Уже слишком поздно. Я отвлекся и забыл о реальной опасности.
Каждый раз, когда они реально стремились к близости, я был в состоянии помешать этому. Но я понимал, что так не может продолжаться вечно. Как много всего я упускаю в выполнении своего долга из-за своей навязчивой идеи о Лили.
Фрэнни
Большая часть одежды уже валяется на полу, и мы движемся на большой черной кровати Люка в такт мелодичной музыке, доносящейся из стерео. Мне отчасти жаль, что сейчас он не может коснуться меня своей сущностью, как делал, когда еще был демоном.
Моя память восстанавливает это переживание, чтобы заполнить пустоту. Есть что-то нереальное в том, чтобы смешаться с сущностью безумно влюбленного в тебя парня, даже если он является демоном. Но ощущение его кожи, его близости, такой, что я вряд ли буду ближе к какому-либо другому человеку - все, что мне нужно в настоящий момент. То, что он не мог себе позволить, пока оставался демоном, иначе мне был бы уготовлен путь в ад.
Но теперь он человек, отмеченный небесами. Я хочу близости с ним, и ничто не может этому помешать.
Когда Тейлор подбросила мне презерватив перед встречей с Люком, поначалу меня это несколько смутило. Я не задумывалась прежде о его необходимости. Но теперь, когда я знаю, что он лежит в моей сумке, что-то внутри меня сжимается от предвкушения.
Люк целует меня в ушко, нежно нашептывая:
- Ты в порядке?
Я улыбаюсь ему.
- Все прекрасно.
- Ты выглядишь так, словно витаешь где-то далеко.
- Вовсе нет. Я здесь, с тобой. - Я прижимаюсь к нему крепче. - Я люблю тебя.
Его губы трогает улыбка.
- Я знаю.
Он приподнимается на локтях и наклоняется, чтобы поцеловать меня. Когда смысл сказанного им доходит до меня, я отталкиваю его.
- Скажи это.
- Что?
- Ты знаешь.
Его лицо выглядит растерянным.
- Я не знаю.
- Ты никогда не говоришь, что любишь меня.
- Не будь смешной, - нахмурился он.
Неправильный ответ. Я ощущаю, как начинает пылать мое лицо и шея, свидетельствуя о мощном приливе гнева, с которым я не в состоянии справиться в данный момент. Я отодвигаюсь от него, пытаясь увеличить расстояние между нами, и откидываюсь на подушки.
- Почему ты просто не можешь сказать этого?
- Фрэнни, это всего лишь слова.
У меня скручивает живот, поскольку правда равносильна пощечине.
Как я могла быть настолько глупой?
Я отпихиваю его и сажусь.
- Знаешь что? Забудь, - огрызаюсь я, натягивая джинсы.
- Фрэнни…
Я останавливаю его, отмахнувшись рукой. На ходу натягиваю футболку и направляюсь к двери, до того как он последует за мной. Он пытается остановить меня, положив руку на мое плечо. Меня снедает желание стукнуть его, но мне нужно выбраться раньше, чем я разревусь.
Я резко скидываю его руку и бросаюсь к двери. Одна из моих сандалий соскакивает, но мне все равно. Я уже перед дверью, но треклятые замки задерживают меня, и он успевает меня схватить.
- Фрэнни, послушай меня.
Его руки упираются в дверь по обе стороны от моей головы, его горячее дыхание касается моего уха. Рыдание застревает в моем горле, собираясь с силами, чтобы прорваться.
- Я… все в порядке, - выдавливаю из себя я, пытаясь открыть замки.
- Мне нужно на работу.
Он прижимается к моей спине, и обхватывает меня за талию. Я злюсь на свое глупое сердце, реагирующее на его прикосновение. Я злюсь еще больше, потому что слезы стекают по моим щекам, и я ничего не могу с эти поделать.
- Я никогда не говорил этого, - почти шепчет он, - потому что слова не в состоянии выразить…
Я открываю последний замок и хватаюсь за дверную ручку, и тут до меня доходит смысл сказанных им слов. Я замираю, прислонившись лбом к двери, заставляя себя дышать. Люк разворачивает меня к себе, его ладони ложатся на мое лицо. Он не сводит с меня взгляда.
