"Да," подтвердила O'Cleary.
"Хорошо. Вы можете не верить этому, адмирал, но мне не доставляет удовольствия выдавать инструкции, которые, я знаю, должны казаться унизительным. К сожалению, у меня нет выбора. Я не выполнила бы свои обязательства по обеспечению безопасности Вашего персонала если бы не принял таких драконовских мер, для контроля текущей ситуации и предотвращения такого рода эскалации, которая потребует меня использовать силу для соблюдения условий вашей сдачи".
Мишель смотрела в глаза O'Cleary еще одно мгновение, надеясь, что солли сможет почувствовать искренность ее слов. Затем вежливо кивнула.
"Золотой Пик, закончила", сказала она и повернулась к главному экрану с внутренним вздохом.
По правде говоря, отношение O'Cleary's оказалось менее воинственным, чем она опасалась. К сожалению, это не сделало Мишель счастливой. Если уж на то пошло, это не означало что другие офицеры и рядовой состав на борту сдавшихся судов разделяют отношение O'Cleary.
"Три минуты до стыковки, сударыня", произнес бортинженер катера.
"Спасибо, пти-офицер Петтигрю," ответила Абигайль Хернс, потом встала и повернулся лицом к вооруженным мужчинам и женщинам своей призовой команды. Учитывая характер миссии, их было не очень много. На самом деле, гораздо меньше, чем ей хотелось бы.
"Три минуты, народ", сказала она, и увидела, как изменились выражения лиц и подтянулись плечи. "Помните, наш инструктаж и следите друг за другом. Мы не хотим, несчастных случаев — или инцидентов, — а такого рода вещи могут случиться даже на борту дружественного корабля. Таким образом, хоть мы и очень хотим избежать неприятностей, мы еще больше хотим, чтобы все вернулись на борт в целости и сохранности"
Один или два человека усмехнулись и Абигейл позволила себе ответную улыбку. Потом она посмотрела на молодого гардемарина на сиденье рядом с ней. В некотором смысле, молодой Уолтер Корбетт напомнил ей о Гвен Арчер, с теми же рыжими волосами и зелеными глазами. Но у Корбетта был поистине монументальной нос, по сравнению с Арчером, и ему было всего девятнадцать. Он был худой, как щепка и обладал такой нервной энергией, что даже в спокойной обстановке для него было сложно просто неподвижно сидеть.
Однако сегодняшние условия были далеко не нормальными, и Корбетт сидел почти не дыша последние десять минут, выглядел как кролик, которого ведут на съедение удаву.
Абигейл не винила его. Хотя этот "круиз" Корбетта наверняка был менее страшным (пока, по крайней мере), чем ее практика под командованием капитана Оверстегейна. Вот там то уж было ужасов и катаклизмов достаточно, чтобы испугаться. Но, подумала она, любое искушение посмеяться увядает, когда она вспоминает, как другие корабли ее дивизиона были взорваны Йозефом Бингом. Это была незабываемая демонстрация сопутствующих рисков выбранной ею профессии.
Сейчас то он и получит новый большой опыт, напомнила она себе мрачно. В отличие от молодого Корбетта, она видела внутренности разрушенных кораблей раньше. Надо проследить за тем, что бы он вернулся на борт Тристана целым и смог воспользоваться полученным опытом, который наверняка обеспечит его ночные кошмары пищей…
"Помните, Уолт," она говорила не громко, но Корбетт испуганно вздрогнул", вы офицер Королевы. Я знаю, вы не ожидали, что придется делать что-либо подобное в "сопливом круизе". Ну, и я не ожидала, всего того, что произошло на моем "сопливом круизе", что может подтвердить присутствующий здесь лейтенант Гутьеррес."
Она взглянула на массивного лейтенант, который сидел в ряду сразу за ними. На плече его бронированных доспехов красовался значок гвардии Землевладельца Оуэнса, а не Мантикорской Королевской морской пехоты. Звук, который послышался в ответ на вопрос, примерно с места где сидел лейтенант, можно было предположительно идентифицировать как фырканье. На лице Корбетта промелькнула улыбка. Очевидно, он слышал все о приключениях сержант Матео Гутьерреса и гардемарина Хернс на планете Убежище.
