И, наконец, в одном из кресел, восседала леди Элеонора Редлифф. Несмотря на совершенно седые волосы и глубокие властные морщины у рта, никто бы не осмелился назвать ее старой. С царственной осанкой и твердокаменной уверенностью на лице в свете каминного огня она выглядела весьма эффектно. Вокруг морщинистой шеи обвивалось ожерелье, должно быть, бриллиантовое. На запястьях и узловатых пальцах сверкали россыпи камней - их было так много, что блеск ослеплял даже с такого расстояния. Голову, словно императорская корона, венчала крохотная круглая шляпка с петушиными перьями, приколотыми массивной янтарной брошью.
Леди Элеонора едва ли заинтересовалась мной. Удостоив меня беглым осмотром, завершившимся не в мою пользу, она переключила свое внимание на тетю Гризельду. Ее, очевидно, привлекло то творческое безобразие на голове тетушки, которое гордо именовалось шляпой. И хотя на лице леди Элеоноры не отразилось никаких чувств, я была уверена, что она осталась неравнодушна к широкополому чудовищу. И не удивительно, что уже в следующий миг обе женщины обменялись оценивающими взглядами.
Графа Китчестера нигде не было. Но перед камином стояло еще одно высокое кресло, развернутое к нам спинкой, и меня не оставляло навязчивое подозрение, что старик находится именно в нем, по каким-то причинам оттягивая нашу с ним встречу. Я невольно сверлила глазами кресло, и непонятное беспокойство все больше овладевало мной.
- Добро пожаловать в замок Китчестер, Найтингейл! - в напряженной тишине слабый голос Эллен прозвучал неожиданно громко. - Я узнала тебя сразу. Ты так похожа на Эдварда.
Все, кроме ее мужа, повернулись к ней, единственной, кто посмел прервать затянувшееся молчание.
- Я - Эллен Уолтер, кузина твоего отца. А это мой муж Мэтью. Мы рады, что ты наконец-то...
- Достаточно, Эллен! - властно прервала ее леди Элеонора. - Уверена, мисс Сноу уже оценила твое гостеприимство.
Миссис Уолтер побледнела еще сильнее, чем была и, пытаясь скрыть неловкость, закашлялась в батистовый платочек. Ее мать брезгливо поморщилась, словно звук кашля вызывал в ней отвращение, и обратилась к тете Гризельде, демонстративно проигнорировав меня.
- Мисс Уилоуби, полагаю, вы хорошо доехали? Мы редко принимаем гостей, и еще реже отправляем за ними экипаж.
Это был явный намек на наше стесненное положение, и если леди Элеонора хотела смутить этим тетушку, то не достигла своей цели. Тетя очень любезно ответила, что кучер, как и следует путному слуге, безупречно выполнил свои обязанности, и что многие могли бы поучиться у него хорошим манерам. Судя по красным гневным пятнам, появившимся на щеках леди Редлифф, этот намек имел гораздо больший успех. Элеонора поняла, что в лице мисс Уилоуби встретила сильного противника, и в ответ лишь едва кивнула, переводя взгляд на стоявшее спинкой к нам кресло. Она будто укоризненно смотрела на кого-то, и у меня все больше крепло подозрение, что там действительно сидит старый граф. Когда же леди Редлифф осуждающе заговорила, обращаясь к креслу, в этом не осталось никаких сомнений.
- Лемуэл Эдвард Вильм Сноу, восемнадцатый граф Китчестер! Отчего же вы не торопитесь продемонстрировать гостям хорошие манеры и, как подобает, встретить свою внучку? Мы все в большом замешательстве. Ведь это ваши гости!
- Я трушу, как нашкодивший мальчишка! - услышала я хорошо знакомый каркающий голос, эхом разнесшийся по залу.
От неожиданности у меня подогнулись колени, и я схватилась за тетушку, чтобы не упасть. Она озадачено спросила, в чем дело. Но я была слишком потрясена, чтобы отвечать. Да и вряд ли смогла бы выдать что-нибудь внятное.
- ...Прячусь и тяну время, боясь услышать обвинительный приговор за свою проделку, - тем временем грохотал голос. - И надеюсь, что баловство не обернется мне наказанием...
