– Что вы делаете с умершими? Как вы их хороните?
– В облачном море, – отвечал Джон.
Глава 3.
Елена чувствовала слабость, все возрастающую с каждым днем. У нее постоянно брали кровь, постоянно изнуряли очередными бессмысленными упражнениями. Иногда Джон не давал ей спать сутками. Она ела, как сумасшедшая, что-то невнятное, что ежедневно приносила стража. Иногда обедала с Джоном. Но всегда оставалось чувство голода и слабости. Постоянно кружилась голова. Изредка она выходила на прогулку в общий двор. Одни и те же безразличные лица, светлые одежды, отцветающие клумбы. Медиумы выполняли разные работы – засыпали дорожки песком, подстригали кусты, красили заборчики. Елена присоединялась к работе под присмотром стражников. Она пробовала заговорить с кем-нибудь. Бесполезно. Медиумы смотрели мимо нее стеклянными глазами, вяло продолжали работать. Они находились под действием зелья. Иногда встречались те, кто не был опоен. Но и они сознательно избегали разговора. Кто-то действительно не осознавал окружающую реальность. Кто-то просто боялся. Ни один из медиумов не был похож на Олега, как она надеялась. Елена все более уверялась в своей ошибке.
Однажды со скрежетом отворились ворота, и песок на дорожке, той самой, по которой в тот злополучный день вошла Елена, разметали копыта двух лошадей. Впереди вышагивала стройная черная кобыла. В седле находилась коротко стриженая девушка. Волосы ее покрывала алая повязка, блестели начищенные высокие сапоги с рукоятями кинжалов за каждым голенищем. На шее и руках фантазийные украшения. Следом за ней ехал бородатый молодой мужчина с несколькими серьгами в ухе и шрамом на лице. По бокам от седла пристегнуты внушительных размеров вьюки. Всадники держались гордо, свысока посматривали на медиумов. У самых ступеней девушка спешилась и с истинно кошачьей грацией взошла навстречу Хангу, который выходил из дверей. Альбинос поцеловал ей руку.
– К чему этот пафос, Ханг? – рассмеялась девушка.
– Любезность еще никогда не бывала лишней, Найра. Все привезла?
– Обижаешь! В лучшем виде! Минж! – скомандовала она. – Тащи сюда вьюки! Нет, ребята, помощь не нужна, материал хрупкий!
Они расположились на закрытой террасе. Минж распечатал один мешок, вытащил несколько шкурок и продемонстрировал Хангу часть содержимого. Это были всевозможные порошки, колбы с жидкостями, мотки серебряных нитей и другие, неизвестного назначения и происхождения материалы. Альбинос одобрительно кивнул.
– А здесь, – Найра бесцеремонно пнула другой мешок. – Кожи превосходной выделки. Тот купец мог бы много получить за них.
– Он и получил! – хохотнул Минж. – Стрелу в горло! Кто скажет, что это мало, тому берусь доказать обратное!
Ханг поморщился.
– Никогда не одобрял ваши методы.
– Кому бы говорить про методы! – фыркнула Найра. – В этом чемодане костюмы, которые ты заказывал. Ну и так, по мелочи…
– О мелочах… – Ханг щелкнул пальцами, глядя на стражника. Тот быстро убежал и вернулся с небольшой коробочкой.
Хозяин Дома принял ее и передал Найре. Бандитка приоткрыла крышку и чуть вдохнула.
– Превосходно. Как всегда.
– А это аванс, – Ханг бросил на стол маленький кожаный мешочек. Найра раскрыла его и вытряхнула на стол. Между несколькими крупными халцедонами что-то блеснуло. Найра поднесла к блестящим глазам золотую цепь с массивным кулоном.
– О… Я даже предоставлю тебе честь надеть ее на меня. Только в несколько иной обстановке… Минж! Возвращайся к парням! А это лично тебе! – она щелкнула по халцедонам.
– Заметано, атаман! – Минж сгреб камни в карман.
