На кашу с свежим мослом:
На кашицу:
На неупревшую кашу:
На упревшую:
На пироги:
На маковые галушки (клецки):
На горох:
На чечевицу и кисель:
На кисель:
На капусту:
На лапшу:
На репу:
На печение хлеба:
Полевые занятия, уборка, молочение хлеба, сенокос, жатва, шитье, пряжа, беление холста, одним словом, все домашние работы имеют свои особые причитания — Kollar Narod. zpiew. Ч. I. с. 313–318.
Олег по возвращении его из похода константинопольского (907 г.) привез с собою в Киев золото, ткани, овощи и вина[116]; следовательно, мы уже были тогда знакомы с винами греческими. Какие же именно вывозили? — Неизвестно. В конце XV ст. упоминается белое и красное. Новгородский архиепископ Феофил при прощании с в. к. Иоанном III (1476 г.) подарил ему три бочки вина белого, две красного и две меду старого[117]. Нет сомнения, что эти вина были известны гораздо прежде. — В начале XVI века мы узнали бургонское, называвшееся романеею; его привозили немецкие купцы. — Романеею, по словам Карамзина, называется еще в питейных домах красная наливка, настоянная на водке с медом, также на чернике и клюкве. — Канарское вино, или бастр, и мальвазию[118] пили за столом одни богатые, и этими винами потчевали отличных гостей — особенно маль-вазиею: ее давали понемногу и принимали вместо лекарства. — Красное греческое вино, называемое иначе церковным от употребления при богослужении, также давалось больным вместо лекарства[119].
Упоминаемое вино в нач. XII века, которым в. к. Всеволод угощал народ, не было хлебное. — Водка есть собственно аравийское произведение; в Европу перешла не ранее конца XIII, а к нам в конце XIV века. — Раймунд Луллий, находясь на острове Майорке, бывшей тогда в руках аравитян, узнал там от одного ученого мужа способ приготовления водки, именовавшейся жизненной водою (aqua vitae), и привез ее в Европу (1290 г.). — Весь свет считал эту воду за извлечение из философского камня. Ее предписывали принимать каплями, и она производила целебное действие. Генуэзские купцы, узнав способ приготовления этого напитка от Арнольда де Виллана, который выведал от Луллия, продавали в склянках за дорогую цену как целительный бальзам под именем жизненной воды. Они производили ее посредством взгонки из винных дрожжей, сочных плодов и хлебного зерна. — После падения генуэзской торговли в XV веке тайна выделывания сделалась всем известною, за всем тем водка долго еще продавалась в аптеках как лекарство. — Весьма вероятно, что по найдении способа генуэзцами курить вино оно вскоре перешло на юг России, а тогда генуэзцы, владея приморскими местами Таврического полуострова, имели с нами сношение по торговле. Правдоподобнее полагать можно, что водка появилась у нас не ранее 1398 года: тогда уже генуэзцы доставляли водку в Литву[120] и ознакомили нас с пагубным напитком.
Продажа горячего вина и всех хмельных напитков была у нас сперва вольная, но как излишнее их употребление причиняло бедность и разорение бесчисленным семействам, то это побудило великих князей ограничить неумеренное потребление. В. к. Иоанн III совершенно запретил приготовлять крепкие напитки. В бытность в Москве посла бар. Герберштейна (нач. XVI века) позволялось народу пить крепкие напитки только в некоторые праздничные дни. Царь Иоанн IV, построив первый для своей опричнины кабак в Москве на Балчуге, дозволил им пить сколько угодно. За всем тем он не любил пьянствующих; он позволил народу веселиться в кабаках только на Святой неделе, Рождество Христово и в Дмитриевскую субботу; во всякое другое время велел сажать в тюрьму[121].
116
«Нест. по Кенигсб. сп», с. 26: «и прийде Олег к Киеву, неся злато и паволока, и овощи, и вина».
117
«Русск. лет. по Никонов. сп», ч. VI, с. 67, изд. 1789.
118
Olear. «Offi begehr. Beschr. der Ncuen Oriental. Reise», с 251. изд. 1647 г.
119
Paul Jovii «De Leg. Moscoviac».
120
Успен. «Оп. повеств. о древ. русск.», ч. I, с. 78.
121
В пермско-устюгской грам. 1553 г. сказано: «Пермич пожаловал, дал есми им в году три недели питья варити и пити: неделя великоденная, другая в осень Дмитриевская, третья в зиме рожестве некая, и тем трем неделям вино пити доспета без явки». — «Е vietato loro ogni sorte di bevanda, che inebria, sotto pena della vita». - Turrini «Costumi, leggi, riti, etc. popoli d'Europa» <«Запрещены им все сорта напитков, которые опьяняют, под страхом смерти». — Туррини «Правы, законы, обряды и т. д. народов Европы»>, ed. Ven., 1656 г., с. 65.