А тогда все было ясно, как на войне. Были мы, рокеры, и были все остальные. Непосвященные. За кожу, скромные металлические цепочки и выбритые виски нас отчитывали на классных собраниях. И еще за право быть не такими, как все, приходилось драться на улицах с самыми агрессивными из непосвященных.
Время от времени, забив на уроки, мы собирались у кого-нибудь дома и вместе, молча, качая в такт головами, слушали Pink Floyd, Accept, Led Zeppelin, Deep Purple, Iron Maiden, Judas Priest, Def Leppard, Santana, E.L.O., Frank Zappa… В этом было что-то похожее на сектантские моленья. Да мы и были сектой.
Однажды я шел домой из школы вместе с Бисланом, одним из наших. Бислан изрек: правительства запрещают рок, потому что это сила и свобода. Если люди будут слушать рок, то они свергнут все правительства, не будет ни законов, ни армий, ни полиции, ни денег, а будут только музыка и любовь.
Вряд ли он сам все это придумал. Скорее, повторил за Старшим Братом. Я уже не помню, как звали нашего самого взрослого рокера, поэтому в рассказе он будет просто Старший Брат.
Дело в том, что семья Бислана дала самое большое пополнение нашей секте. Все Эфендиевы слушали запрещенную музыку и имели запрещенные мысли. Старший Брат, следующий за ним Турпал, мой одноклассник Бислан и младший, Анзор. Все четыре родных брата. Стоит ли говорить, что у них была самая полная коллекция, и чаще всего мы собирались у них.
Старший Брат говорил мало. Он не женился, не работал, жил в отдельном флигеле и выходил редко. Если его удавалось разговорить, он сообщал, что власть — это насилие и обман. А люди находятся в иллюзии. Они хотят сбежать от самих себя и все время кудато едут. И поэтому им нужна нефть, много нефти. Из-за денег, нефти и власти они скоро начнут убивать друг друга, пока не погибнут все до единого. Говорил, что нефть — вонючая жижа из сгнивших папоротников, деньги — цветная бумага, а люди, гоняющиеся за этим дерьмом, — просто сумасшедшие. Люди говорили, что сумасшедшим был Старший Брат. Наверное, так оно и было.
У Турпала был красивый и хищный профиль, длинные курчавые волосы и мощный голос, которым он орал «Balls to the wall!..» Он был похож на вокалистов всех рок-групп одновременно.
Как-то раз мы мечтали. Я сказал Турпалу, что когда стану повзрослее и заработаю много цветной бумаги, я куплю инструменты, аппаратуру и мы создадим свою рок-группу. Он будет вокалистом, а я буду играть на электрогитаре. Мы добьемся популярности, нам не надо будет работать и учиться. Вместо этого мы все время будем ездить с гастролями по разным городам. А может, и по разным странам. И после наших концертов люди будут сбрасывать власть. Да нет, и сбрасывать не придется! Милиционеры и солдаты, послушав наши песни, будут сами снимать форму, выбрасывать оружие и присоединяться к поющей хором толпе.
А Турпал не поверил. Он мрачно усмехнулся и сказал, что, когда у меня будет много цветной бумаги, я первый забуду о роке. И еще не известно, кто будет в какой форме.
Потом наступила перестройка. Слушать рок стало модным трендом среди продвинутой молодежи. И мои одноклассницы, любительницы Modern Talking, стали просить меня записать им на кассеты Led Zeppelin. Но правительства не рухнули. Все только спуталось и перемешалось. А раньше было ясно, как на войне. Но только как. Настоящая война началась через несколько лет.
И была первая бомбардировка нашего городка авиацией федералов. Самолеты с жутким воем снижались над домами и сбрасывали кассетные бомбы на мирных жителей. Во дворе Эфендиевых играл King Crimson. Старший Брат вышел из флигеля и сел на корточки во дворе. Через гул авиации и грохот бомб пробивались гитарные соло. Старший Брат что-то бормотал. Может, «я ведь говорил… а они не верили…», а может, просто подпевал магнитофону. Потом осколок попал в динамик, и музыка смолкла.
А еще один осколок попал в грудь Анзору. Бислан подхватил раненого на руки и поволок в больницу. Больница была тоже разбомблена, и никто не смог оказать Анзору медицинскую помощь. Анзор умер, истекая кровью, на руках у своего брата. У флигеля снесло крышу, как еще раньше у его обитателя, и Старший Брат теперь все чаще сидел во дворе и бормотал. Бислан и Турпал просто молчали, почти не разговаривая даже с родителями.
А однажды утром ушли в центр и вернулись домой в форме защитного цвета, увешанные оружием. Коротко сказали, что записались в ополчение. Поседевшие от потери младшего ребенка родители не смогли их удержать. Мать просила остаться и рыдала во весь голос. Отец мрачно молчал и курил.
