В университете Ярика не ожидали увидеть два дня подряд. Поговорили. Кто-то пообещал поспрашивать про работу. День прошел вяло. В двух местах договорился на завтра о собеседовании.
«Ну, хоть с сыном сегодня побуду», — подумал Ярик.
Домой вернулся рано. Зашел к соседу Ване. Потом Ваня зашел к ним за солью. Вместе поужинали. Ваня сказал, что старые связи уже ослабли. Через них можно только узнать какую-то информацию. Но уже ничего нельзя сдвинуть с места. Тем более снос дома во вкусном районе.
Утром Ярик пошел к шефу. Виолетта сказала, что шеф его ждет. Ей было по-человечески жаль, что Ярик оказался в такой ситуации. Тем более она знала, что у него двухмесячный сын. Она понимала, что никто, и даже она, не застрахован от этого. Но она уже знала о решении шефа. Сочувствие, однако, все еще смешивалось с чувством настороженности, зародившемся позавчера. А широта решения шефа с одной стороны согревала и успокаивала, с другой стороны добавляла подозрительности.
— Ярослав? Проходи, — сказал шеф.
«Ярослав? — подумал Ярик. — Он меня так не называл. Точно адьёс будет. — промчалось в мыслях. — Ну и ладно, — облегченно выдохнул он. — Это жизнь! Она просто смешалась с делами! Чего нельзя было допускать».
— Здравствуйте, — сказал Ярик, не уверенно стоя у дверей с мыслью, что все равно сейчас уходить.
— Не стой, проходи, присаживайся. Времени не много. Короче так, — шеф говорил четко, отрывисто, деловым тоном, давая понять, что принятое решение с его стороны — это беспрецедентный случай великодушия. Но, тем не менее, это не дружеская беседа. — Ты сам понимаешь, что решение о сносе никто отменять не будет. Наши суды потонут в своем болоте и без посторонней помощи. А если таковая потребуется, она, понятно, придет. Твой дом снесут через месяц. Ну, не позднее, чем через два. Насколько я помню, ты говорил, что у тебя еще и маленький сын? Значит нужно готовое жилье. Виолетта еще сказала, что ты бросил университет. Это так? — уточнил шеф. Пока Ярик соображал, как ответить, шеф прервал его. — А, ну, ты и сам как-то говорил. Припоминаю.
— Официально еще не отчислен. Но фактически это уже, наверное, формальность, — решился уточнить Ярик.
— Ладно. Сначала с жильем. У нас сейчас есть несколько законченных объектов, там есть несколько законченных квартир. Это, конечно, уже не самые престижные этажи, планировки и виды. Сам понимаешь, раз на остатках. Можно сказать, что это уже неликвиды. Даже реклама не сильно помогает. — Шеф улыбнулся. — Но в твоем положении, полагаю… — он многозначительно развел руками. — Мы можем продать тебе любую из этого списка, на сколько тебе хватит денег, — шеф дал Ярику лист со списком квартир. — Мы не благотворительная организация, и должны работать с прибылью. Но дисконт будет существенный. Свободно на рынке такого предложения ты не найдешь. Мы так же не кредитная организация, поэтому рассрочки и тому подобное не возможны. Но мы можем дать тебе поручительство в банке. В общем, если решишь, то для оформления квартиры подойдешь в отдел продаж. Соответствующие указания я дал Виолетте. Она подготовит распоряжения для отдела продаж и документы о поручительстве. График работы я тебе назначаю свободный. Любые сорок часов в неделю. Срочные поручения, — по жестам рук шефа было понятно, что срочность их исполнения не обсуждается, — сам понимаешь. И всегда быть на связи!
Бумаги, которые передал Ярику шеф, вались у Ярика из рук, белым дымом, казалось, вытеснились не только мысли, а все мыслительные способности, равно, как и двигательные функции.
— Ян Константинович. Даже не знаю, что сказать, — наконец выдавил Ярик.
— Сейчас мне и слушать некогда. Да и еще не о чем. Ты сначала прими решение. А сейчас, извини. Прошу покинуть кабинет. Мне пора ехать.
