с одного захода с севера на юг. Три бомбардировщика (два «Юнкерса-88» и один «Хейнкель-111»), а также одно здание, были обстреляны реактивными снарядами и пулеметным огнем. На отходе летчики заметили взлетевшие с южной части аэродрома два Ме-109, которые в бой не вступили и улетели на запад. ПВО аэродрома среагировала с запозданием, зенитные пулеметы и автоматы начали стрелять лишь вслед первой ударной группе.
Вторая группа, в задачу которой входило подавление ПВО, вышла на цель через одну минуту, обстреляла капониры, землянку, автомашины и зенитные точки аэродрома, заставив их замолчать. В результате все самолеты так же благополучно вернулись на свой аэродром. Тем временем группа прикрытия в составе семи «Харрикеинов» 3-й эскадрильи, согласно плану, набрала высоту 1200 метров в 25 километрах от цели и заняла зону ожидания. Задача этой группы — «сковывание истребителей и уничтожение в воздухе». В одной атаке с малой высоты ударные группы не смогли израсходовать весь боекомплект. При возвращении на свой аэродром пилоты атаковали еще и колонну немецких автомашин.
Результаты удара истребителей 78-го ИАП фиксировал разведчик Пе-2 из состава 2-го ГКАП в сопровождении «Харрикейнов», который прошел на высоте 2000 м над аэродромом Луостари через 40 минут после налета. Экипаж «пешки» обнаружил четыре — пять поврежденных капониров и был обстрелян сильным огнем зенитной артиллерии. При подходе к аэродрому один Ме-109 взлетел и шел на хвосте «Петлякова» до реки Западная Лица, где ушел в сторону.
После посадки «Харрикейнов», находящийся на аэродроме начальник ВВС ВМФ генерал-лейтенант Жаворонков поблагодарил летчиков за выполнение боевого задания. Однако, несмотря на вполне успешный налет, командующий ВВС СФ решил, что желаемого результата достигнуто не было. Это была вполне реальная оценка, так как «Харрикейны», даже оснащённые РС-82, вряд ли могли нанести большие потери противнику. Командующий отдал приказ: нанести сразу же после подготовки повторный удар теми же силами, по этому же аэродрому Луостари. Причиной этому, очевидно, стало то, что ударные «Харрикейны» не смогли израсходовать положенное количество боеприпасов, и на аэродроме не возникло пожаров.