Откровенно говоря, несмотря на весь этот фейерверк благородства, Модели не испытывал никакого удовольствия от присутствия Шарне. Любое присутствие посторонних людей, конечно же, отрицательно сказывается на работе, и Модели в неопубликованных заметках на полях посетовал: «Шарне не произвел на меня впечатления высококлассного ученого. Да, он приятный в общении джентльмен, жаждущий славы и кафедры американской истории в Париже… По мне, так он обыкновенный французский путешественник, а не щепетильный исследователь».
Однако в Йашчилане Шарне оказал Модели одну очень большую услугу: он обогатил научный инструментарий англичанина простым и надежным способом сохранения объемных пропорций монументов, храмов и пирамид с помощью папье-маше. Модели немедленно посадил своего секретаря за изготовление бумажных моделей некоторых майяских артефактов, например, притолок с барельефами. «Это такой простой процесс, что я до сих пор удивлен, почему я не знал о нем раньше», — писал позднее Модели.
С 1881 по 1894 год Модели предпринял семь экспедиций по всей империи майя. Кроме Тикаля и Йашчилана он уделил внимание таким комплексам, как Копан, Киригуа, Паленке, Чичен-Ица, а также малоизвестному местечку Ишкун в Петене. Во всех своих путешествиях он стремился собрать как можно больше информации об архитектуре и письменности, используя фотографирование и два способа изготовления моделей: из папье-маше и гипса. Кроме фотографического оборудования и провианта на многие недели полевых работ теперь еще требовалось много гипса, бумаги, упаковочного материала и специальных ящиков для транспортировки хрупких гипсовых моделей на пароходах. В Копане Модели и его новый компаньон промышленник Гинтини использовали 4 тонны гипса и выполнили 1400 различных артефактов. А в Киригуа изготовление одой только копии скульптуры «Великая черепаха» потребовало 600 разных моделей и 2 тонны гипса.
![Майя. Загадки великой цивилизации i_041.jpg](https://litlife.club/books/172937/read/images/i_041.jpg)
Дезире Шарне в поисках затерянных городов
Случайные происшествия, внезапные дожди в самый неподходящий момент, когда гипсовые оттиски и формы сушились под открытым небом, неосторожное обращение с готовыми изделиями вынуждали всю работу делать заново. Финансирование экспедиций целиком ложилось на плечи Модели, кроме единственного путешествия в Копан, оплаченного Музеем археологии и этнологии Пибоди при Гарвардском университете. У французов же, наоборот, со времен Наполеона установилась традиция государственной поддержки любого научного или культурного изыскания.
Все отчеты Модели, его фотографии, рисунки и схемы публиковались в период между 1889 и 1902 годами в многотомном энциклопедическом издании «Biologia Central-Americana». В основном этот труд посвящен описанию флоры и фауны Мексики и Центральной Америки, однако один из его издателей Осберт Салвин, а также доверенное лицо Британского музея Фредерик Дю Кейн Годман уговорили Модели включить свои материалы в четырехтомный раздел под названием «Archealogia». Качество этой опубликованной работы неподражаемо, и все вошедшие туда фотографии и рисунки оставались непревзойденными вплоть до 1970-х (!), когда Ян Грэхем начал свою работу «Собрание майяских иероглифических письмен» — проект, целью которого стала публикация всех фотографий, рисунков и всех мыслимых материалов, посвященных только одной-единственной теме — иероглифической письменности майя. Грэхем и его коллеги продолжили начатую Модели традицию — делать все возможное для того, чтобы ученые могли изучать секреты майя «не вставая из-за своего письменного стола».
![Майя. Загадки великой цивилизации i_042.jpg](https://litlife.club/books/172937/read/images/i_042.jpg)
Альфред Модели за работой в Чичен-Ице
Модели заслуженно признан величайшим собирателем и исследователем наследия майя конца XIX века, однако в один ряд вместе с Модели и Шарне можно поставить Теоберта Малера, натурализованного австрийца, родившегося в семье выходцев из Германии. В 1846 году он вступил в ряды французской армии и отправился в Мексику, где помогал экспедиционному корпусу усадить на местный трон нового короля Максимилиана. После всех бурных событий Малер с группой индейцев попал в Паленке, где нашел… свое новое призвание. Он купил дом в мексиканской Мериде и решил посвятить остаток своей жизни изучению истории майя, в чем блестяще преуспел. Вспыльчивый, колючий, очень тяжелый в общении человек, Малер тем не менее признан одним из выдающихся «полевых» исследователей. Он не делал гипсовых слепков с барельефов и вырезанных иероглифов, не мастерил объемных конструкций из папье-маше; его конек — яркие, насыщенные описания и планы многих неизвестных городов майя, а также прекрасные фотоснимки, по качеству не уступающие фотографиям Модели.