Ноннка еле дождалась вечера, после звонка Ярика. До ночи рассматривали список. Позвали на ужин Ваньку. Сказали, что заберут его с собой, и они все будут жить так же как здесь, в этой коммуналке. Комната ему отдельная будет. С поручительством компании можно было получить хороший кредит. Плюс хорошая скидка, плюс сто тысяч у Авдея, плюс сам уже собрал — на первый взнос должно хватить. Плюсы, казалось, зашкаливали и затмевали минусы. Уже реально потянуть на двушку! Первый этаж — фиг с ним. Так решили общим мнением. Далеко — но не шумно. Зато хорошая площадь квартиры. Ванька настаивал на трешке: «Пока есть возможность. Другой такой не будет!»
Умеет уговорить, ведь!
Почти месяц ушел на оформление документов. Отчасти, может быть, из-за того, что сделку затягивали в отделе продаж. У них в памяти еще теплилась раздача шефа Науму Сергеевичу их бывшему коллеге, переведенному в маркетинг, за какое-то опоздание. А тут, курьеру, такие преференции. И хотя Наума Сергеевича не сильно почитали и в отделе продаж, и, как выяснилось, в маркетинге тоже, но общая доля обделенных вниманием и заботой шефа объединяла людей в негласное противостояние.
«Чем ближе к шефу — там дальше от народа», — шептались в отделе продаж. Да и не только там.
Ярик стал регулярно, хотя и все-таки редко, появляться в университете. При этом часто висел на телефоне.
— Авдей, расписание сессии уже есть? — спросил как-то он, разыскивая в сумке свои лекции.
— На днях вывесят.
— Там никто не грозился меня отчислить?
— Да через одного! Но Натан Саныч говорит, что разговаривал уже со всеми. Обещали не заниматься…
Ярику снова позвонили на сотовый, он отошел к окну и негромко ответил в трубу: «Да. Да могу. Да, оставьте на столе у Виолетты.
Мимо него через холл спешил Василий, направляясь к Авдею с Киоском. Но увидев разговаривающего по телефону Ярика, призамедлился и поменял направление. Вдруг что-то ему говорят по телефону Ярика. Ярик продолжал разговор:
— Обязательно сегодня? Хорошо. Лично в руки. Понял».
Он нажал отбой, и вернулся к Авдею с Киоском, по пути записав что-то в телефон.
— Ага, так что там Натан Саныч, — вспомнил он, на чем прервался разговор, — обещали не заниматься…
— Обещали не заниматься формализмом. Если покажешь знания, то поставят.
— Осталось всего ничего. Работая на трех работах выучить все знания! Практически самостоятельно, — добавил Киоск.
— Фантастика! Не заниматься формализмом! — с издевкой ответил Ярик. — Ладно. Проедем!
— Кстати, на счет «проедем». Ярик, зайди обязательно в деканат. Составляют списки на экспедиции. Кто куда поедет, — напомнил Авдей.
К их компании все-таки присоединился Василий.
— Всем привет!
— Привет, Василий!
— В смысле, кто куда? — удивился Ярик.
— В этом году есть новые направления. Но я так понимаю, нам с тобой интересно продолжить прошлогодний поход?
— Я вот сильно заинтересовался новыми местами, — Киоск изложил свою точку зрения на их преимущества.
— Не возражаю. Есть интересные, — заметил Авдей. — Реально интересные. Не то, что вон Европа Василия, изрытая под каждым кустом и шлагбаумом, — Василий улыбнулся, но не прокомментировал. — Но нам интересно старое направление, как продолжение прошлогодних находок. Помнишь, мы же весь год искали информацию про африканские таблички.
— Да. Мы нашли одну, но их там по любому должно быть больше, — добавил Ярик.
— Точно! И в этом году мы их найдем.
— Только я, скорее всего, не поеду никуда, — изменившись лицом, словно что-то вспомнив, сообщил Ярик.
— Что значит «не поеду»? Не понял!
— Ну, куда я? Ты же все сам прекрасно знаешь.
— Что знаешь? — поинтересовался Василий.
У Ярика снова зазвонил телефон, он отошел. Но вернулся уже только, чтобы попрощаться.
Подобным образом Ярик иногда уходил и с середины пары. Одних преподавателей это бесило, и они грозились страшной сессией. Другие относились с пониманием. Третьим был важен сам человек и результат, который он показывает на сессии. Они даже с уважением относились к тому, как справляется Ярик в своей непростой ситуации.