Служанка отворяет очередную дверь, выходящую в проходной зал.
— Всего в пятидесяти метрах от покоев располагается ваша личная столовая, но мне показалось, что ваша светлость, желают отправиться в главный обеденный зал, — невольно заступается Кати за планировщиков.
— Тогда ладно, — вздыхает герцогиня, — а то каждый раз совершать такие прогулки! Развлечение не по мне! Хотя здесь конечно миленько. Особенно мне понравилась мраморная композиция с влюбленной парочкой в центре. Такие лапочки.
Путешествие заканчивается в огромной круглой столовой рассчитанной человек на триста-четыреста. Почти все пространство занимают три стола, два из которых вдвое уступают по длине третьему расположенному посредине. Центральный стол имеет скругленные углы в изголовье, там, где величественно возвышаются четыре массивных кресла-трона.
— И где здесь мое место, — помня, что в средние века рассадка за столом не по этикету грозила нарушителю серьезными неприятностями, уточняет Элен.
Кати поспешно извлекает из недр платья лист бумаги, и внимательно изучив, бодро сообщает.
— Сегодня ваше место крайнее справа, ваша светлость.
— А завтра, — заинтригованная уточнением времени герцогиня красноречиво приподнимает брови.
— Перемещение ведется слева-направо, ваша светлость, так что завтра ваше место будет крайним слева, послезавтра вторым слева, а через день вторым справа.
Пояснения прерывает громогласный удар в колокол, уже второй за последние несколько минут.
— Второй удар, сейчас начнут накрывать стол, — быстро переключившись на новую тему, комментирует Кати.
— А где же мои любезнейшие соправители? — с легкой обидой оглядывается по сторонам Элен. Вокруг никого кроме суетящихся слуг.
— Может, решили позавтракать в одиночестве, или еще спят?!
— Здорово, и для кого я в таком случае наряжалась? Для слуг?
Кати потупляет взор не в силах ответить.
— Обычно все вместе собираются только во время обеда, ваша светлость, — извиняющийся тон и ангельское личико достойны кисти художника.
— Здорово! А раньше ты меня предупредить не могла? — разочарованная герцогиня не сдерживает иронии. Старания служанки уже не впечатляют.
— Я думала, после долгих лет проведенных вне замка никто не захочет откладывать первую встречу, — не отрицая вины как таковой, пытается оправдаться Кати.
— Ладно, проехали, — герцогиня, немного успокоившись, переключает внимание на сервировку стола. Настроение портится окончательно.
— Что за издевательство! Убери все, что с мясом от меня подальше. Я вообще не понимаю, зачем его здесь так много, — девушка с раздражением смотрит на прислуживающего у стола парня и кривит губы.
Элен уже больше месяца отказывает себе в мясных блюдах, следуя внезапно вернувшейся моде на вегетарианство.
— Здесь всегда накрывают на стол с расчетом, что будут присутствовать все четверо правителей, ваша светлость. Так поступали даже в годы, когда вы находились далеко от замка и лично не могли присутствовать на обеде, — заступаясь за побледневшего под напором гнева герцогини слугу, вносит ясность Кати. — А как известно и герцогиня Анастасия, и герцог Георг Пятый, и герцог Эдуард являются большими поклонниками блюд из мяса.
— Я надеюсь, что хотя бы ты вегетарианка? — с хорошо поставленным ужасом Элен переводит кипящий взгляд на служанку.
Кати смущенно склоняет голову, потупив взор, руки непроизвольно перемещаются за спину. Ответ требует усилий.
— Как будет угодно вашей светлости, — едва слышно шепчет служанка, стараясь не смотреть на явно рассерженную Элен.
"Полный моветон!"
Часть II. В общем котле
Глава 5
Умалчивать — наука королей!
За столом в обеденном зале прислуживают молодые люди в возрасте до двадцати лет. Никогда прежде им не приходилось сервировать стол для столь высокопоставленных особ. Полноправные правители окрестных земель, влиятельные синьоры и могущественные чародеи, вернувшиеся после долгого отсутствия, они намерены впервые за тридцать лет отобедать в родовом замке. Суета и нервозность в действиях прислуги вполне естественны.
