– Ну что там? – спросил Мэк, когда Хатан вернулся.
– Ротный оставляет их здесь. У одного бронник с пробоинами, у другого костюм протерся. И что этот притырок с ним делал?
– Да специально протер, – усмехнулся Мэк, – чтоб не носить. Таких безголовых хватает.
– Ага, а если ирианцы нас газком угостят? Слышал я, в начале кампании было такое. Целые батальоны жмуриков находили. Не успевали среагировать.
– Дай сигарету, Кракс мне так и не вернул мои.
– Держи, – Хатан дал ему пачку, потом снял шлем, и подмостив под голову вещмешок, отрубился.
Мэк закурил и подумал о ротном. Странно, что он не носил бронекостюм. Видимо, он рассужал как и Мэк, о смерти не думал, просто был готов к ней. А убьют или не убьют, с судьбой-то не поспоришь. Мэк поймал себя на слове "судьба", похоже, он начинал в нее верить. Потом он подумал об "охоте на бронники".
Среди убитых повстанцев попадались трупы в бронекостюмах. Некоторые из них были бывшими солдатами 48-й армии, другие завладели бронниками после того, как 48-я была разоружена. Многие легионеры стаскивали эти ценные трофеи с убитых и пленных, а бывало, разбирали по частям, и так и носили – частями. Прикрепляли поверх мундиров нагрудные и спинные пластины, шейные воротники, поножни и наручни. Иногда раздевали мертвых армейцев и бээнцев, но тайно, чтобы не встать к стенке за мародерство. Ирианцы поступали так же, охотясь на бронекостюмы и фрагменты. Случалось, что повстанцы совершали вылазки специально за ними, особенно в расположение частей БН. Исчезновение по ночам часовых или гибель целых групп деморализующе воздействовало, особенно когда кто-нибудь подрывался на искусственно замаскированной ирианской мине.
Совершали вылазки и легионеры, но не всегда удачно. Бывало, что со стороны ирианских позиций на парашютиках выстреливали головы неудачников, прикрепленные к осветительным ракетам с вынутым зарядом.
Мэк докурил и закрыл отяжелевшие веки. Сон пришел мгновенно.
Он проснулся, как от толчка. Рядом кто-то орал во всю дурь, призывая строиться. Окончательно проснувшись, он узнал знакомые голоса Хатана и других мониторов.
Рота построилась. Лейтенант прошелся вдоль нее и скомандовал:
– Имеющие дефекты в средствах защиты, два шага вперед!
Вышли шесть человек.
– Напра-ВО! Отправляйтесь в блиндажи. До возвращения подразделения не спать. Охранять имущество. Шагом-АРШ!
Все шестеро ушли с плохо скрываемой радостью. Сразу после их ухода на землю опустились гравитолеты.
– Мониторам распределить личный состав по манипулам. Командуйте! – Кракс отошел в сторонку и начал облачаться в бронекостюм.
Эту картину все наблюдали впервые, кто-то даже поспорил, оставит ли он его себе после посещения зараженной зоны.
Мэк одел противогаз, прикрутил два мощных фильтра и надел поверх защитный шлем. Потом натянул на мундир костюм химзащиты и тщательно проверил герметичность. На пояс пристегнул ремень с подсумком, заткнул пару гранат и запрыгнул в десантный отсек гравитолета, заняв место у амбразуры. Амбразуру противоположного борта занял другой легионер. Остальные расположились на жестких откидных сидениях.
Распределив всех, сюда же запрыгнул Хатан и занял место оператора-наводчика орудийной башни. Люки автоматически закрылись. Пилот поднял гравитолет в воздух.
Километров через двадцать Мэк вставил стэнкс в гнездо и припал к бинокуляру амбразуры, дающему четкую картину проплывающей местности и высвечивающему столбцы ненужных сейчас цифр. В бинокуляр был виден идущий параллельно другой гравитолет, остальные шли позади, растянутой колонной по два. Когда воздушные машины миновали небольшой лесок, под рядом идущим гравитолетом стали видны небольшие яркие вспышки. Это были разрывы противопехотных мин. Они срабатывали от гравитационного поля, что создавали антигравы и этим же полем гасились, не позволяя причинить вред технике. Такое свойство антигравов широко использовалось при разминированиях.