Старший Брат не взял оружия в руки. Только бормотал: «кровь… нефть, как кровь… черная кровь, красная кровь… кровь порождает кровь…»
Всю первую войну Турпал и Бислан не выпускали автоматов из рук. Мы виделись мало. Я учился на юрфаке в Петербурге и дома бывал наездами. Один раз Бислан зашел ко мне в гости. Изложил основы учения ваххабитов и сказал, что я тоже должен принять истинную веру. Я слушал не перебивая. И только потом спросил:
— Браза, а как же рок-н-ролл? Ты больше не слушаешь рок?
— Вообще-то нам не положено. Но, если никто не узнает, то некоторые песни… Они ведь о том же самом. We are buying a stairway to heaven…
После первой войны Бислан отошел от ратных дел. Женился и завел детей. А Турпал остался в бандформированиях. Как соратник Радуева и один из видных пропагандистов и идеологов движения. И когда исход второй чеченской был предрешен, он все еще скрывался. В лесах. Так говорят — в лесах. Не понимайте буквально. Никто не скрывается в лесах. Или в горах.
Да какие там леса и горы! Подумаешь, Кордильеры нашли. Все наши леса и горы можно прочесать одним батальоном за пару суток.
Это странная война, все так говорят. Линия фронта проходит по каждой улице, а тыла нет вообще. Война молчания. Все всё знают, но никто ничего не скажет. Омерта.
Турпала надо было найти и ликвидировать. Но это было почти невозможно. Оставляя следы тут и там, он всегда уходил от преследования.
И тогда взяли Бислана, который мирно жил дома. И просто сказали вслух, что если Турпал не придет сам, то его брат пропадет в Чернокозово, как пропали уже тысячи других. Просто сказали вслух. Те, кто молчат, услышат и передадут.
И Турпал пришел. Через два дня пришел и попросил отпустить брата.
Их расстреляли обоих, со связанными сзади руками, у залитой кровью стены в подвале комендатуры. И в ту же ночь тайно вывезли тела, чтобы закопать за селом, на берегу мелкой речонки.
— С тобой что-то не так?..
Девушка за столиком в кафе напротив меня искренне беспокоилась. Какая девушка? Ах да, ей 17 лет, высокая, светлая. Мы только что тут же и познакомились, и зовут ее, кажется… Яна?.. Слушает рок.
Причина ее беспокойства была ясна. Я уже с полчаса не отвечал на вопросы, не поддерживал разговор, только тупо смотрел в стеклянную стену кафешки на залитый неоновыми огнями Невский проспект.
И я заговорил. Быстро, сбивчиво, стараясь успеть и, как будто бы оправдаться:
— Знаешь, я недавно прочитал, я удивился, да, прочитал, что мы живем в ледниковом периоде. Третьем ледниковом периоде. С точки зрения геофизической истории. Первый был давно, да, еще динозавры вымерли, потом второй, а сейчас третий. Я дат не помню, это все очень большие цифры. Третий ледниковый где-то в середине, он уже пошел на убыль. Но все равно. Поэтому вечная мерзлота, и Антарктида, айсберги. «Титаник» погиб, кино, наверное, видела. А когда-то все было по-другому. Ось Земли располагалась по отношению к Солнцу без всякого там наклона. И не было смен сезонов, на всей Земле был ровный и теплый климат. Лето. Было много еды, на всех хватало. И одеваться было совсем не нужно — тепло ведь. А если есть еда, и не нужно одежды, зачем кудато все время ехать? И кому тогда нужны нефть и бензин? А потом в Землю ударил большой метеорит — БАБАХ! И наклон земной оси искривился. Все из-за этого. На севере стало слишком холодно, а на юге — слишком жарко. Вымерли растения. Вот большой папоротник — он вымер и сгнил, и стал нефтью. И стало мало еды. Люди стали убивать животных, есть их мясо и одеваться в их шкуры. Но всем не хватало. И тогда люди стали убивать друг друга. Сначала все убивали всех. Потом самые сильные, хитрые и злые придумали государство. Они сказали, что теперь только они имеют право убивать, делить мясо и шкуры, и назвали это «правительство» и «закон». А потом люди научились делать много еды и одежды, и уже хватило бы на всех. Но к тому времени правительство придумало цветную бумагу и стало печатать ее в ограниченном количестве, чтобы точно не всем хватало, они назвали это «деньги». Цветную бумагу надо было менять на еду. И еда стала гнить, а люди продолжали умирать с голоду. И еще им нужна нефть, много нефти. Но нефть кончается, и такой папоротник больше не растет. Все из-за этого, земная ось накренилась, неправильно накренилась. Поэтому люди убивают, и брат убивает брата, и друг убивает друга. Это все ледниковый период, это холод, это ледник, он во всем виноват. Вот, дверь открыли, чувствуешь этот ветер? В нем запах арктических льдов и вечной мерзлоты. А мы не виноваты. А еще, знаешь, что я узнал? Ученые подсчитали изменения в наклоне земной оси и говорят, что Земля выравнивается! Ледниковый период кончится, уже совсем скоро, может, всего через пару миллионов лет. Снова везде будет тепло, лето, вечное лето, и много еды, и никому не будет нужна нефть. И убивать станет незачем. И мы не будем убивать, честно, мы тогда не будем никого убивать!..