- Кто пойдет с тобой, девочка? - спросил Лимбер.
- Я хотела отправиться одна, папа, дар призыва дарован лишь мне и присутствие посторонних Силы Двадцати и Одной могут счесть оскорблением, - ответила богиня.
- Может, Связиста кликнуть? - предложил Кэлер, как и многие братья крепко сдружившийся с Силой-Посланником.
- А вот этого ни в коем случае делать нельзя, по крайней мере, до моих переговоров с Силами Равновесия или до окончательного отказа в аудиенции. В среде Сил Связиста считают смутьяном, распутником, весьма подозрительной личностью, которой доверяют лишь тогда, когда довериться больше вообще некому. Его заступничество в таком щекотливом деле, где не нужна широкая огласка, может пойти нам только во вред. А вот если в помощи будет отказано официально, тогда все средства хороши, призовем и его и всех, кто пожелает помочь, - промолвила богиня и попрощалась с родичами: - Я отправлюсь прямо сейчас, не откладывая, а вы пока берегите Лейма.
- Глаз с него не спустим, - торжественно пообещал Кэлер, прикладывая ладонь к широкой груди. - Ступай, и главное поскорей возвращайся!
- Если что, девочка, зови, все явимся, - велел король, как всегда с неохотой отпускавший дочь на заведомо опасное предприятие. Да только пытаться остановить решительную женщину, уже давно переставшую быть беспечным ребенком, было делом безнадежным, вот Лимбер и не пытался, понимая, богиня должна сама выбирать свой путь и отцу остается только надеяться на ум и осмотрительность дочери.
- Непременно, - зная о тревогах родителя, Элия ласково чмокнула его в щеку, подмигнула Элегору и, подарив воздушный поцелуй братьям, исчезла.
- Кто первый дежурить будет? - привычно заглушая тревогу суровыми мыслями об иных делах, вопросил Лимбер. Брови короля сошлись на переносице, пока он оглядывал принцев. - Магу в одиночку оставаться нельзя, случись что, даже тревогу поднять не успеет, выбирайте второго добровольца, пусть на всякий случай сидит, - король покосился на экран.
Пока Лейм вел себя смирно. Накинув на плечи одеяло, молодой бог уже битый час сидел совершенно неподвижно, на осунувшемся лице жили только отчаянные зеленые глаза, в которых плескалась тревога и такой страх перед бездной безумия, что монарх очень засомневался в способности парня разглядеть сейчас хорошую сторону жизни.
- Можно я останусь? - попросил и даже весьма вежливо, без обычной задиристости Элегор, неловко поднимаясь с ковра и оправляя расстегнутый камзол, чтобы поменьше бросалась в глаза плотная повязка поперек груди.
Король снисходительно фыркнул и вяло махнул рукой:
- Да сиди, кто ж тебя гонит. Не до детских игрушек сейчас.
- Правильно, правильно, герцог, оставайся, есть надежда, что до утра тебе еще чего-нибудь, кроме ребер, сломают, - поддакнул Джей, стараясь немного приободрить компанию озабоченных и малость оскорбленных (опять за главное дело взялась сестра) братьев.
Глава 6. Переговоры на высшем уровне
За время экстренного Семейного Совета Элия успела не только окончательно уяснить, что собирается делать - вызывать Силы, но и выбрать подходящее место для ответственной процедуры. Чисто теоретически, вездесущие создания чистых энергий слышали и видели все происходящее в мирах, находящихся в их ведении, однако с точки зрения практики, а уж тем паче эффективности, процесс вызова на диалог был гораздо более щекотлив. Принцесса неплохо разбиралась в психологии Сил и по опыту знала, насколько сии существа чувствительны к любым мелочам и уязвимы, а оттого, подчас, самолюбивы и высокомерны с виду.