Преодолев около двухсот километров, колонна приземлилась на краю леса могучих деревьев. Легионеры выпрыгивали и настороженно водили стэнксами по сторонам. Невдалеке распластался разломанный и обгоревший штурмовой бронированный экраноплан с имперской эмблемой на одном из уцелевших стабилизаторов. Гравитолеты взмыли в воздух, кроме одного, который отлетел метров на триста назад и опустился в естественный котлован. Остальные улетели, они должны были перевезти еще одну роту в какой-то другой район.
Мэк занял место в строю. Лейтенант распределил по участку каждому манипулу, а сержанты разбили легионеров по парам. Кому-то пары не нашлось, тогда Кракс выдал ему огнемет и приказал занять позицию на одном из холмов, чтобы наблюдать за лесом.
Мэк попал в пару с Крюком, на днях вернувшемся из лазарета, где лежал после отравления протухшим мясом. Такое с легионерами иногда случалось, голод притуплял чувство самосохранения. Как на самом деле звали Крюка не знал никто, а прозвали его так за очень заметную сутулость.
Еще вчера в этих районах гремели бои. Теперь они отодвинулись на полсотни километров на север. Работы похоронным командам хватало всегда, только не всегда хватало их самих. Поэтому иногда привлекались черные легионеры.
Рота Кракса разбрелась по вымершим окопам, наблюдательным пунктам, блиндажам и артиллерийским позициям с невредимыми и хорошо замаскированными, но зараженными лучевыми пушками. Еще вчера это был опорный пункт обороны. Теперь тут остались трупы застигнутых врасплох отравляющими газами повстанцев.
Мэк и Крюк подошли к орудийной позиции, наткнувшись на нее совершенно внезапно. Буквально за десять метров ее нельзя было распознать не имея спецприборов, настолько хорошо ее скрывала до сих пор активизированная ландшафтная голограмма. Они перемахнули через капонир. Весь расчет застыл в той позе, в которой их застал удушающий газ мгновенного действия. Один облокотился у лафета, его пальцы застыли с дотлевшей сигаретой. Двое застыли во время еды. Еще один стоял у капонира, припавши лицом к квантовому дальномеру. У всех посиневшая, начинающая вздуваться кожа и выпученные обезумевшие глаза.
Выбравшись наверх, напарники принялись рыть могилу тут же – у позиции. Вокруг тем же самым занимались остальные. Рытье большой братской могилы отняло бы намного больше времени. Все хотели поскорее убраться отсюда.
Первым вытащили артиллериста с дальномером, сержанта, судя по знакам различия, причем нишита. Он стоял в полный рост, ноги прямо, руки подогнуты к голове. Этот в могиле занял совсем немного места. Крюк забрал себе его дальномер, который без проблем уместился в полупустой подсумок. С остальными тремя пришлось посложнее. Все они застыли сидя. Мышцы задеревенели и не позволяли распрямить им конечности. Напарники повытаскивали их наверх и примерились к могиле. Все не влезут.
– Выроем еще одну? – приглушено, сквозь противогаз спросил Мэк.
Крюк резко замотал головой и взял в руки лопату. Видя явные его намерения, Мэк перехватил его руку.
– У тебя что, Крюк, совсем твой гребаный чердак снесло? Последние мозги оплыли?
Но слова его не проняли, он вырвал руку, и обойдя первый труп, хорошо отточенным лезвием стал рубить руки и ноги. При каждом ударе слышался глухой стук, как будто лопата загонялась не в плоть, а в дерево. Крови почти не было. Крюк, закончив с первым, бережно подхватил четвертованное тело и так же бережно опустил его поверх уже похороненного. Следом в могилу полетели отрубленные культи.
Мэку захотелось сплюнуть, но не плевать же в противогаз. Он вытащил десантный нож и начал перерезать сухожилия на руках и ногах мертвецов.
Когда могила наполнилась, ее хорошенько засыпали землей и утрамбовали получившийся холмик. У следующей позиции была вырыта новая могила. Но здесь весь расчет застыл сидя и было их пятеро. Пятым был офицер, сидевший на корточках и в упор смотревший невидящими глазами в отключившийся экран портативного боевого вычислителя. Мэк активизировал экран, и присев у покойника за плечом, посмотрел, чем занимался тот в последние минуты жизни. Сплошные формулы, расчеты траекторий, метеопараметры, координаты ориентиров и прочее. Мэк знал, что такие расчеты производились при стрельбе с закрытой огневой. Бьющим прямой наводкой лучевым пушкам они были ни к чему. Значит, где-то должны быть позиции реактивных минометов или гаубиц, или "Вузулов", а может быть самоходных тактических ракетных установок.