В Париж – точнее говоря, в Версаль – рекой потекли доносы, пользуясь отсутствием маркиза, подняли голову его давние столичные враги, и СентОбан снова засобирался в Версаль, именно там все дела и решались.
– Ничего! – прощаясь, маркиз был настроен весьма решительно, побоевому. – Вот увидите, дорогой Андре, уже к осени я разберусь со всеми своими врагами! А вы готовьтесь к должности адмирала… Не сразу, конечно, но годика через три – обещаю! А сейчас вы себя еще какнибудь проявите, мой друг, – сожгите какойнибудь английский городишко… или хотя бы деревню – нашему славному королю сейчас так нужны добрые вести!
Так сказал господин сюринтендант, сказал и уехал, предоставив Громову все полномочия по военноморскому делу и назначив Эмиля Дюпре командиром полка коннополицейской стражи. Дело оставалось за полковничьим званием – и это маркиз тоже обещал к осени. Все – к осени, в том числе и финансы. А люди – особенно моряки и морская пехота – уже давно поиздержались, людям буквально нечего стало есть, и в этом плане предложение маркиза разграбить какойнибудь английский городок или деревню показалось Андрею более чем актуальным. Противным, но актуальным, увы…
Сразу после отъезда маркиза, в субботу, шевалье де Тоннер объявил о подготовке к рейду, что сильно воодушевило матросов и еще больше укрепило личный авторитет их капитана. Горожане, кстати, тоже восприняли новость с радостью – наглым английским пиратам давно хотелось отомстить!
Громов собрался выйти в море уже в понедельник, и, опасаясь утечки информации, на ближайшие двое суток объявил мораторий на выход всех гражданских судов, что почти всеми было воспринято с пониманием.
Погода радовала – дул легкий ветер, и в голубом небе радостно сверкало солнце, напоминавшее сияющую золотую гинею. Снявшиеся с якорей корабли ходко шли в сторону Англии. К эскадре Онфлера присоединились еще и семь кораблей из Гавра, шхуны, шлюпы и даже один легкий фрегат, переделанный из торгового судна.
Маршрут разработали заранее – пройтись по всем прибрежным деревням на острове Уайт, ошеломить внезапным натиском, в массовых масштабах захватив скот, муку и все, что требуется для пропитания, да и вообще – что под руку попадет. Главное – налететь, ошеломить, разграбить – и как можно быстрее ретироваться, рядом, в Портсмуте стояла эскадра, та самая, что не так давно бомбардировала Онфлер.
– Пока местные пошлют за помощью, – стоя рядом со шкипером, прикидывал по пути Андрей, – пока эскадра выйдет из гавани… пусть даже не вся, пусть только фрегаты… Как минимум часа три у нас есть. Думаю, этого вполне достаточно. Я сам возглавлю операцию, а вы, Шарль, – лично следите за временем и за полчаса подайте уловный сигнал – просто выпалите два раза из пушки.
– Все сделаю, господин капитан! – шкипер молодцевато вытянулся. – Не извольте беспокоиться.
По сведениям Громова, в Портсмуте нынче находилось не так уж и много боевых судов, большая часть тамошней эскадры в составе военноморских сил королевы Анны ушла к Шербуру, но и того, что оставалось, с избытком хватало для того, чтобы, в случае удачи, отправить на морское дно все корабли французов, поэтому все нужно было делать расторопно и быстро – именно в таком духе Андрей и инструктировал команду перед отходом из порта.
Погода, слава богу, не портилась, вот только ближе к обеду бывший до того почти что попутным ветер изменил направление, задув с зюйдвеста. Мало того, впереди вдруг показались паруса!
– Англичане! – громко закричал марсовый. – Я вижу английские флаги. Враги нас заметили. Идут к нам.
– К бою! – капитан Тоннер быстро приказал подать сигналы другим своим судам и, взяв подзорную трубу, пристально всмотрелся в английские корабли. В числе которых насчитал несколько шлюпов и восемь огромных многопушечных судов, прозываемых «линейными».
– Если мы позволим им подойти и дать залп, от нас не останется ничего, – грустно констатировал Громов и, протянув подзорную трубу шкиперу, попросил: – Гляньтека повнимательнее, Шарль. Что скажете?
