-Гарт, поверь, я не обиделся. Вернее уже знаю, как все было на самом деле и вовсе не собираюсь тебя упрекать. Зато потом ты меня спас... квиты. Иди.
-Спасибо.
Не успел кузен Змея уйти, как в кабинет вошло двое вызванных графом воинов. И уже через минуту, получив секретный приказ охранять помощницу Наерса и следовать за ней везде, куда бы она ни пошла, отправились выполнять задание, искренне считая, что сегодня им повезло.
Лэни обнаружила охрану только за пару часов до обеда, когда, перечитав кучу документов и отправив матушке письмо, решила немного побродить по дворцу в платье горничной. Достать его по просьбе Наерса помогла смышленая служанка, принесшая им по звонку горячий чай и печенье. Для преображения тихоня воспользовалась кладовой дознавателя, надела форменное платье прямо на свой рабочий костюм, сняла шляпку и натянула присланный утром из монастыря черный парик с синим шелковым бантом. Подправила сделанный еще дома грим невзрачной девицы и, помахав завистливо вздохнувшему коллеге, вышла из кабинета.
Двое воинов, небрежно игравших в кости на скамье неподалеку от двери, как будто не обратили на нее никакого внимания, однако, не успела тихоня дойти до угла, как услышала позади скрип скамейки и звук сдвоенных шагов.
Сначала Лэни еще сомневалась, но спустившись по лестнице на первый этаж и сделав по коридорам хозяйственной половины несколько резких поворотов, убедилась, что это ее телохранители. И хотя ей было очень приятно, что муж так заботится о ее безопасности, ходить всюду с эскортом тихоня вовсе не собиралась.
Простое и необидное решение пришло само, когда Лэни столкнулась в одной из комнат с вытирающей пыль горничной с точно таким, как у нее самой синим бантом, означавшим, что девушка имеет доступ в покои гостей.
-Тебе велели отнести чай в кабинет господина аш Феррез, - уверенно сообщила девушке Лэни, - тут я сама уберу.
И едва та вышла из комнаты, поспешно сорвала с головы синий бант и сунула в карман, приколов к парику завязанный узлом платочек. Ничего другого в кармане не нашлось, но девушка даже не сомневалась, что особо рассматривать его никто не будет.
Ловко натирая брошенной служанкой тряпкой завитки на массивном буфете, тихоня держалась второй рукой за угол и ждала, заглянут ли охранники в комнату или нет.
Заглянул. Тот, что постарше. Верный камень в браслете показал небрежный взгляд человека, не обнаружившего ничего интересного, и дверь закрылась. Тихоня метнулась к ней, прислушалась к удаляющимся шагам, вернула бант на место и выскользнула прочь. Нужно было торопиться, Змей обнаружит ее пропажу очень скоро.
В столовой для прислуги сидела строго поджавшая губы экономка, считавшая это место чем-то вроде личного кабинета. И всех видно и можно присмотреть, чтобы подолгу не рассиживались болтливые девчонки.
-Ты кто такая? Новенькая? Допускать к гостям разрешено? Дворец знаешь? Плохо, наверное, будешь помогать Гилии, - экономка явно относилась к тем людям, которые всегда сами отвечают на свои вопросы, не ожидая, пока найдется по-настоящему достойный собеседник, - Бегом на кухню, нужно отнести в гостиную на втором этаже напитки и печеное, там знатные дамы обсуждают завтрашний прием у короля.
Лэни плохо представляла, как можно обсуждать завтрашний прием, но сделала самое кроткое и послушное выражение лица, учтиво поклонилась и помчалась искать неизвестную Гилию.
И уже через пять минут тащила вслед за худощавой женщиной средних лет накрытую белоснежной салфеткой ажурную серебряную корзинку с булочками и пирожными.
Дамы работали усердно, судя по пустым подносам и вазам, на столе лежал многократно исправленный список, а в глазах собравшихся стыло разочарованное утомление.
-Осталось выяснить, - устало вздохнула одна из дам, не обращая внимания на расставлявших по столу угощение служанок, - кто прибудет из дома герцога Каридского, и что с Адерскими, и можно рассчитать все цвета.
