Он все еще держался, зависший над моими губами, глазами лихорадочно осматривая мое лицо, ища ложь в словах.
— Я не буду... Я не хочу снова быть на твоем поводке, Кира. Я бы предпочел покончить с этим, чем снова страдать из-за тебя. Я не могу...
Я пыталась понять себя, но все, что я чувствовала, это сильное желание своего тела снова воссоединиться с ним. Я больше не могла терпеть и дня его встреч с другими девушками. Я не могла представить чьи-либо губы на его, кроме моих собственных. Я даже не думала о том, что это означало для Денни и меня. Я думала только о том, что нуждаюсь в Келлане, чтобы он был моим... только моим.
Я нежно обхватила его лицо своими руками.
— Не оставляй меня. Ты — мой... и я — твоя. Я хочу тебя... и ты можешь получить меня. Просто перестань быть со всеми теми....
Он отстранился от меня.
— Нет, я не буду с тобой только потому, что ты ревнуешь.
Я снова приблизила его лицо к своему и позаимствовала одно из его движений, которые так давно сводили меня с ума.
Я слегка скользнула языком вдоль его верхней губы. Это произвело на него такое же впечатление, какое оказывало на меня. Он закрыл глаза и содрогнулся, быстро вздыхая.
— Кира... нет. Не поступай со мной так снова....
Я замерла.
— Нет, Келлан. Мне жаль, я отталкивала тебя раньше, но я больше так не поступлю.
Я провела своим языком обратно, почувствовав опьяняющий вкус его кожи. Я прошла только часть пути по его губам, когда он поднес свой рот к моему. Он сделал паузу во время поцелуя и отстранился, его дыхание было резким и быстрым.
Он уставился на меня, выглядя очень нервным.
— Я влюблен в тебя, — прошептал он, ища мои глаза. Он выглядел очень бледным и испуганным, и немного... надеющимся.
— Келлан, я... — Я не знала, что сказать, на глазах снова начали наворачиваться слезы.
Он не дал мне даже попытаться закончить. Он поднес свою руку, чтобы погладить мою щеку, и снова поцеловал, нежно, сладко, поцелуй был полон эмоций.
— Я так влюблен в тебя, Кира. Я так скучаю по тебе. Прости. Прости за те ужасные вещи, что я говорил тебе. Прости за то, что лгал о твоей сестре... Я никогда не прикасался к ней. Я обещал тебе, что не буду. Я не мог позволить тебе узнать... как сильно я обожаю тебя... как больно ты мне делала. — Он, наконец, говорил мне о том, что действительно чувствовал, выпускал все свои эмоции и не мог остановиться.
Келлан говорил быстро, в промежутках между чувственными поцелуями.
— Я люблю тебя. Мне жаль. Мне так жаль. Женщины... я так боялся прикоснуться к тебе. Ты не хотела меня... Я не мог терпеть эту боль. Я пытался забыть тебя. Каждый раз, когда я был с ними, я был с тобой. Мне так жаль... Я люблю тебя. — Слезы потекли по моим щекам, когда я слушала его в потрясенном молчании.
Его проникновенные слова, его нежные губы — это сделало меня еще слабее, заставило мое сердце биться быстрее.
Его губы не прекращали двигаться над моими, его слова не переставали "течь" между нами.
— Прости меня... пожалуйста. Я пытался забыть тебя. Это не сработало... Я просто хочу большего. Боже, как я скучал по тебе. Я сожалею, что причинил тебе боль. Я никогда не хотел никого так, как хочу тебя. В каждой девушке я вижу тебя. Ты все, что я вижу... Ты все, чего я хочу. Я хочу тебя так сильно. Я хочу тебя навсегда. Прости меня... Я люблю тебя так сильно.
Я все еще не могла осознать все то, что он говорил, выражения страха и надежды были в его глазах. Это заставило меня хотеть его еще больше. Это сделало мое дыхание тяжелым и резким. В ответ он начал целовать меня еще более страстно.
— Боже, я люблю тебя. Ты нужна мне. Прости меня... останься со мной. Скажи мне, что я тоже нужен тебе... скажи, что тоже хочешь меня. Пожалуйста... будь моей.
Он тут же перестал меня целовать и застыл, снова глядя на меня с ужасом, будто только сейчас осознал, что говорил.
— Кира...? — его голос дрожал. Глаза парня заблестели, когда он всмотрелся в мои.
