– А вот и вы! – Дядя, вне всякого сомнения, был очень горд.
– Как приятно видеть вас обоих, – приветствовала их леди Уэстленд с широкой, хотя и слегка холодной улыбкой.
Кира украдкой взглянула на Дариуса, и он посмотрел на нее так же недоуменно. Леди Уэстленд действительно рада их видеть? В высшей степени удивительно.
– Проходите, проходите! – Она подошла ближе к гостю. – Не каждый день мы принимаем у себя героя. Все просто умирают от желания познакомиться с вами.
Дариусу ничего не оставалось, как только предложить ей руку. Тем не менее он выглядел не слишком счастливым, услышав, что целая толпа ждет его одного.
Кире предложил руку стоявший рядом с ней лорд Уэстленд, после чего они пошли вслед за леди Уэстленд и Дариусом по ярко освещенному бальному залу.
– Как у вас дела? – Глаза дяди светились участием. Поскольку ей было трудно ответить честно, Кира солгала:
– Хорошо, благодарю. А у вас?
Он пожал плечами.
– Тоже неплохо. Я слышал, вы решили не выходить за мистера Хауленда...
– Мы просто не подходим друг другу, милорд, однако я уверена, что нам удастся остаться друзьями.
– Понимаю. – Уэстленд нахмурился. – И что вы теперь намерены делать?
Кира пожала плечами.
– Полагаю, заботиться о Дариусе, пока он не найдет себе жену.
“И стараться забыть Гевина... как-нибудь”.
– После всех хвалебных статей в газетах здесь уже полно энергичных мамаш, так что этот день может наступить очень скоро.
Слова дяди вызвали в воображении Киры странный образ: толпа женщин, как стадо гогочущих гусей окруживших ее необщительного брата, и каждая в этой толпе пытается обратить на себя его внимание. Эта картина заставила ее рассмеяться, в первый раз за много дней.
– Уверена, Дариус будет заинтригован.
– Да, жена ему очень понадобится, и, возможно, скоро: у меня нет детей, и когда ваш отец и я умрем, он станет следующим графом Уэстлендом.
Поскольку ее брат никогда не хотел быть пэром, Кира решила, что пока не станет напоминать ему об этой возможности. Пусть наслаждается общением с интригующими мамашами и закаляет свою силу воли.
– Вашему брату так или иначе придется принять титул, – продолжал граф. – Я даже слышал, что за этот геройский поступок его могут посвятить в рыцари.
В рыцари? Но что, если Дариус от этого придет в ярость? У Киры не хватило смелости сказать дяде, что Дариусу не нравится весь этот избыток внимания. Что ж, наблюдение за тем, как брат отбивается от натиска назойливых женщин, развлечет ее сегодня вечером, а поговорить с ним о титулах и наградах она сможет и потом.
– В последнее время вы получали какие-нибудь известия от вашего отца? – услышала она неожиданный вопрос, и, взглянув на дядю, увидела в его глазах раскаяние.
– Как ни странно, да. Скоро он должен быть дома.
– Мы очень давно с ним не разговаривали, – признался граф. – Пора исправить это. Ни один из нас не молодеет.
Кира улыбнулась:
– Я искренне надеюсь, что вы помиритесь. Несмотря на все многолетние скитания отца, я уверена, он очень скучает по вам, милорд.
Граф отечески похлопал ее по руке.
– Мы же семья, моя дорогая. Зовите меня дядя Джордж.
В знак благодарности Кира склонила голову.
Когда они дошли до входа в бальный зал, он уже был полон нарядных дам и элегантных кавалеров. Газовые лампы сияли, наполняя все искрящимся светом. Окна были распахнуты, давая дорогу свежему июньскому ветерку. Танцоры выстраивались парами, светские сплетни распространялись за развевающимися веерами.
Когда толпа заметила на вершине лестницы Дариуса, все разразились одобрительными возгласами, отчего молодой человек словно окаменел на целых тридцать секунд. Потом он украдкой посмотрел через плечо на сестру.
– Завтра же уеду в другую страну...
Кира подавила смешок, и они стали спускаться в зал.
– Бьюсь об заклад, ты не сделаешь ничего подобного.
– Ему, кажется, несколько неловко. – Дядя озабоченно посмотрел на Дариуса.