- Боже, я люблю тебя. - Его глаза сияют. - Я люблю тебя всем своим существом.
Его голос срывается на последнем слове, и он делает глубокий вдох. Его губы плотно сжимаются, прежде чем он отводит от меня взгляд.
Он отходит к кухонному столу, немного пошатываясь, и опирается на него, чтобы не потерять равновесие. Мое сердце сжимается, когда я вижу, как его голова опускается, и он замирает.
- Я так люблю тебя, что это причиняет боль, - наконец произносит он так тихо, что я едва могу его расслышать.
Я все еще стою возле двери как вкопанная. Я пытаюсь открыть рот, чтобы что-то ответить, но не знаю, что я могу сказать. Мой мозг не в состоянии подобрать нужных слов, и даже если он сумел бы, я была бы не в состоянии произнести их.
Он отталкивается от стола, подносит руку к лицу и медленно оборачивается ко мне, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами. Он откидывает голову назад, закрывает глаза и пытается восстановить дыхание.
- После семи тысяч лет я был уверен, что познал и испытал абсолютно все. - Он вздрогнул, затем снова посмотрел на меня; его взгляд был полон муки. - Я понятия не имел, что подобное возможно. - Он поднес кулак к сердцу, там его и оставил. - Я и представить себе не мог, что буду так остро в чем-то нуждаться… в ком-то… так всепоглощающе.
Он умолкает и снова опускает голову. Прежде чем я успеваю сообразить, в чем дело, мои ноги сами идут к нему, а руки обнимают его. Я опускаю щеку ему на грудь и слышу, что его сердце колотится так же быстро, как и мое, когда он заключает меня в объятья.
- Ты - моя жизнь, Фрэнни, - выдыхает он мне в волосы. - Господи, ты для меня все.
Он отрывает меня от земли, покрывая поцелуями, и следующее, что я осознаю, что одежда сорвана, а мы лежим в его постели. Его поцелуи становятся глубже, даже при том, что я понимаю, что это в принципе невозможно, словно его душа проникает в мою душу. И его душа наполнена такой всепоглощающей любовью, что слезы снова наворачиваются мне на глаза. Он отстраняется и вытирает мои слезы, я замечаю, как дрожат его пальцы, и вижу вопрос, застывший в его глазах.
Я отвечаю на него поцелуем, пытаясь вложить в него всю имеющуюся у меня любовь. Мы опускаемся на простыни, наши тела сливаются, словно больше ничего не существует.
Только он и я.
Наши души парят, позволяя Люку вознести меня на небеса.
Глава 9
Ради небес
Фрэнни
Мое лицо пылает, и что-то щекочет внизу живота, когда я вспоминаю вчерашний вечер. Я прохожу мимо двери Люка, фактически принуждая себя направиться к Лили. Правда заключается в том, что если я зайду к Люку, то уже вряд ли дойду до Лили.
- Привет, Фрэнни, - произносит она, распахивая дверь.
Она, как обычно, страдает от жары, и бусинки пота украшают ее верхнюю губу.
- Готова отправиться за платяным шкафом? - уточняю я.
Она пожимает плечами.
- Думаю, да.
Она выходит в коридор и запирает дверь. Я бросаю взгляд сожаления на дверь Люка, когда мы проходим мимо.
*
Лили ведет свой фургон к моему дому, вернее, к гаражу.
Я выпрыгиваю и направляюсь к гаражу, задохнувшись от пыли, которая висит в воздухе. Я задерживаю дыхание и рискую войти. Отец копошиться в дальнем углу, подняв пыль столбом.
- Привет, пап, - говорю я, натягивая футболку на нос и рот.
Он опирается на метлу, развернувшись ко мне.
- Фрэнни. Пришла, чтобы протянуть руку помощи своему старику?
Пот стекает с него ручьями, оставляя коричневые дорожки на его лице, и, когда он улыбается, его зубы кажутся невозможно белыми на фоне его грязной кожи.
- Не совсем, - отвечаю я, пожав плечами.
- Ты не видел старый платяной шкаф?
Он разворачивается и смотрит в угол, где этот предмет мебели похоронен под кучей прочего барахла.
- Платяной шкаф Мэтта? Да.
- Я могу отдать его Лили?
- Кому?