"Вы должны помнить три вещи", Абигейл продолжила довольно суровым тоном. "Во-первых, вы офицер Королевы. Во-вторых, каждый солли, который еще жив там," — она кивнула на носовую переборку, за которой ждал их погибающий КФСЛ "Чарльз Бэббидж", флагман 371го дивизиона супердрендноутов Флота Соларианской Лиги — "провел всю свою карьеру думая о себе, как о солдате самого мощного военного флота в Галактике, и Звездная Империя Мантикора — и ее военно-морской флот — для них выскочка, маленькая кроха с манией величия. В-третьих, мы совершенно не представляем сколько живых солли может быть на борту Бэббиджа и в каком виде они могут быть, но в нашей призовой команде менее тридцати человек".
Она смотрела в его глаза пока он не кивнул и затем продолжила.
"Прямо в эту минуту, большинство из выживших из экипажа Бэббиджа, вероятно, еще в состоянии шока. Я не знаю, как долго это будет продолжаться. С нашей точки зрения, это может быть как хорошо так и плохо… а, возможно даже и то и другое. С одной стороны, большинство из них, вероятно, слишком потрясены и слишком сосредоточены на надежде, что кто-нибудь появится и вытащит их, чтобы думать о организованном эффективном сопротивлении. С другой стороны, даже если девяносто процентов экипажа мертвы, оставшихся все равно еще в десять раз больше, чем весь экипаж Тристана. Многие из них будут слишком счастливы, чтобы рассматривать кто их вытащил из обломков, и чтобы создавать нам какие-либо проблемы. Но я буду удивлена, если все из них мыслят ясно. Таких людей шок и унижение — и гнев на кучку "неоварваров" — может подтолкнуть на открытое неповиновение. И, честно говоря, тот факт, что вы, всего лишь гардемарин, будете командовать ими может вызвать в них возмущение. Возможно они не захотят выполнять ваши приказы ни при каких обстоятельствах, так как будут чувствовать нечто большее, чем простая обида.
"Это создаст для вас две проблемы, которые вам придется решить. Во-первых, поймите их состояние и учитывайте его если это возможно, но, во-вторых, помните, что вы офицер, что они обязаны исполнять ваши приказы, и что проявление слабости может привести к инциденту".
Она снова сделала паузу и Корбетт снова кивнул.
"Да, мэм", сказал он, и, несмотря на мрачное понимание того, что их ждет внутри разрушенного корабля, губы Абигайль дрогнули. Было бы несправедливо назвать его тон жалобным. Чувствовалось, что он движется в правильном направлении.
"Скорее всего все не будет так плохо, Уолт. По крайне мере там, где есть выжившие. Но вы должны быть в курсе тех вещей, о которых я только что сказала. Также я включила в вашу группу Боцмана. Я бы не стала заходить так далеко, и говорить, что посылаю его с задачей "заботиться о малыше". Но скажу так — я ожидаю, что вы будете помните, что он уже служил во флоте, когда вам было еще только пять лет и используете его опыт соответственно".
"Да, мэм", сказал Корбетт более твердо, и Абигейл посмотрела через плечо на Гутьеррес. Их глаза встретились и в ее памяти всплыл другой гардемарин, которому был крайне необходим опыт другого ветерана-нонкома. Его ободряющий кивок доставил ей огромное облегчение. Очевидно, что Матео перекинулся парой слов со Старшим Корабельным Старшиной Франклином Масгрейвом, боцманом Тристана.
"И вот, что я еще добавлю", сказала она мальчику. "Вы увидите ужасные вещи в ближайшие несколько часов". Она пристально смотрела ему в глаза и ощутила удовлетворение, увидев, что он больше не колеблется. "Неважно, что вы думаете, что можете себе это представить. Это будет во много раз хуже. Я знаю. Я видела это раньше, и нет никакого способа, чтобы подготовить кого-нибудь к этому, пока он не испытает это на себе. Вы будете шокированы, вас будет тошнить. На самом деле, было бы что-то неправильно с вами, если бы вы этого не испытали. Но что бы мы ни чувствовали, мы должны исполнять свой долг. И я думаю, что если вы сосредоточиться на выполнении ваших обязанностей, на работе, это вам поможет. Это еще одна штука, которую я узнала на своей шкуре."