— Когда? Когда я успела? Зачем? Почему? И...
— Не тарахти, — сказал он. — Сколько вопросов сразу. Ты что, забыла, как спрятала ее? Как до смерти нас всех перепугала?
...Я бегу, бегу. Мне совсем мало лет. Что-то зажато в моей руке. Что-то холодит ладонь. Роза лежала в ящике...
— Тыковка? — Голос дяди Нэта. — Ты помнишь?
...Я прикасаюсь к ладошке Розы и замечаю кожаный мешочек. А в нем медальон. Кукольная рука, вовсе не рука Розы... Я хватаю мешочек и бегу из дома. Вверх, вверх по холму...
— Тыковка? — снова дядин голос. — Сразу после смерти Розы...
— Тсс. Помолчи... — Я хотела как можно больше вспомнить сама.
...Я бегу... спотыкаюсь... падаю... ногти черные от земли... я закапываю мешочек... кладу сверху камень, чтобы не забыть место... опускаюсь рядом... и повторяю как заведенная: «Роза, Роза, Роза... »
— Мы не могли тебя найти... Мы до смерти перепугались...
На этом воспоминание обрывалось.
— Кто нашел меня?
— Мы с Джесси. Ты сидела у этого камня. Мы отнесли тебя домой...
— Но как ты узнал, что я там спрятала?
Дядя Нэт усмехнулся.
— Я любопытный. Я вернулся и посмотрел.
* * *
Мы поскакали по холмам к тропе Девы. Я сжимала в кармане медальон и вспоминала, как он мог очутиться у мертвой Розы. Почему-то мне казалось, что медальонов непременно должно было быть два. И где-то в глубине разума таились смутные очертания циркового шатра вроде того, в котором сейчас веселятся мои братья и сестры.
Вот и поляна. Я придержала Иву. Вдруг владелец уже заметил, что забор сломан, а лошадь исчезла? Но нет, на поляне не было ни души.
— Куда только смотрит этот фермер? — проворчал дядя Нэт и встрепенулся: — Ты что делаешь? Давай в объезд!
— Мы не сойдем с тропы, а тропа ведет через луг.
— Это ты положила здесь плиты? Где ты достала лошадь?
— Дядя Нэт, должен быть еще один медальон. Их ведь было два, да?
— Тыковка, мне тяжело об этом говорить... — Он не оборачивался.
— Почему? И что значат эти буквы — «ДВТБ»?
— До встречи на том берегу... — его голос дрогнул, словно в глубине горла спряталось эхо.
До встречи на том берегу, до встречи на том берегу... Цирк. Шатер. Яркая скатерть. Два медальона...
Вдалеке начали собираться грозовые тучи. Я пустила Иву легкой рысью.
— Чертово сердце, — пробормотал дядя Нэт, раскачиваясь вправо и влево. — Не желает стучать спокойно.
Тропа Девы позади, вот и Воронья пустошь.
— Дядя Нэт, зачем вы с тетей Джесси сюда поднимались?
Он покачал головой:
— Не могу...
— Почему тетя Джесси перестала ходить с тобой?
— Ноги разболелись.
За Детским Мизинчиком мы остановились. Иве надо было передохнуть. Меж холмами гулял ветер, и я пожалела, что не захватила куртку. Дядя Нэт совсем продрог.
— Холодновато в одной пижаме, — пожаловался он.
— Едем назад, — решила я. — Не нравится мне эта затея...
Он взмахнул палкой:
— Ни за что! Ни за что! Едем вперед!
— Ты там с кем-то встречаешься? — спросила я. Он постучал по моей ноге палкой:
— Какая ты сегодня любопытная.
— Ну так как? — не сдавалась я. — Встречаешься?
— Да, — прошептал он.
Я едва не рухнула. Будто получила по голове пыльным мешком.
— Расскажи мне о ней.
— О ком?
— Об этой женщине — твоей «лапушке», — с которой ты встречаешься.
— Тыковка, не лезь не в свои макароны!
* * *
— Ци-и-нни-и! Ци-и-нни-и!
Крик раздавался из-за заброшенных рельсов; мне стало нехорошо. Кажется, дядя тоже решил, что завывает призрак. Ива прижала уши.
— Ци-и-нни-и! Ци-и-нни-и!
— Ну что, ответим? — спросила я. Дядя Нэт крепче стиснул палку.
— Нам тут все равно не спрятаться.
— Ау-у... — робко откликнулась я. Расцарапанный, весь в колючках, на тропу вывалился Джейк.
— Цинни, Цинни!
— Что с тобой?
Глядя на него, можно было подумать, что он кого-то убил.
