— Очевидно. — Джейс протянул руку, ловя каплю смолы, упавшую с фиолетового отростка корня. Капля на ладони тускло засветилась. Наблюдая за ней, он продолжил: — Вы очень откровенны, мисс Дарси. Вы смущаете меня, так как я был с вами не столь честен.
Его признание удивило Тори; девушке казалось, что разговор смущает только ее.
— В каком смысле, мистер Слейд?
— Мне следовало прояснить специфику своего ранга Сессерды. Мастера-калонги обучили меня дисциплинам, доступным очень немногим соли. — Поколебавшись, он закончил: — Достижение ранга третьей степени весьма необычно для соли, обладающего только семью развитыми чувствами вместо девяноста шести чувств калонги.
— И каким именно дисциплинам Сессерды вас обучили? — спросила Тори, заранее подозревая ответ.
— Каждый, изучающий Сессерду, получает уроки наблюдения, максимального использования умственных и физических способностей, определения ценности каждого вида, каждого существа. Практики Сессерды учатся правильному приложению теорий.
— А как именно вы практикуете Сессерду? — осведомилась Тори, чей страх столь уклончивые ответы лишь увеличили.
— Я уполномочен исполнять обязанности официального инквизитора для представителей цивилизованного 3-го и более низких уровней. — Капля на его ладони погасла, и он стер ее. — Меня просили приехать сюда с определенной целью, хотя Бирк, очевидно, не имел понятия, кто автор этого приглашения. Я прибыл допросить вас о смерти вашего мужа Арнода Конати, так как получил вызов от имени Калема, где выражалось серьезное беспокойство по поводу ваших отношений с Бирком. Я ваш инквизитор, мисс Дарси.
Какой-то миг Тори пыталась убедить себя, что это была нелепая шутка, что весь этот день — просто кошмарное видение, но перед ее мысленным взором предстали усмехающиеся лица Бирка, Нгои и Арнода. Отвращение к насыщенному смолой воздуху и к обстоятельствам, приведшим ее в теплицу, росло внутри, словно опухоль, грозящая лопнуть. Горечь и гнев наконец вырвались на волю.
— Неужели вы не можете оставить меня в покое? — крикнула Тори. — Мне следовало положиться на свои инстинкты. Вы сразу же вызвали у меня недоверие. Еще бы — друг Калема!
— Если я был с вами резок… — виновато начал Джейс.
— Вы разговаривали как самодовольный нахал, — вставила Тори.
— …то лишь потому, что нам не следовало встречаться в неформальной обстановке. Мой корабль, очевидно, с опозданием прибыл с Деетари, и вы уже были заняты в поле. Существуют правила взаимоотношений инквизитора и его подследственного.
— Но вы не слишком их придерживались, верно? Вы должны были сразу же проинформировать меня о вашем статусе.
— Жалким оправданием мне может послужить лишь то, что я сегодня был не в лучшей форме. — Светящаяся смола отбрасывала на лицо инквизитора тусклые отблески, чуть-чуть смягчая его выражение. — У меня и при более благоприятных обстоятельствах бывали неприятности с соли, а вы оказались совсем не такой, как я ожидал.
— Это хорошо или плохо? — фыркнула Тори.
— Я еще не уверен, — серьезно ответил Джейс, потирая уставшие от браслетов руки. — Как вам известно, даже калонги нашли вас трудной для прочтения, а я пока что немногим более чем подмастерье без всяких гарантий на продвижение. Я никогда не согласился бы вернуться сюда, если бы сообщение, переданное якобы Калемом, не несло печать жуткого отчаяния, если бы ваше присутствие на Стромви не казалось таким невероятным и если бы разговор с Укитаном-лаи не убедил меня, что мне необходима встреча с прошлым. — Внимание Джейса рассеялось, но усилием воли он заставил себя сосредоточиться. — Я не воспользовался первой возможностью, чтобы открыться вам, а потом мне помешали обстоятельства.
— Очаровательно, — промолвила Тори, с вызовом встретив печальный взгляд собеседника. — Могу я задать инквизитору вопрос?
— Конечно, — твердо ответил Джейс, слегка прищурясь.
— Что вы знаете о смерти Бирка Ходжа и Нгои Нгенги, инквизитор Слейд? Что вы знаете об исчезновении нескольких сотен обитателей долины Нгенги? Что вам известно об этих странных ударах — явно звуковом шоке?
