30 марта 1938 года аргентинская газета «Натионас-Граджиас» опубликовала сенсационное разоблачение деятельности гитлеровской шпионской организации в Патагонии. Факты были получены от Энрике Хурхеса, бывшего друга Рема и приближенного Геббельса, Который решил отомстить гестаповцам за убийство своей жены. В газете говорилось о шпионской организации, которая стремилась подготовить отделение Патагонии от Аргентины, с тем, чтобы ее захватила Германия.
Летом 1940 года парламентский комитет в Уругвае предпринял расследование деятельности гитлеровских агентов. В результате этого расследования было установлено наличие фашистских ячеек в Монтевидео. Фашистские агенты глубоко проникли в политическую жизнь страны, прочно обосновались в школах, фотографировали стратегически важные пункты и обучали парашютистов в уругвайских военных лагерях. Всеми ими руководил германский посланник Фурман, глава АО в Уругвае: он подготавливал захват устья реки Ла-Плата, чтобы использовать его в качестве плацдарма для мятежа 2 млн. немцев, живущих в Аргентине и Южной Бразилии. Подготовлялся также мятеж уругвайской армии. Впредь до назначения Гитлером «фюрера» для Уругвая должно было быть создано в Монтевидео временное правительство. Члены оппозиции, антифашисты, евреи должны были быть истреблены. Уругвай должен был стать сельскохозяйственной колонией «Третьей империи».
Летом 1941 года аргентинское правительство раскрыло новый заговор, направленный на отделение Патагонии. Было обнаружено, что влияние гитлеровских агентов в полиции, министерствах, школах и прессе представляло собой определенную угрозу. Даже деятельность радиостанции оплачивалась непосредственно из Германии. Влияние гитлеровцев в среде молодого армейского офицерства возрастало. Берлин расточал обещания: пусть только Аргентина станет членом «оси» — и она сразу получит Уругвай, Парагвай, часть Боливии и Фолклендские острова, на которые она все время претендовала. В обмен за все это Германия должна была получить Патагонию.
Трудно после всего изложенного утверждать, что гитлеровцы сидели в Южной Америке, сложа руки, и не пытались действовать с бешеной энергией.
Часть шестая. Начало конца
Пробуждение
18 октября 1938 года впервые, пожалуй, со времен первой мировой войны 1914–1918 гг. о полковнике Вальтере Николаи вновь услышала широкая общественность. Это случилось в Нью-Йорке во время процесса гитлеровских шпионов.
Один из обвиняемых, Гюнтер Густав Румрих, дезертировавший из американской армии, ответил на вопрос о том, каким образом он стал шпионом «Третьей империи»:
«Я прочел книгу, написанную полковником Николаи, после чего послал ему письмо на адрес газеты «Фелькишер беобахтер» с предложением своих услуг. Он ответил мне, поместив объявление в одной из нью-йоркских газет».
Процесс, на котором было сделано это удивительное и странное заявление, сама по себе был достаточно удивительным и странным. Этот процесс был отмечен всеми характерными признаками детективных романов. История с украденными мобилизационными планами; похищение генерала; шифр, написанный на спичечной коробке; новая Мата Хари, засланная в Вашингтон; кража 50 бланков американских паспортов…
Но было в нем кое-что более удивительное, нечто такое, что никогда ранее не имело места ни на одном из шпионских процессов. Назывались конкретные имена. Имена тех лиц, которые стояли за спиной исполнителей, за спиной арестованных шпионов.
По этому делу было привлечено 18 человек. Четверо из них оказались на скамье подсудимых. Остальные либо сумели бежать в Германию, либо никогда и не покидали Германии. Они оставались в тени, в своих кабинетах. Они руководили работой издалека.
Кто знает, сколько времени понадобилось бы для того, чтобы США осознали всю серьезность проблемы германского шпионажа, если бы не этот невероятный шпионский процесс? Но даже и после этого процесса потребовалось немало времени, пока опасность не была полностью осознана.
