Чтобы прожжённый владелец постоялого двора добровольно расстался с попавшими в его руки деньгами да ещё соглашался при этом доплатить! Видимо, Ласточка действительно сильно набедокурила.
— И что же с ней не так? — спросил я.
— Не притворяйся, что не знаешь! — разозлился хозяин.
— Не знаю, купил её прямо перед тем, как привести сюда, — схитрил я. — Так чем моя лошадь вам не нравится?
Мой собеседник вздохнул.
— Я владею постоялым двором уже двадцать лет. До этого скотом торговал, Грото-табунщика до сих пор многие помнят. Однако такой скотины ни разу не видел. Тебя надули, парень. Под видом кобылы продали подземного демона.
— Почему вы так решили? — заинтересовался я.
— Во-первых, — принялся объяснять владелец двора, — у неё глаза не лошадиные, цветом другие и в темноте светятся, копытами способна ямы не хуже крота копать, зубы как у бобра, за несколько минут жерди, огораживающие стойло, перегрызает. А главное — мышей ловит.
— Зачем ей мыши? — удивился я.
— Жрёт, — коротко ответил мне собеседник.
— Ну, это же хорошо, — неуверенно заметил я. — Теперь вам кошку держать не надо.
— Кошку?! — вновь разъярился Грото. — Мою Мурку эта тварь в первую же ночь сожрала. И ничего здесь хорошего нет. У меня вся конюшня погрызена, во дворе новые ямы каждое утро засыпаем. Боюсь, скоро до амбара доберётся. Это она так за мышами охотится.
— Так может её мясом кормить надо? — нерешительно предложил я.
— Пробовали, — отмахнулся хозяин. — Мышей жрать перестала…
— Ну вот! — обрадовался я.
— … а всё равно ловит, — закончил Грото. — Теперь добычу на крыльцо приносит. Хвастается.
— А с магом не советовались? Может действительно это уже не лошадь?
— Приводили. Сказал, что вроде лошадь, но магия на неё почему-то не действует. Чтобы твою скотину хоть немного взаперти подержать, мы ей каждый день новое стойло из брёвен делаем. И всё равно перегрызает.
Из конюшни донёсся грохот.
— Опять начинается! — горестно вздохнул владелец двора.
Вместе с ним мы вошли в конюшню. Ласточка встретила меня радостным ржанием. В помещении виднелись обломки брёвен со следами зубов. С опаской поглядывая на погрызенную лесину, я протянул лошади заранее приготовленную морковку. Схрумкав угощение, Ласточка зубами извлекла из яслей полузадавленную мышь и предложила её мне.
— Спасибо. Уже завтракал, — отказался я.
Презрительно фыркнув, лошадь сама проглотила несчастного грызуна и требовательно посмотрела на меня. Мол, сколько дней мы уже не катались? Надо развеяться. А по дороге, может, и ещё мышь попадётся.
— Забирай свою скотину немедленно! Ни минуты больше не хочу видеть эту тварь в своей конюшне, — решительно заявил Грото.
Глава 27
До вечера я бродил по постоялым дворам и конюшням города. Но судя по всему, все конкуренты Грото были наслышаны о проказах Ласточки, лишних мышей и кошек не имели, поэтому не за какие деньги не соглашались пускать её на своё подворье. Солнце двигалось к закату — скоро предстояло идти к Толиду. И тут мне в голову пришла замечательная мысль. Помнится, Эскулит просил разрешить изучать влияние на Ласточку святой воды. Вот пусть и изучает. Тщательнее. Подольше. Двор у купца булыжником выложен, конюшня каменная, авось выдержат.
Ворота мне открыл Шевар.
— Ты верхом? — удивился он.
— Моя лошадь оказалась не совсем обычной. Эскулит просил её немного поизучать, — честно сказал я.
— Это он может, — согласился воин. — Ему уже кучу мышей, крыс и другой живности понатащили. Вон, целый сарай ими забит. Заводи свою Ласточку туда же.
— Может лучше на конюшню? — засомневался я.
— Заняты конюшни. Гости у нас. Да не волнуйся ты, места для одной лошади в сарае достаточно. Сено, вода и овёс там есть, корму твоей животине вполне хватит.
— Этого я и опасаюсь, что хватит, — пробормотал я.
