Ангельский колокольчик
Ангельский колокольчик
Белоголовый
Кто вывел тебя из дома
Динь-дилинь
Кто продел твои ручки
В колодезные петли
Ржавые петли
Динь-дилинь
Висит мой колокольчик
У черной речки
Не отвечает
Динь-дилинь
Собака лает ветер дует
Качает мою детку
Босые ножки
Динь-дилинь
«Ежевика кровь…»
Ежевика кровь
Потерпи уже недолго
Небо свернулось от жара
Вылизывает мертвых щенят
Запекшимся языком
Против шерсти
Репейные братья
Никто не отнимет нас
У смерти
«Тело изгородь…»
Тело изгородь
За нами облачный край
Одноглазое небо
Склеивает длинной слюной
Комариный шар
Полая соломинка
Облеплена муравьями
Все перевернуто
В глубине зрачка
Затканы паутиной
Соцветия бузины
Радужной пленкой
Подернуты наши глаза
После войны
Всадники апокалипсиса
Размеренным шагом по площади
Что он видел тогда сквозь метель
Ряды одинаковых оловянные ложки
Под шинелью что-то темное значит живой
Остальные белее белого уже попрощались
В детской дифтеритный жар он не узнает
Он даже не увидит меня я не вернусь
Вернется тот кто сейчас один
В заснеженной москве молчаливой
Взвешивает души их снова поровну
Стрелки синие красные
Карта поделена у нас чистилище
У них уже ад
Его глазницы бойницы
Залитые смолой
Исполин каменный идол
Перед войском на лошадиных ногах
Главнокомандующий ставленник
Бурана его звездочек
Хлопьев тающих на лице
Бог отец нации маршал жуков
Неподвижный
Медиум цели
«В благополучной Европе…»
В благополучной Европе
Соловьи сады в молоке
Сахарные деревья
Посаженные на спички
Маленькие кусочки хлеба
Площади тарелочки
С круговым движением
Ножка циркуля роза фонтана
Зеркальные двери магазинов
Консьержка спицы голуби
Крылья аккордеона
Хрипловатый голос
О жизни в розовом свете
Вместе с ним огромным
Небом лицом я наклонился
К земле чтобы увидеть
О чем она поет
В соцветиях снарядов
В разрывах облаков
Островки тишины
«Спасенные города…»
Спасенные города
Я читал — Warsaw, Potsdam
И колокол переворачивался
Анно домини они вставали
И называли себя
Страница за страницей
Я записывал — «уничтожено»
Документы обвинения
На снимках каштаны в цвету
Парадные лестницы закрученные в небо
Полутемные вестибюли маятник
За стеклом ожидание пепел
Кто-то сказал — «над жизнью» — совсем близко
Сквозь помехи мне послышалось
Голос из угла был ангелом
И я проснулся
Руины бараки трубы — все исчезло
Они стояли нетронутыми
Заграждения сняты
Реки текли навстречу
Голубой Дунай сестрица Висла
Зеленый Одер ветки черемухи
Завтра мы встретимся
Там на середине моста
Нас обменяют на июнь и июль
И влюбленные Буда и Пешт
Обнимутся над рекой
«После войны…»
После войны
На отмели слушаем ее шум
Города-острова растерянные
Сколько уцелело никто не знает
Города-побратимы новые семьи
Новая география
Молоденькая учительница
В пустом классе солнечные зайчики
Мела нет, но есть ведро и тряпка
И весенняя Прага за окном
Видишь ее?
Срываем бумажные ленты
Переворачиваем парты
Весело потому что заново
Потому что он говорит по-русски
А она не понимает
Смеется
Земля велика
Поселимся где захочешь
Мое сердце теперь повсюду
На площади Звезды ветвится
Артериями бульварами
Коридорами метро до самой Москвы
Спящие женщины дети
Дежурная по станции
С листовкой в руке плачет
Не может прочесть разбудить
Поезда спешат нагоняют
За окном поля поля
На полках по трое-четверо
Все братья на одно лицо
Поднимут на руки
Всходы к солнцу
Лицом к лицу
Тепло земли