– Просто Дариус не привык к такому вниманию. С ним все будет в порядке, – заверила Кира графа; она не сомневалась, что Дариус сумеет взять себя в руки... со временем.
– Что ж, тогда все превосходно, – произнес дядя, хотя не выглядел совершенно убежденным. – Мне, вероятно, следовало сообщить вам, что мы пригласили вашего бывшего жениха до того, как узнали, что вы больше не планируете жениться.
Теперь пришла очередь Киры смутиться. Она была бы рада поговорить с Джеймсом, но если пригласили его, то, вероятно, пригласили и всю семью. А если так, то...
О нет! Кира сделала глубокий вдох. Она не была готова встретиться с Гевином ни сегодня, ни когда-либо позже. Даже следующее тысячелетие было под вопросом.
Видеть его, зная, что он любит ее не настолько сильно, чтобы признать свои собственные чувства, – это слишком больно. Остается только молиться, что он не найдет ее в этой толпе.
Они спустились в зал как раз тогда, когда пары выстроились для нового танца. Кира оглядела толпу, ища темную голову Гевина, чтобы знать, в каком углу безопаснее спрятаться. Она наклонилась вперед, чтобы предупредить Дариуса, но он быстро пропал в кругу женщин, которые по мере приближения оценивающе оглядывали его.
– Я расстроил вас. – Лорд Уэстленд, маневрируя, ловко продвинулся вместе с ней к стене. – Мне казалось, что раз вы с мистером Хаулендом все еще в дружеских отношениях...
Он не сделал ничего плохого, и Кира не хотела, чтобы он беспокоился.
– Я уверена, все пройдет великолепно.
– А вот я в этом сомневаюсь, – сказала, подходя, леди Уэстленд; на ее лице не осталось и намека на улыбку. – Весь зал гудит, и причина тому – вы.
Кира внимательно посмотрела на хозяйку дома. Очевидно, ее приветливость распространялась только на героя этого вечера, но что тут удивительного?.. Быстрый взгляд в переполненный зал подтвердил, что на нее устремлены многие взгляды, и большинство из них выражает презрение.
Знакомая волна ярости, разочарования и неуверенности захлестнула Киру, и ей пришлось собрать всю силу воли, чтобы преодолеть стыд. Проклятие, почему она должна позволять этим мелким людишкам смущать ее и чувствовать себя ниже их? Ну нет, больше она этого не позволит.
– Пусть говорят. Я уже слышала о себе всю ложь, какую только можно вообразить, – и о моем брате тоже, причем некоторые наиболее позорные измышления исходили от вполне определенных лиц. – Кира многозначительно посмотрела наледи Уэстленд, и та поневоле отвела взгляд. – Так что их мнение вряд ли имеет значение, – победно закончила Кира.
– Что ж, тогда я вас оставлю, – примирительно сказала графиня. – Я просто хотела предупредить вас. Все эти сплетни о том, что вы якобы согласились выйти за мистера Хауленда, только чтобы добраться до герцога Кропторна...
– Какая чушь! – возмутилась Кира. – Я согласилась выйти за мистера Хауленда только потому, что он сделал мне предложение, и я очень уважаю его. К тому же он очень хороший друг. А моя персидская кровь вряд ли оставляет мне надежду выйти за герцога, вы не согласны?
Под тяжестью пристального взгляда Киры леди Уэстленд сникла.
– Конечно, тут вы правы.
Однако Кира никак не могла успокоиться.
– И однако, персидская кровь не делает меня другой. Я такая же женщина, как и все, с чувствами, надеждами и мечтами, и меня уже тошнит, когда я слышу, что мать-иностранка – это чуть ли не чудовищно.
Она подбоченилась и с вызовом посмотрела на графиню. – Я живу так же, как все. Моя кожа может отличаться, но разве это когда-нибудь влияло на способность принимать решения?
– Никогда, по крайней мере на мой взгляд. – Лорд Уэстленд потер квадратный подбородок, очень схожий с подбородком Дариуса, и сделал вид, что глубоко задумался. – А что по этому поводу думаете вы, Клара?
Леди Уэстленд опустила глаза.
– Уверена, вы правы. Простите меня.
Хотя Кира не была уверена, что женщина извиняется искренне, теперь это вряд ли имело значение. Ее ничуть не волновало, что еще затаила в душе леди Уэстленд.