– Если ты не будешь осторожна, мисс Вика, – сказал он, – Я никогда не смогу тебя отпустить.
Она... понятия не имела, что ответить. Быть с ним всегда? Ее глупый разум кричал – да, пожалуйста.
Несмотря ни на что.
"Я вернулся".
Знакомый голос послышался в голове, и она посмотрела направо. Ее первоначальная тревога улетучилась, когда она увидела, как крошечная версия темноволосого Икса взгромоздилась на ее плече. Он казался моложе, чем прежде, и сильнее.
Но никогда раньше она не видела ничего, несомненно, из другого мира, пока была в другой реальности, и не знала, что думать.
– Когда твой отец придет, то станет делать все необходимое, чтобы вытащить тебя из клетки Соло. – Его рот не двигался, но слова отдавались в голове. – Нужно уходить. Сейчас.
"Лжец! – парировал доктор Зло, заставляя ее повернуться налево. Он также теперь был крошечной версией себя и казался старше, чем раньше, и слабее. – Ты знаешь, что Соло схватят. И если будешь с ним, то и тебя поймают".
Прикосновение к плечу вернуло ее назад к Соло, который стоял прямо перед ней, излучая беспокойство.
– Ты в порядке?
– Т...ты видишь их? – спросила она, потирая руки.
– Вижу кого?
– Их. – Она посмотрела налево – Доктор Зло исчез. Посмотрела направо – Икс тоже. – Но... но... – Ее плечи поникли. – Неважно.
– Что ты видела? – настаивал он.
Дважды они обсуждали ту другую реальность, но Соло никогда не упоминал Икса или доктор Зло, даже при том, что должен был знать их.
И он был Аллорианцем, и так или иначе во время ее сна, который таковым не являлся, она была в Аллорисе. Но Вика не собиралась быть тем, кто упомянет их имена.
Соло захотел бы узнать, что они сказали ей. И согласился бы с Иксом, она знала, что согласится, и затем ей пришлось бы отказать ему еще раз. Несмотря на то, что чувствовала правоту Икса. Он всегда был прав. Но не могла повиноваться ему.
– Вика.
Забыв об отце, о будущем, она бросилась в его объятия. Они, вероятно, не будут вместе очень долго, значит нужно наслаждаться каждой секундой.
Соло не обнял ее. Она чувствовала вибрацию и знала, что это от его слов.
– Я не знаю, что ты говоришь. И если честно, мне плевать. Если хочешь, чтобы я ушла, жаль, потому что я остаюсь прямо здесь. Только держи меня крепче и предупреди, если услышишь, что кто-то идет.
Несколько мгновений прошло прежде, чем он подчинился.
Она издала вздох, почувствовав его силу и тепло, окутывающего ее.
– Я поклялась приложить все усилия, чтобы найти ключ, и имела это в виду. Я найду. Но откуда начать? Если не смогу?
Справа она услышала стон.
Слева – смех.
Ее ногти вонзились в грудь Соло, как будто он был ее единственным якорем в бурном шторме. Фактически, так и было. Доктор Зло и Икс никуда не ушли и слушали.
Теплые руки легли на ее щеки с такой заботой, которую она будет помнить всю свою жизнь.
Он поднял ее подбородок, с надеждой и дрожью, и было, похоже, что смотрит на нее с опаской.
– Он держал бы ключ рядом, это может быть что-то, что он носит каждый день. И ты не потерпишь неудачу.
– Но я просмотрела все его драгоценности.
– Ищи потайные отделения в трейлере. А если попадешь в беду – беги. Беги и никогда не оглядывайся назад.
Ах, да. Предчувствие. Она едва могла переваривать информацию. Он ставил ее потребности выше своих. Не только помощь, которую она может оказать, но ее саму.
– Я не смогу сделать этого, Соло. – Несмотря ни на что. – Просто не смогу.
Его пристальный взгляд сверлил ее, проникая в душу.
– Тогда беги ко мне.
Она потерлась о его ладонь, фактически мурлыча от тепла и чувства удовольствия.
– Что ты сможешь сделать? – прошептала Вика. Она не хотела быть жестокой и указывать, насколько бесполезно будет такое действие.
Гнев внезапно накрыл его, но рука осталась нежной.
– Я что-нибудь придумаю.
Эта злость направлена не на нее, она понимала это, но в данных обстоятельствах.
– Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности.
– Я могу справиться с ними.
– А я не могу?
Его большие пальцы гладили, заставляя ее дрожать.
– Ты и так справлялась со слишком многим. И однажды, расскажешь мне все, что тебе сделали. В один прекрасный день у тебя будет жизнь, которую заслуживаешь.
Однажды.
Паника просочилась на поверхность, потому что она знала о том, что плохое скоро произойдет. Что-то плохое всегда происходило, когда эти слова произносились. Однако, она сказала другое:
– Х-хорошо. Я приеду к тебе. И прежде, чем ты что-нибудь скажешь, я клянусь в этом.
Пятнышко цвета показалось слева. Туман стал менее плотным. Различные части цирка появлялись на своих местах, ничто не передвинулось ни на дюйм. Клетка, которая стала безопасной гаванью Вики, стояла точно там же, где ее оставили... прямо перед трейлером Джекиса.
Только пейзаж изменился. Единственное солнце ярко светило в нежно-голубом небе. Вместо холмов сажи и пепла, с изогнутыми деревьями, протягивающими нелепые конечности во всех направлениях, были снежные горы.
– Однажды, ты будешь... – Уши Соло дернулись. Уголки губ опустились, когда он повернул голову к трейлеру ее отца. – Он идет.
Подавив крик, Вика отскочила далеко от него.
Секунду спустя дверь распахнулась, и Джекис появился снаружи. Одра стояла позади него, одетая в прекрасную золотую шляпу, пальто и ботинки, все вещи были сделанные из шкуры Однажды.
Потертости от возраста и отверстия от пуль были заполнены шерстью другого животного, создавая иллюзию здорового льва в расцвете сил.
Всегда, когда Вика видела наряд, она боролась с желанием разукрасить Одре лицо.
Я не буду реагировать.
Соло переместился, как будто хотел прыгнуть перед ней. Так или иначе, он остановил себя.
– Вика, – сказал Джекис, смотря на нее со смесью разочарования и облегчения в глазах. – Ты поправилась.
– Да.
– Ты даже кажешься довольной. – Его пристальный взгляд переместился на Соло, и напряженность вернулась. – А ты выглядишь так, будто хочешь вырезать мое сердце ржавой ложкой и праздновать.
Соло молчал.
– Ты был ласков с моей дочерью, не так ли, зверь? Я держу пари, что ты даже управлял своими темными желаниями, только чтобы произвести на нее впечатление.
И снова иной не издал ни звука.
– Ты ничего не сделал ей, – кричал Джекис с покрасневшим лицом. – Ничего! Я ожидал, что зверь будет действовать как животное. Думал найти ее на коленях, просящую меня о свободе.
Одра отошла на несколько шагов и помчалась к трейлеру, как будто боялась, что он сорвет весь гнев на ней. Вику начало трясти.
– Да, животное может заставить ее чувствовать необходимость просить, – наконец ответил Соло, не оставляя сомнений, что именно Джекиса он считал настоящим зверем.
Джекис закрыл рот.
– Ты хочешь, чтобы я умоляла? – спросила она отца, возвращая его внимание на себя. – Я буду. – Для Соло можно сделать все, что угодно.
– Умолять? Теперь? – Он сплюнул на землю. – Когда это ничего не значит?
Все же она должна была попробовать. Со страхом, скрутившим ее живот, она сказала:
– Папа, пожалуйста, освободи меня. Прошу. – Ей была ненавистна идея оставить Соло в ловушке, в полном одиночестве, переносящего оскорбления, когда цирк откроется, и новые люди придут, чтобы просмотреть на него. Учитывая, как плохо он реагировал на отказы, это был специальный вид пытки для него. Но она должна. – Пожалуйста.
Соло положил руку ей на плечо и сжал, заставляя замолчать.
Глаза ее отца чуть не вылезли из орбит, и красный оттенок вернулся, сделав их еще темнее.
– Как ты посмел прикоснуться к ней, зверь!
Вика попыталась отступить, но Соло применил достаточно силы, чтобы удержать ее на месте.
– Папочка, – сказала она, отчаянно. – Я... сегодня вечером мы можем пообедать. И поговорить. Точно так же как прежде, когда я была маленькой. Помнишь? И позже, я вернусь к своим обязанностям, если ты позволишь.