Вызывать Силы Двадцати и Одной в 'чистом поле' было бы проявлением открытого неуважения, проделать ту же процедуру в Гроте Лоулендского Источника значило бы унизить Высших, сделав свидетелем разговора местные Силы. Это не входило в планы богини, тем более, она желала продемонстрировать, что обращается к ним почти в конфиденциальном порядке, поэтому не пошла и в Святилище Двадцати и Одной. Она собиралась выступить не заурядной просительницей, попутно следовало еще раз мягко напомнить Силам ценность той, кому они даровали право призыва, поэтому Элия перенеслась в Храм Любви, свою собственную церковь в одном из ближайших к Лоуленду мире. Выбрав, разумеется, ту, которая пустовала по причине глубокой ночи. Но закрытые двери никогда не были преградой богу на пути к месту его почитания.
Элия сразу шагнула к алтарю церкви. Просторный зал, где витали едва уловимые ароматы цветов и фруктов - подношений богине, был погружен в сонную тьму. Светился лишь алтарь храма в форме белой розы. При появлении женщины камень засиял еще более ярко, приветствуя госпожу. Вереница мягких теней пробежала по далеким стенам, высокому прозрачному куполу потолка и единственному большому окну-витражу за алтарем. В ясные дни камень богини заливали потоки солнечного света и любой проситель, приблизившийся к нему, казалось, окунался в океан божественного сияния.
- Ну наконец-то! - недовольно фыркнул мужской голос и откуда-то из тени выступила фигура в черных одеждах, единственным относительно светлым пятном на них был роскошный шейный платок глубокого зеленого отлива, расшитый золотыми цветками ядовитой лавальдии. В свете алтаря стали различимы черты лорда Злата, а его тень, гораздо более темная, чем все другие, взметнулась от пола до потолка за спиной Дракона Бездны. - Я думал, вашему очередному Семейному Совету не будет конца.
- Преимущество одинокой жизни. Все решаешь сам и лишь за самого себя держишь ответ, - негромко согласилась Элия таким тоном, что сразу становилось ясно - она не считает одиночество благом. - Прости, мне жаль Туолиса.
- Впредь будет осмотрительнее выбирать развлечения, - скривил губы Злат в снисходительной усмешке, мимоходом изучая алтарь богини и возлежащие на нем розы, корзину с фруктами и несколько очень неплохих украшений из серебра и драгоценных камней.
- Впредь? Ты имеешь в виду очередную инкарнацию, или он жив? - встрепенулась принцесса.
- Куда денется, - повел плечом Повелитель Межуровнья, небрежно крутя в руке спелое манго. - Камень души уцелел, восстановить оболочку недолго. Арады любят играть с обличиями, а уж архонг в этом искусстве не знает равных, метаморф по сравнению с арадом - жалкий подмастерье.
- Я рада, - взяв из корзины сливу и смакуя струйку сока, стекающую по языку, с искренним облегчением улыбнулась богиня.
- Туолис поразил твое чувствительное сердце? - в легкой издевке выгнул бровь Злат, однако кривящиеся в легкой улыбке губы совсем не вязались с цепкостью малахитового взгляда, на тонкой кожуре фрукта остались отпечатки пальцев.
- Он такой милый, любопытный, полный жажды свежих впечатлений, - постаралась объяснить Элия свою тягу к странному созданию из Бездны.
- На редкость странная характеристика для демона-арада, - бросив изуродованное манго назад в корзину, продолжил мужчина задумчиво-нейтральным тоном. - Впрочем, ты на каждого умеешь взглянуть с неожиданной стороны, может быть, из-за этого и становишься так быстро дорога нашим сердцам.
- Ты злишься на Туолиса? - прямо поинтересовалась принцесса.
- Злюсь на него? О нет, если только на то, что он по-глупому подставился одному из твоих ревнивых кузенов, - хмыкнул Дракон Бездны, поднося к губам одну из пышных пурпурных роз с алтаря и вдыхая полной грудью изумительный аромат. - Не хотелось бы мне менять архонга по пустякам. Да и злиться на превосходный вкус - дурной тон. Но, обладай я воспитательными талантами твоего отца, пожалуй, прошелся бы кулаком по челюсти Туолиса, чтобы прежде чем отправляться на прогулку по Уровням, тот уяснил, куда именно не стоит класть руки в присутствии темпераментных родственников дамы.
- Да, вряд ли твои демоны изучают сии правила в обязательном порядке, - игриво улыбнулась богиня.