Как бы то ни было, официальные круги Вашингтона начали принимать определенные меры. Рузвельт заявил, что страна должна быть защищена против этой формы агрессии. Были сделаны первые шаги на пути к созданию аппарата контрразведки. Федеральное следственное бюро увеличило сеть своих агентов. От 500 до 800 оперативных сотрудников должны были занять важные посты. Но американская общественность не сумела понять всей серьезности ситуации. Большинство читающей публики считало все подробности, установленные на процессе, слишком фантастическими и неправдоподобными.
Однако вскоре было совершенно неоспоримо установлено, что так называемый «Германо-американский союз» является вовсе не культурной организацией, а тщательно налаженным военным аппаратом. Его члены проходили подготовку в лагерях. В союз входили регулярные отряды штурмовиков, причем официальная численность их была равна пяти тысячам, но фактически их было значительно больше.
Нередко члены «союза» устраивались на авиационные и военные заводы в качестве рабочих. Свои лагери «союз» размещал обычно неподалеку от важных портов, аэродромов, складов, авиационных заводов и т. д.
Примерно спустя полтора года после этого процесса контрразведка начала вылавливать германских агентов, которые до тех пор были отлично замаскированы. В числе разоблаченных оказался доктор Фридрих-Эрнст-Фердинанд Аухаген, приехавший в США в 1923 году в качестве горного инженера. Сначала он работал на пенсильванских угольных копях, затем на Уолл-Стрит и, наконец, стал лектором в Колумбийском университете. Аухаген регулярно получал из Германии крупные денежные суммы, с помощью которых распространял пропагандистские материалы среди более чем 200 тысяч лиц. Некоторое время он издавал небольшой журнал «Вызов»; позднее этот журнал превратился в еженедельник «Обозреватель Форума», который распространялся бесплатно и являлся рупором фашистской пропаганды.
Аухаген разъезжал по стране и произносил речи, агитируя за Гитлера. Он отлично жил на деньги, получаемые из Германии. Когда государственный департамент начал против него дело, он попытался бежать в Японию. Его арестовали, судили и приговорили к. 2 годам тюремного заключения.
Основными гитлеровскими пропагандистскими агентствами в США, ежегодно получавшими от Геббельса 750 тыс. долларов, являлись: «Германская информационная библиотека», «Германское железнодорожное информационное бюро» и телефонное агентство «Трансоцеан Ньюс-Сервис».
«Германская информационная библиотека» была организована в 1936 году немецким консульством в Нью-Йорке. Она получала из Берлина 450 тыс. долларов ежегодно. Руководил этим центром непосредственно германский консул и посол в Вашингтоне, а также и министерство пропаганды. Издаваемый «библиотекой» бюллетень «Обзор фактов» распространялся примерно в 200 тыс. экземпляров. Директором «библиотеки» был доктор Маттиас Шмиц — бывший преподаватель в колледже Смита. Сначала «библиотека» имела всего четырех сотрудников, но затем число их увеличилось до 47.
«Германское железнодорожное информационное бюро» продолжало функционировать даже после начала второй мировой войны, хотя американцы уже не имели возможности свободно путешествовать по Германии. Основной его функцией в то время была еженедельная рассылка «последних новостей из Германии» 125 тысячам лиц, входивших в специальный список; адреса этих лиц, таким образом, были известны всем гитлеровским организациям в США.
Наконец, агентство «Траисоцеан Ньюс-Сервис» якобы также занималось рассылкой информации. Во главе его стояли Манфред Цапп и Гюнтер Тонн. Как коммерческое предприятие оно всегда было убыточным, ибо навязывало свои услуги за любую цену. Субсидия, получаемая агентством из Берлина, составляла около 90 тыс. долларов в год.
Основная задача агентства заключалась в ведении прогитлеровской пропаганды на столбцах газет Центральной и Южной Америки; помимо этого, агентство добывало в этой печати всю интересующую Берлин информацию.