Я поняла, что ничего не говорила в течение длительного времени. Он изливал мне свое сердце, а я не проронила ни слова. Конечно, на самом деле, он не давал мне возможности говорить, но, судя по ужасу в его глазах, я не думала, что он понял это. Все, что он мог видеть, глядя на меня, это мои слезы и молчание.
Эмоции перехватили мне горло, и я закрыла глаза, давая себе минутку, чтобы переварить все это. Он любил меня? Он обожал меня? Он хотел меня... навсегда? Он любил меня? Он хотел, чтобы я была с ним? Он любил меня? Чувства к нему, с которыми я так долго боролась, нахлынули на меня.
Все, через что мы прошли, — каждая слеза, каждая радость, каждая ревность — он любил меня все это время?
Я почувствовала, что он отодвигается от меня, и поняла, что все еще лежала тихо с закрытыми глазами. Я открыла их и посмотрела на его грустное, испуганное лицо. Я схватила его за руку и остановила. Он встретил мой взгляд, слезы, наконец, потекли из его глаз. Я смахнула их большим пальцем и дотронулась до его щеки.
Я потянула его к себе и нежно поцеловала.
— Кира, — пробормотал он в мои губы, слегка отодвигаясь.
Я проглотила комок в горле.
— Ты всегда был прав... Мы не друзья. Мы гораздо больше, чем друзья. Я хочу быть с тобой, Келлан. Я хочу быть твоей. Я твоя. — Это было все, что я чувствовала в тот момент, все, о чем я могла думать. В тот момент он был всем моим миром. Ничего другого даже не существовало, кроме него, и я не хотела больше противостоять этому. Я устала бороться. Я хотела принадлежать ему... во всех отношениях.
Он снова повернулся так, что оказался сверху, и вернул свои губы к моим. Келлан мягко выдохнул и поцеловал меня так страстно, как мы не целовались ни разу за все это время.
Желание, исходящее от него, было почти подавляющим, все его тело дрожало. Он переместил свой вес и прижался ко мне, из его горла вырвался глубокий хрип, который взволновал меня. Я провела руками по его спине, и он вздрогнул. Я почувствовала край его рубашки и, схватив его, начала поднимать, проводя пальцами по голой коже. Я осторожно сняла рубашку, глядя на его удивительное совершенство всего секунду, прежде чем его губы вернулись к моим.
Он снова перенес свой вес и медленно провел руками по моей шее, к груди и под одежду. Его руки дрожали, он потянул мою рубашку и стащил ее. Его тело все еще слегка трясло, когда он поцеловал меня.
Он сдерживался, заметила я. Заставлял себя действовать медленно, держался под контролем на случай, если я передумаю. Мысль о том, как сильно он хотел меня, и как он был неуверен во мне, наполнили мое тело огнем.
Я провела руками вниз по его голой спине, чувствуя каждый мускул, каждую линию. Он слегка застонал, когда я провела руками по его груди и пробежалась пальцами вдоль слабого шрама на ребре, который он получил из-за меня... потому что любил меня. Его губы ни на секунду не оставляли мои, руки скользили по моим плечам, по рукам, через мой бюстгальтер, ниже к талии. Я счастливо вздохнула от того, как приятно было снова чувствовать его прикосновения; после столь долгого времени. Он снова переместился, и его дрожащие руки спустились к моим джинсам.
Его пальцы играли с поясом на них, будто Кел не был уверен, стоит ли это делать....
Я оторвалась от его губ и прошептала ему на ухо:
— Я твоя... не останавливайся.
Я перенесла свой вес под ним, намекая. Выдохнув и расслабившись, Келлан послушал меня и не остановился. Он начал расстегивать мои джинсы и кусать мои губы, я начала расстегивать его. Он отстранился, чтобы пристально посмотреть на меня. Парень перестал дрожать. Казалось, что он, наконец, понял, что я не собираюсь останавливать его. Я закончила расстегивать его джинсы, когда он начал тянуть вниз мои. Глядя на меня с такой любовью на лице, он тихо произносил мое имя, повторял, что любит меня, снова и снова, и начал целовать мою шею.
Его лицо, его слова, ударили меня с такой силой, что я перестала дышать. Вдруг это все показалось неправильным, грязным. Это не соответствовало его ласковым словам, и я не могла пройти через это.