— Сейчас я мог бы объяснить последние события только при помощи колдовства. Боюсь, мы с вами одинаково неинформированы.
— Благодарю за признание моей невиновности!
— Если вам будет от этого легче, я сомневаюсь, что Оми-лаи — инквизитор, который закрыл ваше предыдущее следствие, — отпустил бы вас, если бы счел вас способной на преднамеренное убийство, а ведь Оми — педант даже для калонги. Он считает любое решение безответственным, если не может подтвердить его всеми своими чувствами. Я хорошо его знаю. — Джейс улыбнулся, но при виде свирепого лица Тори улыбка увяла.
— Рада за вас обоих.
— Оми-лаи был бы возмущен любым, кто осудил бы вас без достаточных доказательств. Я изучил дело о смерти вашего мужа и понял, что обвинение против вас имело мало оснований, если не считать показаний ваших явно завистливых соседей. Разумеется, я не изучил вас настолько, чтобы прийти к определенному выводу благодаря собственному прочтению.
— Разумеется, — холодно повторила Тори.
— Я также уверен, что вы не убивали Бирка, хотя здесь мое суждение имеет довольно шаткие юридические основания вследствие моего личного участия.
— Свидетель защиты из вас неважный, — заметила Тори.
— Я согласен с вашим определением сегодняшнего «грома» как звукового шока. В Консорциуме есть средства, которые могут вызвать подобный эффект, правда не сопровождающийся убийством и похищением.
— Вы можете управлять стромвийской туннельной машиной?
— А она у вас есть?
— Думаю, я могла бы разыскать одну, — ответила Тори с холодным высокомерным видом, подчеркивавшим ее сходство с прабабушкой. — Поездка будет не из приятных, но все лучше, чем провести ночь, болтая с инквизитором. — Она выпустила наружу крючки браслетов и начала выбираться из теплицы.
— Вы нуждались только в стимуле к поискам средств спасения, — сардонически усмехнулся Джейс. Прихватив свитер и мачете, он последовал за Тори в лунную стромвийскую ночь.
Глава 21
Чтобы соли могли попасть на участок работников-стромви, требовалось постоянно расчищать проходы. Заросшая тропинка служила еще одним доказательством нерадивости Нгои в последнее время. Джейс пропал бы без мачете, пробираясь сквозь шиповник, всего лишь чуть менее ядовитый, чем большая часть его родственников.
— Надеюсь, вы знаете, куда идете, — проворчал он, когда колючая ветка оцарапала ему руку.
— Вы раздосадованы, инквизитор, — усмехнулась Тори. — Где же ваш самоконтроль?
— Вы когда-нибудь спускались в глубины пещер стромви?
— Нет.
— А вот я однажды попытался. И быстро в этом раскаялся.
— Надеюсь, что тот, кто украл корабли, раскается так же быстро, — отозвалась Тори. — Нгури говорил мне, что стромви держат туннельные машины под этим участком. Они обладают куда меньшей скоростью, чем воздушные суда, но стромви охотно пользуются ими для передвижения по планете.
— Стромви на месяц нужно меньше кислорода, чем соли на один миллиспан.
— Адаптационные прививки должны облегчить дыхание просмоленным воздухом.
— Подобная процедура едва ли обеспечит хоть какой-то комфорт, — буркнул Джейс, с бешеной энергией рассекая мачете последние ряды шиповника. — Перспектива наполнять легкие парами токсичной смолы не внушает мне особой радости.
— Предпочитаете дожидаться спасения, которое может и не прийти? — фыркнула Тори, пролезая сквозь расчищенный Джейсом проход. Вид пустого участка вызвал у нее глубокое разочарование. Конечно, она не ожидала обнаружить здесь кого-нибудь из стромви, так как они ответили бы на ее вызовы, но зрелище голой лужайки, где во время всех ее предыдущих посещений весело копались в земле ребятишки-стромви, подействовало угнетающе.
— Большой купол в центре — вход в пещеры, — тихо сказала Тори. Чувство одиночества заставило ее понизить голос почти до шепота. Щелканье стромви продолжало свой мерный траурный ритм, ничуть не громче и там, где были сосредоточены их жилища. — Если повезет, мы успеем в порт, чтобы поприветствовать вашего коллегу-инквизитора. Может, нам удастся даже найти кого-нибудь из исчезнувших стромви.