Зазвонил телефон. Ричард Худ сообщил Малко, что в его Управлении не было сведений о китаянке из банка. Он попросил ФБР навести о ней справки, но это займет несколько дней. Малко поблагодарил и повесил трубку.
Лили закончила чистку. Она подошла сзади к Малко и обхватила руками его шею, повернувшись, он поцеловал ее и почувствовал спиной ее тугие груди. Его поцелуй стал более требовательным.
Легкий стук в сообщающуюся боковую дверь вернул их на землю.
— Мы уходим, — раздался голос Джонса за дверью.
— Хорошо, — ответил Малко. — Как только будут новости, звоните мне.
— Куда они пошли? — спросила Лили.
— Они должны выследить одного человека, — ответил Малко.
Он взял Лили на руки и продолжил прерванный Джонсом поцелуй. Однако после ухода горилл он почувствовал угрызения совести. Его противники уже показали ему, на что они способны. Если они заметят слежку, то либо уйдут от нее, либо заманят горилл в ловушку.
Надо было разработать план по спасению. Чтобы не напугать Лили, лежащую на кровати, он прошел в комнату Джонса и набрал номер Худа.
— Не могли бы вы установить слежку за машиной, как только я дам вам ее номер и описание? — спросил он.
— Разумеется, — ответил Худ. — Если она выедет за город, я посажу ей на хвост вертолет. Это самое надежное. За ним можно наблюдать в бинокль.
— Спасибо, — сказал Малко. — Я вам позвоню, чтобы вас предупредить.
Он вернулся в свою комнату озабоченный. Было очень рискованно пойти объяснить новый план Джонсу и Брабеку. Достаточно малейшего промаха, чтобы обнаружить себя. Китаянка будет настороже. А позвонить гориллам невозможно.
Лили заметила его напряженное состояние.
— Что–то случилось? — спросила она.
— Ничего, — ответил Малко.
Она настаивала.
— Я вижу, что что–то не так. Я могу тебе помочь? — Она стала его умолять: — Мне так хочется что–нибудь для тебя сделать.
Его лицо просияло от радости. Скажи он ей вычерпать воду в бухте чайной ложкой — и она тотчас же примется за работу.
Малко колебался. Ему не хотелось вмешивать Лили в свое опасное дело. Во–первых, это было рискованно, а во–вторых, из–за своей деликатности. Но сейчас нужно было решить срочный вопрос, не представляющий для Лили никакого риска. Ей нужно только предупредить Криса и сразу вернуться…
— Послушай, — сказал Малко. — Я забыл кое–что сказать моим ребятам. Ты можешь отнести им записку? Это все. После этого ты сразу вернешься, и мы пойдем к твоему дедушке поговорить о работе.
— И это все? — спросила Лили разочарованно. Она рассчитывала по крайней мере на то, что он попросит ее кого–нибудь убить.
— Да. Но это очень важно, — подчеркнул Малко. — Я не могу пойти туда сам.
Малко объяснил ей, где находится машина, и черкнул Крису несколько слов. Лили умирала от нетерпения. Он взял ее на руки и посмотрел на нее своими золотистыми глазами. Лили опустила голову и уткнулась ему в грудь.
— Я готова сделать для тебя все, что угодно. Ты так мил.
Она быстро поцеловала его в губы и сказала:
— Я мигом.
Глава 8
Сердце готово было выпрыгнуть из красивой груди Лили Хуа, когда она заметила машину Криса Джонса. Она подошла и робко постучала в стекло. Реакция гориллы оказалась столь резкой, что Лили отпрыгнула. Затем его лицо просияло, и он открыл дверцу.
Лили села в машину.
— Очень мило с вашей стороны навестить меня, — сказал Джонс.
Он почти позеленел. Последние четверть часа он страшно страдал от желания сходить в уборную.
В пятидесяти метрах от него Брабек потягивал пиво в кафе, не спуская глаз с дверей банка.
Лили протянула ему записку от Малко. Крис прочитал ее, ерзая на сиденье. Он не мог больше терпеть.
— Не будете ли вы так любезны посидеть минутку в машине? — попросил он Лили. — Вы видите дверь банка? Если из нее выйдет высокая китаянка, чертовски красивая, с зелеными глазами и сядет в белую спортивную машину, то сразу сигнальте. Впрочем, я только на минуту.