— Чего ты там бурчишь? Ставь коняшку и проходи в дом, Толид тебя уже давно дожидается, — приказал Шевар.
— Ладно. Сами виноваты, — вздохнул я и, оставив плотоядно облизывающуюся лошадь в сарае, в сопровождении рыцаря прошёл в дом.
В зале, куда меня привели, оказалась весьма неожиданная компания. Сам купец что-то оживлённо обсуждал с банкиром Балином. У Эскулита и Верховного Жреца столичного храма Лили тоже видимо нашлась отдельная тема разговора. У камина за бутылкой вина расположились герцог Огенский и знакомый мне молодой виконт, правда, сейчас он одет был гораздо проще, в серый плащ Тайной стражи. Ордена Доблести на этот раз я нём не заметил. Шевар тоже не ушёл, а присоединился к Рыку и, под завистливые взгляды гнома, принялся помогать ему опустошать объёмистый бочонок пива. Я в растерянности замер у дверей, просто не представляя как себя дальше вести, не зная даже кого первым и как приветствовать. В конце концов, плюнув на этикет, подошёл к жрецу за благословлением, а всем остальным просто вежливо поклонился.
— Ну что же, необходимый нам человек появился, — подал голос Имперский волк, — предлагаю ввести его в курс дела.
Значит я необходимый человек? Тогда будем наглеть.
— А нельзя ли вводить меня в курс дела за накрытым столом? Признаться после завтрака с уважаемым магистром Эскулитом я больше ничего не ел.
Герцог недовольно поморщился, виконт, напротив, одобряюще подмигнул, а гном и вовсе посмотрел на меня прямо-таки влюблённым взглядом. Даже как-то неудобно стало.
— Сейчас я распоряжусь, — поднялся с кресла Толид.
И распорядился. Через несколько минут мы все сидели за накрытым столом. Я ел. Точнее жрал. Решив продолжать изображать из себя наглеца и невежу, отодвинул в сторону разнообразные вилочки под неодобрительными взглядами остальной компании, особенно Эскулита, я руками ухватил с блюда кусок мяса и впился в него зубами. Гном, не смущаясь, последовал моему примеру. Молодой виконт с завистью поглядывал на нас, но продолжал вести себя вполне благовоспитанно. Наконец насытившись, я смачно отрыгнул, запил ужин стаканом вина, громко крякнул и выжидающе уставился на присутствующих.
— И зачем же вам необходим вор Тиро? — спросил я. — Чего спереть-то надо?
— Ну почему сразу спереть? — завёл свою песню герцог. — Скорее, я бы сказал, возвратить украденное законному владельцу.
— Вопрос терминологии, — отмахнулся я. — По сути же, у кого-то есть вещь, которую вы без ведома хозяина хотите получить. По-моему, это называется — спереть. Но это неважно. Меня интересует мой гонорар, что за вещь, где лежит, как охраняется, сроки заказа. А называть это действо можете хоть спасением мира. Меня это абсолютно не касается.
— Хорошо, — согласился герцог. — Эта вещь — кольцо.
— Простое, — вмешался виконт.
— Железное, — добавил гном.
— Не магическое, — уточнил Эскулит.
— Но осенённое божественной силой, — поправил жрец.
— Лежит в королевской сокровищнице, — продолжал герцог. — Охраняется, сам понимаешь, хорошо. Кольцо нам нужно как можно скорее. Цену заказа можешь назначить сам.
— Но в разумных пределах, — ворчливо влез гном.
— Интересное предложение, — задумчиво произнёс я. — А поподробней про это колечко можно?
— По-моему кто-то только что сам признал, что его это не касается, — громыхнул тролль.
— Это само собой разумеется — пожал я плечами. — Если предстоит работать с магическим артефактом, мне нужно знать его возможности и опасность.
— Кольцо не магическое, — вновь уточнил Эскулит.
— Вещей, осенённых божественной силой, это тоже касается, — хмыкнул я. — Так что это за кольцо?
Герцог взмахом руки остановил готового продолжать спор Рыка.
— Тебе будет достаточно, если мы дадим слово, что никакой опасности кольцо не представляет? — спросил он.
Я сложил руки на груди, уставился в потолок и стал насвистывать песенку.
— Хорошо, — вздохнул герцог. — Надеюсь, напоминать тебе о том, что держать язык за зубами полезно для здоровья, не надо?