Я видела, что никто не понимает о чем разглагольствует маленький старик, появившийся из-за кресла. Он был в синем вельветовом сюртуке и таких же штанах, зеленой рубашке и с шелковым красным платком, повязанным на тощей шее кривым узлом. В этой одежде старик выглядел еще смешнее, чем в привычном зеленом сюртуке, и напоминал одряхлевшего линялого попугая. Но ни в его глазах, ни в глазах окружающих не было ни тени смеха. Прежде озорное морщинистое личико старика сейчас было сурово и надменно. Мы, не мигая, уставились друг на друга, и мне показалась, что прошла целая вечность, прежде чем я смогла заговорить.
- Вы любите дурачить людей, мистер Лемуэл, и уверяю вас, в этом вы настоящий гений!
Я слишком негодовала, чтобы помнить о собравшихся в зале людях. Поэтому, слегка растерялась, когда тетя и леди Элеонора почти одновременно воскликнули:
- Вы знакомы?
Но ни я, ни граф не ответили им. Зато это вмешательство охладило меня. Все-таки я считала себя достаточно разумным человеком, чтобы устраивать безобразные скандалы. Опомнившись, я взяла себя в руки и уже достаточно спокойно обратилась к старику.
- Зачем вы сделали это?
Старик выразительно глянул на меня.
- Ты хотела все узнать! А я захотел доставить себе удовольствие и рассказать тебе обо всем.
- Вы все разыграли как по нотам. Теперь я понимаю, почему вы не хотели торопиться с рассказом о графе Китчестере и предлагали оставить его на десерт. Ну что ж "десерт" получился весьма эффектным и, надо сказать, поучительным.
- Нет, это не десерт, Найтингейл. Я обещал, что ты узнаешь все о графе, но я не могу выполнить это, будучи мистером Лемуэлом.
- Тогда почему вам просто не признаться? Зачем нужен был этот спектакль?... Ах, ну да, понимаю, вы нашли способ развлечься. Ваша жизнь слишком пуста и слишком скучна, чтобы пренебрегать таким подарком судьбы!
Граф хмыкнул и лукаво сощурился, в один миг, превратившись в того забавного старичка, которого я уже успела полюбить.
- Я знаю, тебе тяжело сейчас принять все случившееся. Мне многое надо объяснить тебе, чтобы ты поняла и... возможно... простила меня. Но я уповаю на завтрашнюю встречу...
- Завтрашнюю встречу? - переспросила я с сарказмом. - Вы думаете, что она состоится?
- Это тебе решать. Ты слишком любопытна, чтобы остановиться в шаге от самого интересного.
Я не успела ничего сказать. От стола раздалось звонкое хлопанье, и насмешливый женский голос произнес:
- Браво! Браво! - Джессика сделала еще пару хлопков, продемонстрировав изящные белые руки с длинными пальцами. - Никогда не думала, что семейные сцены могут быть такими захватывающими! Прямо шекспировские страсти! Я жадно ловила каждое слово.
- А вы впечатлительны! - сообщила ей тетя Гризельда. - Разве это модно в наше время?
- Хватит сорить словами! - леди Рэдлифф позвонила в серебряный колокольчик, стоявший на низком столике у ее кресла, и без чьей-либо помощи величественно поднялась. - Из-за твоих нелепых эскапад, Лемуэл, обед задержали на десять минут.
В зал вошла дородная женщина в несвежем фартуке и штопаном чепце.
- Подавайте обед, миссис Гривз, - велела Элеонора и после того, как женщина вышла, обратилась к графу. - Вспомни же о манерах! Ты не представил нас своим гостям!
После должного знакомства и перечисления имен, мы прошли к столу и стали рассаживаться.
- Ты должна сесть рядом со мной! - заявил граф Китчестер. Он отодвинул стул, спинка которого была вровень с подбородком старика, и галантно склонился, почти скрывшись за ним. Я подумала, что почтенный возраст никак не сказался на его актерских способностях. Рассерженная на него, я все же не смогла удержаться от улыбки. Он заметил это и озорно подмигнул мне. И в этот миг я поняла - несмотря на горькую обиду, я чрезвычайно рада, что моим дедом оказался этот необыкновенный старик.
Нетвердо держась на ногах, полковник Редлифф предпочел занять тот стул, на который он все это время опирался. И таким образом оказался один на другом конце стола. А мистер Уолтер, увлеченный своей музой, и не заметил, когда прозвучало приглашение к столу. После нескольких негромких окликов жены, мужчина вышел из поэтического транса и растерянно огляделся вокруг, соображая, где находится.