— Цинни, где ты была? Я искал тебя всю ночь. Я боялся, что ты заблудилась... или встретила медведя... или бог знает что! Почему ты вернулась домой? Прошла всего неделя!
Так это Джейк звал меня прошлой ночью?
— Мама просила посидеть сегодня с дядей Нэтом. А ты что тут делаешь?
— Эх, Цинни, Цинни... — Он положил ладонь мне на руку. — Ничего не мог с собой поделать. Так за тебя боялся.
Память услужливо напомнила мне слова Мэй: «Уж поверьте, от меня у него секретов нет». Я оттолкнула его руку.
— Пусти. Нам надо ехать.
— Тогда я с вами.
— Шумноватая вечеринка намечается, — хмыкнул дядя Нэт.
— Слушай, Цинни, где ты достала лошадь?
42. Хижина
Дядя Нэт не проронил ни слова, пока Ива брела по лиственничному лесу. Джейк шагал рядом.
— Вон там я и видела тетю Джесси. У подножия холма.
— Да она у вас путешественница, — сказал Джейк. Впереди показалась хижина, и я натянула поводья.
Больше я не знала, что думать и чего ждать. Дядя Нэт жадно разглядывал хижину.
— Это я ее построил! Я сам! — Он начал ерзать и извиваться, пытаясь сползти на землю.
— Что?! — только и вымолвила я. — Что?!
— О чем речь? — не понял Джейк.
Больше всего мне хотелось развернуться и умчаться домой.
— Сердце так и скачет, — простонал дядя Нэт.
— Цинни, что с ним? Нэт?..
* * *
Дядя Нэт лежал на кровати в хижине, а мы с Джейком пытались привести его в чувство. Это Джейк ногой выбил дверь и внес дядю внутрь. Я боялась, что дядя Нэт умрет. Еще одна смерть на моей совести.
— Джейк, он ведь не умрет, правда? — прошептала я. — Он поправится, да?
Джейк не отвечал. Он пытался нащупать дядин пульс.
— Нэт! Нэт!
Все вертелось перед глазами — кровать, дядя Нэт, Джейк... Фотографии на туалетном столике, подушки на стульях, игрушки, тетино пальто...
Я сжала дядину ладонь:
— Только не смей умирать, слышишь? Поговори со мной. Он пробормотал что-то невнятное.
— Слышал? Он пытается говорить. Он ведь не умрет, да?
Дядя Нэт прошептал:
— Наш дом...
— Чей? Кто тут живет? Он моргнул:
— Роза... Джесси... и я...
Я отпрянула, не веря своим ушам.
— Вот черт! — сказал Джейк. — Вот черт! Дядя Нэт снова моргнул.
— Только не в ящик... — Он похлопал меня по запястью. Он так хотел, чтобы я поняла.
— Ящик, дядя Нэт?.. Почему тетя Джесси забралась в ящик? Я ее до смерти напугала, да? Это все змея?
Он молчал.
— Или медальон? Да? Потому что она дала его Розе с собой?..
— Там, в амбаре, — выдохнул он, — она приняла тебя за Розу...
— Но... Я не... Я же не Роза!
— Решила, что Роза пришла за ней... Я не могла это больше слушать.
— Ужас, какой ужас...
Он снова похлопал меня по запястью.
— Да нет же, она ждала Розу... так хотела ее увидеть...
— Вот черт! — не выдержал Джейк.
— Три ночи, — продолжал дядя Нэт, — три ночи подряд она слышала Розин голос. «Готовься», — сказала Роза...
— Вот черт! — повторил Джейк.
— Доктор сказал, она впала... впала...
— В кому?
— Вроде так... Она забыла вколоть инсулин... или вколола, но забыла сразу поесть... точно не помню... и впала в эту, как ты говоришь, кому. — Его веки затрепетали. — Много эти доктора понимают. Она просто нашла Розу... — Дядя Нэт закрыл глаза.
Значит, я ни в чем не виновата. Это не я. Спасение обрушилось на меня гигантской волной, увлекло за собой и выбросило на берег. И все же было немного обидно слышать, что с ней была я, живая и теплая, а она предпочла бы быть с мертвой Розой.
— А как же я?
— Тыковка, твоя-то мама всегда рядом... — Он застонал и затих.
Меня прошиб холодный пот.
— Сделай что-нибудь! — умоляла я Джейка.
Он склонился над дядей Нэтом. Мое внимание привлекли снимки на туалетном столике. Я подошла ближе. Я их узнала.
Тетя Джесси и дядя Нэт. Крошка Роза. Десятки фотографий в рамках. Кремы тети Джесси. Ее духи. Ее зеркальце.