Стол накрывают скатертью с изображением четырех времен года, посетивших главный сад замка. Четыре трона украшают персональной атрибутикой, начиная от покрывал и подушек с символикой, заканчивая индивидуальными подлокотниками под размер руки.
Герб Анастасии золотой орлан на фоне голубого безоблачного неба, олицетворение воздушной стихии.
Герб Георга Пятого пылающий меч перерубающий меч стальной, как символ огненной магии, королевы войны.
Герб Эдуарда кулак, закованный в сталь и устремленный вверх, воплощение силы тела и духа.
Герб Элен лев, сидящий напротив огромного волка на темно-зеленом фоне, между животными располагается идеальной белизны лилия, гармония природы.
Утром слуги успели получить выговор за пренебрежение обязанностями. Герцогиня Элен, впрочем как и герцог Георг Пятый завтракали восседая на "голом" троне, что является верхом позора и ротозейства для всей замковой челяди.
Посуду согласно традиции используют исключительно серебряную. Правители тяготеют к благородному металлу, зачастую предпочитая золоту.
— Всё на месте? — мимоходом уточняет полненький коротышка с напряженным выражением на лице. — Ничего не забыли?
Управляющий замка Сторм трое суток отсутствует, и ответственность за организацию обеда полностью ложится на плечи коротышки.
— Флаги проглажены, скатерти выстираны и накрахмалены, слуги умыты и причесаны, униформу выдали свежую, — показное спокойствие дается третьему помощнику с превеликим трудом.
— Сейчас дадут первый звонок, я только от повара, у него все готово, — вбегает в обеденный зал, запыхавшийся молодой человек в зеленой ливрее.
— А для герцогини Элен? — уточняет толстячок, хмуря брови.
— Сделано. Понятия не имею, что можно приготовить на обед без мяса и рыбы, но Умар уверяет, что ее светлость пальчики оближут.
Меж замковых стен тревожно разносится звук колокольного звона, сигнализируя о приближении обеда.
— Ты это, любопытных разгони, а то смотрю прислуги вдвое больше чем положено, здесь не зоопарк, а их светлости не экспонаты, — накрахмаленным платком толстячок промокает пот на лице и шее.
— Сейчас сделаю, — молодой человек, сдерживает желание посмеяться над не самым грамотным сравнением в речи собеседника, не до того. — С богом.
— С богом, — подтверждает толстячок, переваливаясь с бока на бок, в спешке покидая обеденный зал.
Минуту спустя, один из виновников переполоха уверенной поступью военного пересекает порог столовой. Георг Пятый после тяжелого визита к настоятелю изрядно проголодался, потому прибывает к обеду первым, опережая график.
— Долго еще до второго звонка? — демонстративно потягиваясь, герцог обращается к Рильку. Без лишних вопросов парень располагается на одном из центральных кресел во главе стола, на том где гордо маячит в небе огромная птица.
— Думаю, осталось совсем немного ваша светлость, — искоса посматривая на символику трона, обнадеживает слуга.
— Хорошо. Ты тоже где-нибудь присядь, а то маячишь за спиной как привидение.
Рильк послушно отходит к соседнему столу, занимает одно из множества пустующих мест.
— Интересно, из начальства сегодня только я здесь обедаю или… — парень не успевает закончить фразу, так как одновременно с началом монолога происходят два крайне важных события. Во-первых, звучит долгожданный второй удар колокола, во-вторых, в столовой появляются сразу две привлекательные девушки.
— Цветник, — полушепотом комментирует Пятый. Поместив подбородок на основание кулака, парень с увлечением проводит сравнительную оценку.
"Миленькая, ножки обалденные, попка супер, личико симпатичное, а вот грудь маловата. Жалко!
Так, а здесь у нас что?! Сложена пропорционально, все при ней, возможно спортсменка, кожаный топ и юбка ей идут. Ух, ты, какие глазки, цвет серый, но как смотрит! Мурашки по коже".