Высунув голову в третий раз, он увидел Мартора, буквально тащившего Одри Махаллан в ангар.
– Что все это значит? – спросила она нетерпеливо, когда они стали садиться в коляски.
Хайден повернулся к Мартору.
– Можешь раздобыть дополнительный комплект стремян? Паренек подозрительно посмотрел на него.
– Но зачем?
Хайден обернулся к Махаллан и тихо сказал:
– Сражение проиграно. Поедемте со мной, если хотите жить.
Ее глаза расширились. Она посмотрела в открытые двери как раз в тот момент, когда под ними показался черный корпус.
– Пригнись! – Хайден схватил ее и толкнул за выходной патрубок двигателя, мимоходом отметив, какие у нее красивые плечи. Вокруг защелкали пули. Позади два стрелка забились в конвульсиях и, словно споткнувшись, завалились вперед и повисли на конце веревок.
Обри вскрикнула и закрыла глаза.
– Нужно уходить, – сказал Хайден. – Немедля! «Ладью» вотвот возьмут на абордаж. Вы представить себе не можете, что они сделают с вами, если поймают.
Стрельба прекратилась, поскольку пират снова исчез из виду. Обри Махаллан выглянула в расчерченное пулями пространство с посиневшим от оружейного дыма воздухом и закусила губу, не зная, что делать. Потом сердито оттолкнула Хайдена.
– Убирайтесь, – прошипела она. – А я нужна здесь.
– О чем вы говорите? Вас же убьют, если останетесь!
– Я не могу уйти. – В ее взгляде сквозило безумие. – Слишком многое произошло… слишком многое поставлено на карту. Это было бы…
– Подумайте и сделайте выбор, Обри. Она сердито покачала головой.
– Прекрасно. Я свой сделала. А вы удирайте, если вам так хочется.
Изумленный, Хайден не успел ничего сделать – в следующее мгновение она уже была у внутренней двери. Мартор, возвращавшийся с запасными стременами, недоуменно посмотрел на проскочившую мимо Обри.
– Что ты ей сказал? – завопил он. В этот момент чтото тяжелое плюхнулось в коляску, и байк качнулся.
– Эй! – закричал рыжеволосый боцман, державший подмышкой моток веревок и связку ракет. – Давай, посыльный! Трогай!
Хайден ругнулся и забрался на байк.
– Ну же, Мартор! Без тебя нам никак! – Они с боцманом затащили упирающегося парня в коляску. Хайден мельком глянул вниз и, удостоверившись, что пиратов под ними нет, потянул за предохранитель. Байк провалился в темноту, и он машинально крутанул вентилятор и зажег горелку.
Два пассажира у него за спиной разговаривали, то и дело переходя на крик.
– …к сетям, – сказал боцман, когда двигатель включился, и они ушли в сторону как раз вовремя, чтобы не столкнуться с приближающимся пиратским кораблем. – Хватай мину сетью и зажигай ракету. Только сначала убедись, что не направил ее в сторону «Ладьи». А если сможешь нацелить на пирата – отлично!
Боцман повернулся на месте и ткнул Хайдена в живот.
– Двигай отсюда! «Ладью» сейчас возьмут на абордаж!
Хайден молча подчинился. Байк развивал большую скорость, даже с пристегнутыми колясками, и в этом заключалась опасность, поэтому приближаться к заминированному участку пришлось не плавно, а короткими рывками. Это еще больше разозлило боцмана, который не скупился на издевательские реплики. Между тем вокруг продолжало бушевать сражение – рядом, возле «Ладьи», и вдалеке, в облаках, озарявшихся грозовыми вспышками. Разнотонные звуки, от ворчания до рева, странным эхом отражались от едва видного за туманами ледяного поля.
Первая мина вынырнула из темноты в нескольких ярдах прямо по курсу. Хайден пару раз качнул мотор, и боцман, приподнявшись, попытался поймать металлический шар сетью. Сеть крепилась к ракете размером в полруки; боцман зажег ее, и байк осыпало искрами. Хайден на секунду прикрыл глаза, а когда убрал ладонь, ракета уже уносилась вдаль, унося мину в зиму.
– Следующая! – проревел боцман. Хайден повернул байк и оглянулся. Два корабля, «Ладья» и пират, уже состыковались, и между ними мелькали фигурки людей.
