Прохожий красноармеец. А где твой Никита?
Марфа Фирсовна. То-то и горе, что известия давно нету. То все, бывало, нет-нет да получишь письмо. Хоть что-нибудь а напишет, бывало, — жив, мать, из боя целым воротился, а завтра опять в бой идти, да думаю опять воротиться… А теперь ничего не пишет. Значит, живым не воротился.
Прохожий красноармеец. Когда как, мать. Раз на раз не приходится… Где он служил, твой сын-то?
Марфа Фирсовна. Да где все, где более всего народу-то — в пехоте, что ль…
Марфа Фирсовна вынимает из печи корчажку с молоком, ставит ее на стол, достает хлеб, отрезает от него ломоть, стелет чистое полотенце, собирает на стол.
Прохожий красноармеец. Вон как… Я тоже пехота. Я — Иван Поликарпыч Гущин, а твой кто?
Марфа Фирсовна. А мой — Никита Семенов Прохоров.
Прохожий красноармеец (приподнимаясь и радуясь). Никита Прохоров? Ага Обождика, мамаша. А он не в сто двенадцатом стрелковом Бахчисарайском полку служит? Он к ордену боевого Красного Знамени представлен или нет?
Марфа Фирсовна. Ну, а то как же! К ордену он давно представлен, теперь уж, почитай, получить бы его должен… Садись, покушай. Дай я на тебя поближе погляжу, сына вспомню и поплачу.
Прохожий красноармеец (он уже переобулся). Покушать всегда можно. (Садится за стол, ест).
Марфа Фирсовна наливает ему молока в чашку, угощает и вглядывается, как в любимого сына.
Так я твоего сына знаю, мать. Мы в одной роте с ним служили.
Марфа Фирсовна. А того ль ты Никиту Прохорова-то знаешь? Ведь у него примета есть.
Прохожий красноармеец. Того самого, которого ты родила.
Марфа Фирсовна. А примета?
Прохожий красноармеец. Какая примета такая? Парень он добрый, крестьянский, боец исправный…
Марфа Фирсовна. Да чего ты мне — я сама про то знаю. А примета какая у него? Отличие какое?
Прохожий красноармеец. Да он, как все! Ну вроде меня!
Марфа Фирсовна. Уж ешь да не ври! Какой же он, как все? Он из себя статный, складный весь, на лицо чистый, взглядом ясный… А ты поменьше будешь.
Прохожий красноармеец. Красивый, что ль? Ну, для матерей их сыновья всегда самые лучшие. По этой примете и не разберешь — обознаешься…
Марфа Фирсовна. Матерям-то видней… А чего ж ты с Никитой ко мне не пришел — один явился.
Прохожий красноармеец. Невозможно, мать…
Марфа Фирсовна (в тревоге). Чего так? Тебе можно, а ему нет? Где ж теперь мой Никита?
Прохожий красноармеец (после небольшой паузы). Он — без вести…
Марфа Фирсовна (не вполне понимая, все более тревожно). Без вести?
Прохожий красноармеец (спокойно). Он значится без вести пропавший.
Марфа Фирсовна. Пропавший? Куда же он пропал, мой Никита… Он ко мне не вернется?
Прохожий красноармеец. Пока непонятно. Если убит, тогда он пал за Родину, тогда он не вернется — ты не ожидай. Если в плен попал — тогда враг его мучает, тогда ты плачь и по нем горюй. Если в окружении очутился или сквозь фронт блуждает, тогда вернется и тебе весть подаст. Прохоров солдат большой, его сам генерал хвалил. Прохоров врагу не сдастся, он сам его живьем возьмет.
За окном, еще несколько ранее, разгорается зарево далекого пожара.
А ты пока зря не горюй. Я коли найду твоего Никиту, так на руках тебе принесу — это моя должность.
Марфа Фирсовна. Поел, что ль? Чего сидишь-прохлаждаешься?
Прохожий красноармеец (смущаясь). Да, я покушал спасибо вам, хозяйка.
Марфа Фирсовна. А покушал — так иди в свое войско. Чего ходишь, время тратишь… Война-то небось не ждет. Она как пашня: упустишь землю весной — и по осень не соберешь ничего. Так и ты — чего сидишь, когда немец работает.
Прохожий красноармеец. А у меня отпуск, командировка есть, мамаша. Я до завтрашнего утра свободный человек.
