Стекло превратилось в блестящие снежинки, а рыбки – в чучела животных, которые несколько удачливых людей в толпе смогли поймать.
В конце концов, шоу закончилось, и все на трибунах начали расходиться. Они гуляли, говорили и смеялись, удивляясь тому, что видели, и размышляя о том, как были сделаны определенные трюки.
Когда последний человек покинул шатёр, артисты затеяли своё веселье, выпивая крепкие напитки, принесенные из своих трейлеров – что-то вроде шампанского. Джекис всегда в центре веселья, упивался похвалой.
Это шанс для нее.
Вика выбралась через заднюю часть шатра и помчалась к своему трейлеру. Оказавшись там, она заперлась внутри. У Джекиса есть ключ, но даже если он захочет им воспользоваться, мигающие огни, предупредят ее о его присутствии.
Вика сменила туфли на высоких каблуках на ботинки, но не стала тратить время на переодевание платья. Еще рано.
Если отец заметит ее, пусть думает, что она просто решила присоединиться к веселью с другими исполнителями. Таким образом, он вряд ли захочет остановить ее или даже поговорить.
"Ну, это вопрос времени", – произнёс голос.
Икс!
– Я знаю, – сказала она. – Но лучше поздно, чем никогда.
Ее руки дрожали, когда она надевала ожерелья, браслеты и безделушки, затем взяла самую большую сумку, которую сможет нести.
Вика проигнорировала сладости, но взяла фотоаппараты, которые ее мать любила... помимо ножа, они были всем, что у нее осталось от женщины, родившей ее, и она не могла не взять их.
В сумке едва ли осталось место для свитера и зимних штанов, но они необходимы, поэтому она запихнула и их.
– Ты знал, что от наручников нет ключа? – спросила она, вспомнив, сколько раз он просил ее забрать Соло и уйти сейчас, а не позже.
"Нет. Я просто знал, что вы должны уйти, не волнуясь о наручниках ".
Прежде, чем надеть пальто, она прихватила несколько драгоценностей, которые не влезли в сумку.
Шесть ожерелий, семнадцать браслетов. Кольца на каждом пальце. Какой у неё вид должен быть.
– Хорошо, я хочу, чтобы ты рассказал мне, – потребовала она.
"Я рассказывал. Несколько раз".
– Почему бы не несколько?
"А почему ты не послушала меня в первый раз?"
Она не нашла, что возразить.
– Всё в порядке, я готова идти. – Сумка оказалась настолько тяжелой, что ее практически невозможно было нести, но она вытащила ее наружу. Холодный воздух сразу же окутал Вику, а теплое дыхание заставило сформироваться туман перед лицом.
– Ты знаешь, где Соло? – прошептала она.
"Знаю. Он находится в том же шатре что и прежде. В контактном зоопарке".
Подавляя стон, она прижалась к стене трейлера, скрываясь в темноте, ожидая и слушая единственным способом, которым могла. К счастью, не чувствовалось никакой вибрации по ногам.
"Прежде, чем ты спасешь все эти жизни, – сказал Икс, – придется украсть для Соло немного одежды. Прямо сейчас он голый".
– Ладно.
"Тебе также понадобятся другие вещи".
Будто она когда-нибудь снова поспорит с ним.
– Просто скажите мне, что нужно взять, и я все сделаю.
Он оттарабанил список того, что, казалось, лишь смешными пунктами, и Вика снова застонала.
– Хорошо, – повторила девушка. Сердце бешено колотилось, но она ринулась вперед.
Глава 23
Поражаю их, и не смогут они встать – пали они под ноги мои.
– Книга Псалмов 18:39
Соло потерял счет времени. Он не знал, как долго прикован к этому колесу. Только знал, что руки и ноги онемели, потому что их привязали по краям, и люди, в конечном счете, прекратили входить в палатку. Смотрящие на него. Поглаживающие его тело, как будто он был ручной маленькой домашней кошечкой. Зверь бился внутри него как в лихорадке.
Иные вокруг притихли. Не потому что им заткнули рот, это не так, потому что они прибывали в шоке, совершенно униженные, не оправившиеся от того, что произошло, и насколько уязвимыми они были.