В 1880-х годах Малер обследовал северный Юкатан и долину реки Усумасинты и открыл неизвестные города майя, условно названные (Алтар-де-Сакрифисьос) и Пьедрас-Неграс (буквально — «черные камни»). Также он продолжил работу, начатую Модели в Йашчилане. И все же ранее изученные леса Петена — главное достижение Малера как исследователя-первопроходца. В 1890-х годах этот регион стал открываться миру главным образом из-за американского экономического бума и, следовательно, из-за потребности американской промышленности в натуральном каучуке — застывшем соке (или «чикле» по-май — яски) дерева гевеи (в империи майя это дерево называлось «чикосапоте»). Чиклерос — собиратели чикле бродили по бескрайним зарослям Центральной Америки в поисках вожделенного сока и, конечно же, являлись прекрасными проводниками для разного рода ученых, промышленников, авантюристов. Вероятно, с их помощью Малер наткнулся в джунглях на свое главное открытие — мало известный до тех пор городок, условно названный Наранхо. Путешествовавший налегке, без громоздких приборов и оборудования, он нашел множество других замечательных мест, связанных с майя. Кстати, весьма плодотворно и долго Малер работал в Тикале, где, как мы помним, время Модели было ограничено. С 1898 года Музей археологии и этнологии Пибоди предложил австрийцу контракт на проведение экспедиций под своей эгидой и, соответственно, с предоставлением полного финансирования. В итоге в течение целого десятилетия интереснейшие фотографии и другие материалы украшали стены музея-спонсо-ра. К разрыву отношений между музеем и исследователем привела неисполнительность последнего, а также его желчный, скандальный характер. Умер Малер в Мериде в 1917 году. Его главное наследие — огромный фотоархив, который много лет служил в качестве прекрасного исследовательского материала для нескольких поколений ученых.
В период с 1880-го по 1910-й годы было собрано огромное количество научного материала и сделаны все ключевые открытия. Все, кроме одного: в ту эпоху так и не удалось расшифровать таинственные письмена майя. Следует признать, что кое-какие успехи все-таки имелись. Подробные записи и зарисовки, которые составил Модели после экспедиции в Копан, позволили Форстеману понять значение некоторых иероглифов, изображенных на стеле в этом городе. Эти знаки относились к системе долгого счета — разновидности майяского календаря. Однако разгадка значения нескольких знаков не позволила немцу соотнести календарь майя с христианским. Лишь в 1905 году этого колоссального успеха добился владелец одной американской газеты, исследователь-любитель, лингвист Джозеф Гудмэн. Опираясь на труды Форстемана, публикации Модели и рукописи де Ланда, Гудмэн добился такой точной корреляции календарей, что она, с некоторыми исправлениями, дожила до сегодняшних дней. Открытие американца означало, что теперь все важнейшие события из жизни майя можно было привязать к привычной нам системе координат. При анализе характерных иероглифов на различных монументах выяснилось, что расцвет цивилизации майя пришелся на период с 300 по 900-й годы н. э., который вскоре стал называться классическим периодом. Кроме того, не вызывал сомнений тот факт, что древние майя придавали чрезвычайно большое значение записи хода времени. На упомянутой стеле, например, половина текста относилась к календарной информации, то есть представляла собой иероглифы, при помощи которых летописцы майя обозначали датировку. Но данная информация не имела никакой ценности, так как не было известно о событиях, привязанных к этой датировке. К сожалению, самую главную часть письмен расшифровать не удалось. Важный шаг в этом направлении сделал еще один немецкий ученый, Пауль Шелльхас, успешно идентифицировавший в кодексах имена многих богов и иероглифы им соответствующие. В 1904 году он опубликовал список из 15 майяских божеств, каждому из которых присвоил латинский индекс от А до Р. После опубликования трудов Шелльхаса в ученом мире окрепло подозрение, что все письмена на монументах и зданиях классического периода представляют собой либо датировки, либо имена богов.