Он посмотрел в другую сторону. Там, вдалеке, сияли, маня к себе, огни туристической станции. Он мог бы спасти их обоих, Мартора и Обри, если бы только придумал, как забрать ее с «Ладьи».
Слишком поздно, с болью понял он. Для нее слишком поздно. Но не для Мартора.
Боцман поджег другую ракету.
– Следующая! Мы должны расчистить проход для «Ладьи», чтобы она смогла пролететь!
– Ладно, ладно!
Сердце колотилось. Ну почему всегда одно и то же: только успеешь когото узнать, как тут же получаешь шанс потерять ставшего близким человека?
Да, он знал Обри Махаллан лишь несколько дней. Да, всего лишь месяц назад он хотел пожертвовать свей собственной жизнью, лишь бы нанести удар Слипстриму. Его злейший враг дрался сейчас за свою жизнь на «Ладье», и Хайдену оставалось лишь от всей души желать всего самого худшего для этого корабля и всех находящихся на его борту.
Но когда он вылетел из Гейвина с винтовкой в руке, чтобы встретить огнем крейсеры Слипстрима, его мать решила собственную судьбу в незажженном солнце Эйри. И пока Хайден беспомощно падал в далекую зиму, она умерла. Готов ли он допустить, чтобы с Обри произошло то же самое?
Он чертыхнулся и крепче сжал руль байка.
– Следующая! – вопил боцман, и Хайден поворачивал байк, чтобы найти еще одну мину в зеленом свете сигнальных ракет Мартора.
На мгновение в поле его зрения попала вся картина битвы. Корабли Слипстрима сражались лучше, и несколько пиратских судов уже превратились в безвольно дрейфующие развалины, окруженные обломками и телами убитых. Превосходство дисциплинированных экипажей Фаннинга начало сказываться. Проблема заключалась в том, что пираты могли использовать в качестве прикрытия облака; они появлялись на безопасном расстоянии, давали залп и исчезали.
Теперь, когда он мог видеть всю перспективу, Хайден понял, что пираты прячутся в облаках лишь с одной стороны – той, где висели скрытые в тумане айсберги. Там им ничто не угрожало, потому что ледяные глыбы не двигались. Это были настоящие гигантские сосульки, свешивающиеся с внешней оболочки Вирги. Начало падение одной из них он как раз и наблюдал перед самым сражением.
Это навело его на мысль.
– Следующая! – Хайден оглянулся. Мин было слишком много, и они никак не могли расчистить проход для «Ладьи» до того, как исход схватки не решится в пользу той или другой стороны. Он повернул к ближайшей мине, сделав так, чтобы она оказалась на стороне Мартора.
– Давай, крыса, лови ее, – сказал боцман, вручая Мартору веревку и ракету. Парень злобно оскалился и подался вперед, чтобы накинуть на мину лассо.
Хайден вытащил свой нож и перерезал ремень безопасности. Боцман наблюдал за Мартором и ничего не заметил. Хайден взял сеть и набросил ее на голову боцмана.
– Эй! Ты, ублюдок, смотри что ты…
Хайден зажег привязанную к сетке ракету как раз в тот момент, когда Мартор запалил свою. Искры посыпались отовсюду, и они оба торопливо пригнулись, закрыв глаза. Когда Хайден поднял голову, ни мины, ни боцмана уже не было.
Мартор в недоумении уставился на пустое место.
– Куда это он пропал?
– Не знаю. – Хайден удивленно развел руками. – Секунду назад был здесь, а теперь нет. Должно быть, поймал шальную пулю.
Вдалеке, если знать, куда смотреть, гаснущий уголек уткнулся в облачную гряду и исчез. Проводив его взглядом, Хайден повернулся к Мартору.
– Послушай, «Ладью» это не спасет. У меня есть идея получше.
Он приблизился к следующей мине, и Мартор набросил на нее сеть.
– Не зажигай ракету, – сказал ему Хайден. – Просто возьми ее на буксир. – Они проделали то же самое со следующей миной и с еще одной. Скоро позади байка болталось пять мин.
– А теперь уходим отсюда.
– Но адмирал приказал… – Мартор судорожно вцепился в края коляски – байк рванулся вперед. Они вырвались из заминированного пространства и устремились в туман, где скрывались айсберги. Подальше от битвы.
– Зажги больше сигнальных ракет. Нужно видеть, куда мы движемся. – Хайден влетел в облако, не сбрасывая скорости, полагаясь на интуицию, всегда подсказывавшую, где таится опасность.