-Но цвета Геверта белый, голубой, и серый с серебром. - значит алый лучше вычеркнуть совсем...
-Но если они наденут серое, то можно и не вычеркивать... - неуверенно пробормотала одна из дам, что помоложе, и смолкла, получив взгляд полный глубокого осуждения.
Лэни начала разливать чай чуть медленнее, ей хотелось понять, что такое тут планируется против ее братьев, и в этот момент дама болезненного вида, сидевшая у самого камина, сказала фразу, задевшую Лэни больше, чем упоминания о Герте.
-Но если Ритола точно вышла замуж за Змея, то она способна испортить всю картину. Она просто обожает слишком яркие платья... как бы узнать поточнее?
Этот вопрос прозвучал явно не в первый раз, и похоже даже не во второй, так как собеседницы не бросились обсуждать такую горячую новость с подобающим жаром, а лишь небрежно дернули, кто губкой, кто плечиком и потянулись за чашками и свежими пирожными.
Закончив сервировку, горничные мышками выскользнули из комнаты, но госпожу, задавшую вопрос про Ритолу, Лэни запомнила очень хорошо. И хотя была почти уверена, что та вряд ли может быть шпионкой покойной ведьмы или ее сообщников, понимала, что женщину придется допросить. Но сначала Лэни собиралась поговорить со своими новыми "подругами" и выяснить, что это за собрание и почему Олтерн вообще его разрешил. Хотя это вполне можно было узнать и двумя другими способами, даже тремя, например, спросить собственного мужа или написать матушке и Рози, все-таки именно горничные обычно замечают такие детали и словечки, которые не приметны никому, кроме них.
Однако, едва свернув в ведущий к кухне коридор, тихоня обнаружила стоящую посреди него статую, подозрительно похожую на ее собственного мужа. И судя по тому, с каким почтением служанки и лакеи обходили его, почти прижимаясь к стеночке, лицо Змея вовсе не выражало сейчас ни доброты, ни терпения.
И, хотя Лэни вовсе не собиралась бегать от любимого мужа, и не успела еще даже придумать, как поступить, скрыться или продолжать спокойно идти дальше, но какая-то неведомая сила мгновенно дернула ее назад и в сторону, придержала за колонной, пока спутница ушла вперед. А потом, точно рассчитав варианты, повела в узкий коридорчик, ведущий к черной лестнице, по которой слуги поднимались в свои спальни на третьем этаже.
И уже взлетая стремглав по этой лестнице, Лэни поняла, что это включилась отточенная многолетними тренировками интуиция тихони, где-то в глубинах подсознания просчитавшая, что встречаться им со Змеем, особенно вот таким, пышущим благородным гневом, никак нельзя. Слишком яркой и увлекательной для приметливых служанок, наверняка через одну тайно влюбленных в нового командира охраны, получится эта встреча, слишком много поймут они даже из самых сдержанных фраз... если Змей на такие еще способен.
И тогда ей можно забыть о своем ремесле, которому отдано столько времени, сил и души, и останется только сесть рядом с утомленными дамами возле корзины с пирожными и полдня обсуждать, кто в каком платье должен явиться на бал, ведь именно этим, если она правильно поняла, она занимались с таким рвением.
На площадке второго этажа тихоню ждал сюрприз, один из ее охранников. Она издали услышала его мрачное сопение и угадала по нетерпеливому постукиванию ноги, что воин готов на все, лишь бы исправить свою оплошность, выловить подопечную и доставить командиру. И вот это было бы еще хуже, чем, если Лэни подошла к мужу сама.
Новенькая горничная, которую к Змею ведет суровый охранник, крепко уцепив за руку или плечо, чтобы не вырвалась, это все равно, что торжественное объявление герольда в главном зале дворца. И потому Лэни заранее вытащила из крохотного кошелька заветную горошинку и с сожалением зажала между пальцами.
Приходится выбирать, между строгой экономностью, введенной Тмирной и полным разоблачением.
-Стойте, госпожа! - строго проговорил охранник, заступая путь выскочившей на площадку девушке с совершенно непримечательным личиком, и она послушно приостановилась, и даже подалась ему навстречу.