Найра оглядела площадку, на которой работали медиумы.
– Новенькая? – она небрежно дернула подбородком в сторону Елены.
– Да, – подтвердил Ханг. – Ничего особенного. Тебе не кажется, что здесь стало прохладно?..
Найра разглядывала кулон в бархатной полутьме. Белые волосы Ханга ярко выделялись на бордовых простынях. Он лежал с закрытыми глазами. Найра повернулась к нему спиной и свернулась клубком. Когда-то Ханг казался превосходнейшим из ее экстравагантных увлечений. Ей было, с чем сравнивать. Но с некоторых пор разбойница украдкой стала позволять себе то, на что раньше был наложен строжайший запрет.
Воспоминание. Изредка, на грани сна и бодрствования, ненадолго… но все же позволяла. Тогда она улыбалась и чувствовала что-то вроде тепла в районе сердечной мышцы. А один раз, крепко напившись, она расплакалась.
Ей потом было стыдно перед собой. Но тепло не уходило, а лишь усиливалось. Она глянула на Ханга и бесповоротно решила, что, с некоторых пор, он уступил свое превосходство.
Да и что удивляться? В конце концов, она всегда предпочитала черный цвет белому. А теперь полюбила и привкус яда.
Елена рассматривала коллекцию всевозможных частей тела в кабинете ученого. Заспиртованные, замаринованные в разноцветных субстанциях, они походили на причудливую мозаику, которая украшала целую стену. Здесь же располагалась целая коллекция камней в виде человеческих органов, а также несколько каменных статуй в виде кошек.
– Зачем тебе все это? – спросила она.
– Для алхимических опытов. Я исследую закономерности, по которым органика превращается в камень. И можно ли обратить этот процесс. Ищу, понимаешь, элемент, который необходим для обращения. Если его извлечь из тела, возможно, нас ждет успех.
– Сколько времени вы этим занимаетесь?
– Мало, – вздохнул ученый. – То есть, я занимался исследованиями всю свою жизнь, но не в таких… хм… масштабах. Так, травки, кошки, алхимия, психология, легкий гипноз… Десять лет назад здесь был самый обыкновенный сумасшедший дом. Сама понимаешь, пришлось все переоборудовать, создать определенные механизмы. На это ушло время. Лишь несколько лет, как мы приступили к полноценным опытам. И они очень длительные, к каждому нужно тщательно готовиться. Пошли в лабораторию, Ханг уже ждет.
– Зачем?
– Не спрашивай, пошли… А, черт, черт!
Джон неловко задел колбу с розовым раствором. Несколько капель пролилось на пол, и на их месте заплясали огоньки, моментально перекинулись на упавшую бумажку. Джон затоптал пламя и поставил колбу в шкаф. Елена успела заметить довольно большую бутыль, наполненную той же жидкостью.
На столе лежала девушка с бритой головой. Гораздо моложе Елены, очень бледная и худенькая. Елена вспомнила, что видела ее несколько раз во дворе за работой. Из иглы, вставленной в вену, в сосуд капала кровь. Сосуд был почти полон. Елена вдруг поняла, дернулась и подалась назад.
– Нет! – вскрикнула она.
Джон подтолкнул ее в спину.
– Без глупостей!
– Нет!!!
– Господин, может, ее все же успокоить?
– Не вздумай! Нужна чистая кровь. Вообще поменьше давай ей этих зелий…
В первый раз за все это время у нее сдали нервы. Она бросилась на Ханга, схватив первый попавшийся инструмент вроде скальпеля. Джон не успел ее перехватить.
Зато успел Ханг. Не использовал гипноз, просто ударил по щеке так, что она отлетела в угол, выронила нож.
'Как же я ослабла' – тупо подумала пленница, глядя на лезвие, сверкающее на полу.
Ни Ханг ни Джон не торопились ее поднимать.
Лезвие.
'Я успею. Успею. Если им нужна моя кровь, пусть получают…'