Марфа Фирсовна. Отпуск у него! Какой тебе, сатана, теперь отпуск? Люди — кто мертвые, кто без вести пропал, кто без сна бьется и страдает, а у него командировка какая-то, прах ее возьми!
Прохожий красноармеец. У меня документ, мамаша! Я на сутки за лекарством отпущен, я санчасть в роте…
Марфа Фирсовна. (серчая). Ну, иди, иди, дело делай, санчасть в роте. Нельзя — и ступай. Допей молоко!
Прохожий красноармеец. Больше пить некуда, мамаша!
Марфа Фирсовна. Некуда! Как так некуда — солдат должен в запас есть. Хлебай сейчас же!
Прохожий красноармеец (в испуге). Ну ладно, сейчас дошибу (Пьет из корчажки). Маленько осталось.
Марфа Фирсовна. Немцам, что ль, оставил? Допей, тебе говорят!
Прохожий красноармеец (в ужасе). Есть — допить. (Допивает, затем забирает весь остаток хлеба). Сокрушил все! Спасибо, мать.
Марфа Фирсовна. Ступай теперь, мне некогда: без вести не пропадай.
Прохожий красноармеец. Есть, мамаша, без вести не пропадать! А после победы явиться в гости!
Марфа Фирсовна (добрея). И раньше, милый, приходи, и раньше… Как мимо избы пойдешь, так зайди. (Обнимает красноармейца).
Прохожий красноармеец крепко в ответ обнимает старую крестьянку и на мгновение приникает к ней; затем Прохожий красноармеец быстро уходит.
Марфа Фирсовна (она теперь одна; за окном зарево далекого пожара разгорелось более ярко). Я сама пойду сыщу без вести пропавших. Я сама найду управу на врага — ишь, развольничался, разгулялся как! Людей убивает, избы палит, урожай в поле остался! Это — что же! Это к чему такое? (Быстро обувает новые лапты, заматывает онучи, достает топор из-под печи, накидывает на плечи полушалок). Что я? Иль уж не хозяйка ни в избе, ни во дворе, ни в ноле? Иль уж я не мать, что сына родила, а он без вести у меня пропал!.. Да как же я это проглядела, да позволила, чтоб сталось в жизни мученье такое!.. Я вам отдам обратно горе мое — и вы не стерпите его, как я терплю, вы пропадете с железом и с пушками, и солдаты ваши побегут от меня! (Более сосредоточенно и горестно). Как я не уследила!.. Цельный век хлеб работала да сына растила, а про себя думала, что я дура, а есть другие умные, которые всем светом заведуют.
Марфа Фирсовна берет топор и собирается покинуть избу, освещенную через окно заревом дальнего разгоревшегося пожара и светом еще не угасшего дня. Навстречу Марфе Фирсовне в избу входит Франц, за ним Гуго.
Франц. Хальт!
Марфа Фирсовна, не понимая приказания, делает резкое движение навстречу немцам.
Франц. Хальт, старук!
Гуго. Стоп, Фарья!
Марфа Фирсовна (кладет на лавку топор). Не шумите в чужой избе…
Франц. Стоп, старук. Где рус?
Марфа Фирсовна. Да я сама русская. Тут одна я осталась русская.
Франц. Говори мало. Один вопрос — один ответ. Где русский солдат?
Марфа Фирсовна. Солдаты воевать ушли. Чего им в избе делать? В избах одни бабы ныне живут.
Гуго. Я видел — здесь солдат ходил.
Марфа Фирсовна. А видел — так ловил бы его, может, сам бы ему в руки попался.
Франц (беря топор). Инструмент — что делает?
Марфа Фирсовна. А что придется, — без топора какое хозяйство.
Франц. Топор!.. Рус убить можно: ейн пуля — экономия (Перекладывает топор на стол).
Марфа Фирсовна. Топором, что ль, хочешь нас убивать?
Франц. Топором хорошо убить можно. Русские спят. Тихо убить можно.
Гуго (улыбаясь). Фриштик, завтрак вставать не надо.
Марфа Фирсовна. Вон как! Стало быть, ты сонных нас топором рубить хочешь, а пули себе в барыш оставляешь?
Франц. Сама не говори. Вопрос — ответ. Где русский солдат, куда был, сколько народ?