Это ослабило мой напор, также как гнев и смущение, которые сочились из меня. Он редко делал что-либо, о чем я его просила.
У меня был длинный список в голове, но на переднем плане были слова, которые он говорил всего несколько минут назад.
— Я не просила называть меня шлюхой!
Он подошел ко мне, и Дженни положила обе руки на его грудь.
— И я не просил бить меня! Продолжать трахаться и бить!
Дженни пробормотала:
— Следи за своим языком, — Келлан проигнорировал это, тогда как Эван сказал ему «Успокойся», но и это Келлан тоже проигнорировал.
— Ты заслужил это, ничтожество! — Ни одна женщина не позволила бы то, что он выплюнул мне. Он будто выгравировал мне приглашение.
— Поскольку мы делимся впечатлениями, — я специально подчеркнула это слово, — почему бы тебе не сказать им, что ты сказал мне! — Я сделала шаг к нему, и Дженни положила мне руку на плечо. Единственное, что сдерживало наш гнев друг от друга, была хорошенькая маленькая блондиночка.
— Если бы ты дала мне две секунды, я бы извинился. Но, знаешь что... сейчас я не сделаю этого! — Он пожал плечами и покачал головой. — Я не жалею, что сказал это. — Он сердито показал на меня. — Ты перешла границу! Тебе просто не нравится, что я с кем-то встречаюсь.
Мои глаза сверкали от ярости.
— Встречаешься? Трахать все, что движется, — не встречаться, Келлан! Ты не утруждаешь себя даже узнать их имена. Это не нормально! — Я сердито покачала головой. — Ты кобель! — буркнула я.
Эван снова всунулся между мной и Келланом, ответив:
— В этом есть смысл, Келлан.
— Что? — Келлан и я уставились на него. — У тебя есть что-то еще, что сказать мне, Эван?
Келлан огрызнулся на него, пятясь от Дженни, которая опустила руки от его груди.
Обычно веселое лицо Эвана выглядело сердито в этот момент.
—Может и да. Может, она права. И может быть, просто может быть, ты тоже знаешь это. — Келлан побледнел, но ничего не сказал. — Почему бы тебе не рассказать ей, почему ты так... свободен... с собой? Она могла бы понять.
Келлан был очень зол и сделал шаг к Эвану.
— Что, черт возьми, ты об этом знаешь!
Эван вдруг сочувственно посмотрел, и тихо ответил.
— Больше, чем ты думаешь, Келлан.
Келлан перестал двигаться, его лицо побледнело.
— Отвали, Эван... Я не прошу. Вали на хер. — Его голос был низким и холодным, он действительно не шутил.
— Келлан.... следи за словами, — Дженни снова ворчала на него.
В то же время, я отрезала:
— О чем ты говоришь? — Я была очень раздражена их запутанным обменом.
Келлан проигнорировал нас обеих и пронзительно посмотрел на Эвана. Тот оглянулся назад, затем покорно вздохнул.
— Ну, что же, чувак... твое дело.
Келлан фыркнул.
— Это чертовски верно. — Он указал на нас всех. — Как я буду встречаться, не ваше дело. Если я захочу переспать со всеми в баре, то я…
— Ты практически так и сделал! — закричала я, прерывая его.
— Нет, я трахал тебя! — крикнул он в ответ, и во внезапной тишине, которая последовала после его заявления, я услышала проклятие Эвана и вздох Дженни.
— И ты чувствуешь себя плохо из-за измены Денни, — он наклонился над головой Дженни, она поднесла свою руку к его груди и оттолкнула парня. — Ты чувствуешь вину из-за нашего романа, но ты...
Я прервала его.
— У нас не было романа! Мы совершили ошибку, дважды… это все!
Он сердито выдохнул.
— Ой, да ладно, Кира! Боже, как ты наивна. Возможно, мы и занимались сексом дважды, но совершенно определенно между нами был роман, все это время!
— Это полная чушь! — крикнула я в ответ.
— В самом деле? Тогда почему ты так отчаянно хочешь скрыть это от Денни, а? Если это действительно все так безобидно и невинно, то почему мы скрываем наши... отношения... от всех? — Он поднял руку к двери, как бы указывая на внешний мир.
Он был прав. Мы не давали другим увидеть, насколько мы были близки друг с другом. Я не знала, что ответить ему.
— Я... я...