– Это портсмутская эскадра, месье, – тотчас же доложил шкипер. – Я вижу знакомые корабли – «Элизабет», «Морской Пес», «Куин Мэри»… Думаю, они галсами шли к Шербуру… и вот заметили нас, повернули. Хитро повернули – идут по ветру, а нам… Нам, похоже, не уйти, господин капитан. Пока развернемся…
– Я же сказал – к бою. Да! И готовиться к развороту… Взять ближе к северу… путь враги повернут, инструкция требует от них вступать в бой с наветренной стороны.
– Именно так, месье! Они смогут маневрировать… а мы – нет.
– Ничего… – Андрей стиснул зубы. – Ничего… поглядим еще, поглядим. Слушай мою команду – всем судам встать бортом к врагу… Готовиться к залпу!
Получив приказ, матросы проворно полезли по вантам, беря на рифы часть прямых парусов. Суда поворачивались бортами… а враги шли вперед.
– Залп! – выждав, пока все корабли выполнят маневр, приказал Громов.
Жахнули пушки, не причинив врагам никакого ущерба.
– Представляю, как они сейчас над нами смеются! – с обидой прошептал шкипер Шарль Дюбуа.
А вражеские корабли уже разворачивались, вставали в кильватер, с наветренной стороны, добросовестно выполняя все, утвержденные в высокой канцелярии фазы подготовки к артиллерийскому бою.
– Они развернулись бортами, месье! – шкипер округлил глаза. – Сейчас будут стрелять.
– Лечь на правый галс! – спокойно скомандовал капитан. – Поднять все паруса. Курс – нордост. Уходим!
Команды всех французских судов выполнили приказание деловито и быстро: не прошло и пяти минут, как корабли повернулись и, подняв все паруса, полных ходом пошли прочь, издевательски паля из кормовых пушек.
– Хаха! – весело смеялся шкипер. – Представляю, как они там сейчас ругаются! А преследовать – губа тонка. Пока сейчас повернут, пока перестроятся… там более – такието слоняки!
Громов покачал головой:
– Они за нами и не пойдут, вопервых – уже не догонят, а вовторых – у этой эскадры наверняка имелась какаято своя задача. Они ведь кудато направлялись, черт их дери! Вот туда и пойдут, преследование уж никак не вписывается в их планы… Как и мы вовсе не планировали ступать в бой с английскими линейными кораблями. Не планировали – и не вступили. Зачем?
– Они разворачиваются! – закричал с марса юнга – все тот же славный белобрысый Лесли из Нассау. – Ложатся на прежний курс. Уходят!
– Пусть уходят.
Загадочно улыбаясь, Андрей дождался, когда паруса англичан почти исчезли вдали, и приказал резко менять курс.
– Всетаки решили идти на остров, месье?
– Нет, – Громов скрестил руки на груди и весело засмеялся. – Зачем нам какойто остров? Отправимся в Портсмут, друзья мои! Думаю, там нас сейчас никто не ждет.
Французские каперы (теперь у Андрея имелся оформленный по всем правилам патент с большой круглой печатью и подписью самого королясолнца) ворвались в гавань с ходу – Громов оказался прав, их там никто не ждал, а город прикрывали лишь крепостные орудия, которые удалось обойти, взяв чуть левее. Правда, пару кораблей – шхуну и шлюп – англичане все жтаки потопили, однако оборону организовать не смогли – просто не успели, не ожидая подобной наглости!
– А вот здесь у нас есть время до вечера, – поглядывая на притихшую гавань, потер руки капитан де Тоннер. – Возьмем, что сможем – и к ночи уйдем. Поболтаемся в море. Так! В город не лезть: достаточно будет портовых складов и стоящих здесь, в гавани, судов.
– Брать на шпагу все корабли подряд? – подкрутив седые усы, осведомился бравый сублейтенант д'Арризо, командир онфлерской морской пехоты.
– Нет! – подумав, Громов погрозил ему пальцем. – Только английские, голландские, немецкие – если таковые найдутся. А вон те, под шведским флагом – не трогайте.
– Слушаюсь, господин капитан!
Грабеж был организован аккуратно и со всей необходимой поспешностью – исполняя суровый приказ своего капитана, в уличные бои нормандские каперы не ввязывались, в дома горожан не лезли, женщин и девок не насиловали и на свои корабли не тащили… Хватало и в Онфлере да Гавре веселых девиц! Зато забитые товарами склады да вместительные трюмы торговых судов опустошили со всей тщательностью, взяв весьма достойную добычу! Лес, сукно, токарные станки, медные и железные крицы, проволока, пенька – за все это можно было выручить весьма приличную сумму, которой нынче с лихвой хватало и на пропитание, и на самые веселые кутежи. Даже отложить на старость – если кто хочет.