Он не сможет сделать это снова. Лучше умереть.
Даже сейчас пальцы оставались, сжаты в кулаки, а когти разрезали ладони. Его кровь была горяча, так горяча, что языки пламени лизали его вены.
Что-то еще более горячее было на его связанных запястьях, но теперь, перед лицом его растущего негодования, это тепло распространилось. Наручники только что отошли на второй план.
Неважно, что ты должен сделать, контролируй это. Ещё немного и он не выдержит. Он просто должен был... что?
После смерти его родителей он не особо ладил со своим характером. Только с Викой, которая дразнила его и...
Вика. Где она?
Он представил ее – его милую, добрую Вику, и его пальцы практически разжались. Воображал, как она смотрит на него, ее опухшие и блестящие губы от его поцелуев, её глаза широко распахнуты от замешательства и желания, и его мышцы начали расслабляться.
Чтобы быть с ней, он сможет сделать это снова. Сможет сделать все.
Я получу эту женщину. Однажды. Скоро. Часто.
И когда "однажды" наступит, он заставит ее забыть отвращение к этому слову.
"Ты знаешь, что заслуживаешь этого", – сказал Доктор Зло.
Как раз вовремя, попытка вернуть гнев Соло.
"Нет, ты достоин того, что произойдет. Спасения".
Икс появился, чтобы поддержать его.
– Где вы были, парни, пока я был в Ноландс? – потребовал он спокойно – слова были приглушены намордником. – Подожди. Спасение?
Мгновение спустя Вика влетела в шатёр, одетая в великолепное красное платье, и он забыл свои вопросы. Поверх платья она надела шерстяное черное пальто, но оно было не застёгнуто, и Соло заметил, что лиф её платья опушен достаточно низко, намекая на декольте. Подол был таким длинным, что волочился по полу и путался под ногами, как будто это был заколдованный туман. Материал облегал каждый изгиб, и ее тело... было словно произведение искусства. Миниатюрное и с пышными бедрами, которые заставляли сердце пылать.
"Ее. Она моя", – подумал он. Ему больше не нужна помощь Икса, не в этом случае. Он уже понял, что теперь это знание крутилось там же, где инстинкт бился в унисон с сердцем.
Никогда больше он не позволит ей убежать от него.
Она подошла к нему и уронила сумку, которую держала. Лицо было бледным и осунувшимся, несмотря на яркий макияж. Вика сразу же попыталась убрать металлические засовы, прикрепленные к его манжетам, расшатывая и дергая их.
– Мы уезжаем сегодня вечером, – сказала она. – Сейчас. Независимо от того, что придется сделать для этого. – Но, несмотря на то, как она отчаянно старалось, не могла устранить препятствия. – Черт! Что мне делать?
Он открыл, было, рот, чтобы ответить, неуверенный, что она сможет его понять, но Вика напряглась.
– Ш-Ш-Ш! – Она бросилась к колесу, скрытому от глаз.
Тогда он услышал приближающиеся шаги.
– Твоя сумка, – прошептал он отчаянно. Она оставила ее у его ног. И он напомнил себе, что она не могла услышать его и понятия не имела, что оставила вещественные доказательства.
Трое из охранников Джекиса внезапно вошли в шатёр, каждый из них отхлебывал из уже полупустых бутылок с выпивкой. Трио спотыкаясь, направилось в сторону колеса Крисс: двое из них спорили о том, кто доберется до нее первым, чтобы поиметь, а третий клялся приручить Киттен после того, как посмотрит на изнасилование другой девушки.
Соло оглядел остальных иных. За исключением Таргона, все закрыли глаза, словно не могли перенести зрелище, которое не в силах остановить. Кроме Таргона. Его глаза были открыты, а тело напряжено, и каждая мышца завязалась узлом, будто он готовился к бою.
– Каамил-Ализ, – прорычал Соло.
Внимание иного переключилось на него, и они поняли друг друга, что должны сделать что-то. Что угодно.
Он действительно не мог этого допустить. Для любой женщины, и для Вики. Она попытается остановить мужчин. И ее тоже изнасилуют, неважно она являлась дочерью Джекиса или нет. Работники выпили достаточно и не станут волноваться.