— Почему мы не можем больше касаться друг друга? — мое дыхание остановилось. Мне не нравился его вопрос или хрипотца в его голосе. — Что происходит с тобой, когда я прикасаюсь к тебе, Кира? — Его тон, почти низкое рычание, становился непристойным, как и его слова, и Дженни сделала шаг в сторону от него, снова убрав руку с груди.
Он провел рукой вниз по его рубашке, как бы отвечая на собственный вопрос.
— Твой пуль ускоряется, твое дыхание учащается, — он закусил губу и начал воспроизводить тяжелое дыхание, не отрывая глаза от моих, — твое тело дрожит, твои губы приоткрываются, твои глаза горят. — Он закрыл глаза и выдохнул с мягким стоном, а затем открыл их и вздохнул сквозь плотно сжатые зубы с намеком. Намеренно напряженным голосом, он продолжал давить на меня, — твое тело болит... везде.
Он снова закрыл глаза и точно передразнил низкий стон, что я издавала с ним несколько раз.
Он запустил руку в свои волосы так, как это делала я снова и снова, и пробежался другой рукой по своей груди слишком знакомым мне движением. У него был глубоко интимный взгляд на лице, и общее впечатление было настолько шокирующее, эротичное и знакомое, что я сильно покраснела. Он сглотнул и издал ужасно соблазнительный звук, когда приоткрыл рот и тяжело выдохнул.
— Ох... господи... пожалуйста, — он изобразил тихий стон, когда его руки побежали вниз по телу к джинсам...
— Хватит! — выплюнула я. Полностью смущенная, я взглянула на Дженни. Она выглядела такой бледной, какой я была красной. Она оглянулась на меня, и ее рука на моем плече сочувствующе сжалась.
От двери я услышала бормотание Эвана.
— Господи, Келлан.
Сердитые глаза Келлана распахнулись, и он отрезал.
— Это то, что я думаю! Это звучит невинно для тебя? — Он оглядел комнату вокруг. — Для любого из вас? — Он снова посмотрел на меня. — У тебя был выбор, помнишь? Денни. Мы закончили... это. — Он указал на себя и меня. — Ты ничего ко мне не испытываешь. Ты не хотела быть со мной, но сейчас ты не хочешь, чтобы кто-нибудь другой бы со мной, так? — Он сердито покачал головой. — Это то, чего ты хочешь? Полное одиночество для меня? — его голос сорвался на конце этого предложения.
Мое лицо все еще было красным от смущения и гнева.
— Я никогда не говорила этого. Я сказала, что если бы ты встретил кого-нибудь, я бы поняла... но Боже, Келлан, Эван прав, прояви некоторую сдержанность!
Тишина заполнила комнату, все смотрели друг на друга, пока, наконец, я не смогла больше терпеть.
— Ты пытаешься сделать мне больно? Хочешь мне что-то доказать?
Его глаза посмотрели снизу вверх.
— Тебе...? Нет... ничего! — Он немного отступил от Дженни, и я оттолкнула ее. Она схватила обеими руками меня за плечи, чтобы удержать.
— Ты не пытался намеренно причинить мне боль? — я зарычала на него.
— Нет, — он снова провел руками по волосам и сердито покачал головой.
Я на самом деле выглядела красной, настолько он раздражал меня. +Конечно, он пытался причинить мне боль! Зачем бы он трахался со всем городом? Зачем бы еще он нарушил свое обещание?
— Что на счет моей сестры?
Он застонал и посмотрел в полоток.
— Господи, только не это снова. — Эван сделал шаг, чтобы помочь Дженни, которая начинала бороться со мной, так как я была по-настоящему зла и отбивалась от нее. Дженни посмотрела на Эвана и, ничего не говоря, покачала головой, он остался на своем месте у двери.
— Да! Это! Снова! Ты обещал! — Я кричала, указывая на него.
— Очевидно, я солгал, Кира! — Крикнул он в ответ. — Если ты не заметила, я делаю это! И какое это имеет значение... она хотела меня, ты — нет. Какая тебе разница, если я...
— Потому что ты мой! — крикнула я ему нечаянно. Конечно, на самом деле, он не был моим...
Непосредственное молчание после этого было оглушительным. Лицо Келлана побледнело, а затем медленно, стало очень, очень злым.
— Нет, нет, я не твой! В ЭТОМ ВЕСЬ ГРЕБАНЫЙ СМЫСЛ!