Лили была преисполнена гордости. Наконец–то она помогает Малко. Конечно, она помнила, что он велел ей тотчас же вернуться, но он будет доволен, когда узнает, что она сделала.
— Хорошо, давайте быстро, — сказала она Джонсу. — Вы можете рассчитывать на меня.
Джонс ушел. Лили села на его место, а Джонс направился в кафе, где сидел Брабек. Проходя мимо него, он сделал знак, чтобы Милтон смотрел за машиной. Он успеет добежать. Затем Джонс спустился вниз.
Не прошло и тридцати секунд после его ухода, как подъехал почтовый фургон и остановился напротив кафе, закрыв от Брабека двери банка. Сердце Лили остановилось. За рулем фургона сидел мужчина, и со спины Лили показалось, что это был китаец.
Она не знала, стоит ли ей сигналить, и молила бога, чтобы Джонс вернулся как можно скорее. В этот момент из дверей банка вышла необыкновенной красоты китаянка в облегающем белом платье. Незнакомка села в белую машину с откидным верхом и тронулась с места.
Лили ни о чем не думала. Она включила зажигание и поехала. Когда Джонс вернется, будет уже слишком поздно, чтобы успеть за китаянкой.
Джонс выскочил из кафе, когда обе машины промчались в десяти метрах от него. Он страшно выругался и сделал знак Брабеку.
Брабек оказался около него в ту же секунду, не успев даже заплатить.
— Черт побери, почему она не предупредила?
Кремовый «форд» свернул направо, на Буш–стрит. Как назло — ни одного такси, а улица с односторонним движением. Оба гориллы были в отчаянии.
— Ну и дела!.. Еще эта крошка отправилась за гадюкой.
— Надо узнать ее адрес, — предложил Джонс.
Они устремились в банк. Взглянув на их удостоверения, управляющий дал им адрес китаянки: ее звали Сюзан Вонг, а жила она на Президент–стрит, №1024.
Лили Хуа была страшно возбуждена и одновременно умирала от страха. Однако преобладало желание оказать Малко услугу. Но она абсолютно не знала, что ей делать, и просто ехала за открытой машиной. Проехав по Буш–стрит, они свернули на Маркет–стрит, одну из самых больших улиц Сан–Франциско. Спортивная машина повернула налево и стала ловко протискиваться среди других машин. Лили Хуа с трудом поспевала за ней. Она проскочила на желтый свет и услышала свист полицейского. Ее руки дрожали.
Она увидела, что спортивная машина перестраивается в левый ряд и сворачивает на Сентрэл Фривей. Лили решительно обошла несколько машин, и сейчас от китаянки ее отделял только старый «бьюик».
Машины плелись со скоростью мили три в час, едва не задевая друг друга. Лили не упускала китаянку из вида.
После Бэйтора движение несколько улучшилось. Спортивная машина рванула вперед, затем свернула направо на Сан–Бруно–авеню и взяла направление в южную часть Сан–Франциско.
Было уже совсем темно. Лили сидела на хвосте у белой машины. Неожиданно китаянка резко повернула налево, на маленькую улицу. Здесь почти не было домов. Проехав пятьсот метров, она так резко остановилась, что Лили обошла ее и на полной скорости влетела на заправочную станцию Шеврон.
Она видела, что высокая китаянка вошла в бар. Лили помчалась к телефонной кабине. Она набрала номер отеля «Марк Хопкинс», не спуская глаз с белой машины. Телефон был занят.
Взглянув на запыхавшегося Криса Джонса, Малко понял, что что–то случилось.
— Где Лили? — выпалил он.
Джонс рассказал ему, что произошло. Малко мрачно слушал. Он представил себе наивную Лили в погоне за безжалостными противниками. Самое лучшее для нее было бы потерять машину китаянки из виду…
Он снял трубку и позвонил Худу. Почти в ту же секунду он услышал хриплый голос шефа полиции.
— Вы мне нужны, — сказал Малко. — Это имеет отношение к нашему делу. Вы должны найти белый «остин–хелей» с номером 763 ОКД и кремовый «форд–фалкон», 958 КСВ. В последний раз они были замечены на Буш–стрит, примерно десять минут назад. За рулем обеих машин женщины.
Худ рассвирепел: