— А как тебе завтрак, змеерукая?
Как всегда, она проигнорировала обидное замечание пса, как недостойное внимания.
— Питание, хотя и синтезированное, как ожидалось, моя пищеварительная система перенесла. Конечно, оно ни в какое сравнение не идёт с пищей, приготовленной должным образом. — Несколько тонких конечностей сделали жест в направлении Уокера. — Какую мог приготовить примитивный, но гастрономически одарённый любитель, присутствующий в нашей компании, к примеру.
Уокер чуть не подавился, сидя с набитым ртом.
— Скви, это комплимент?
Она отвела взгляд серебристых глаз в сторону ближайшей прозрачной стены, которая позволяла обозреть вид снаружи.
— Правда вынуждает. Ты можешь предложить выразить соответствующее почтение позже. Я не желаю прерывать поглощение тобой ужасающих молекулярных комбинаций, которые ты находишь достойными проглатывания.
Уокер просиял. Комплимент. Скви никогда не делала комплиментов. Максимум, на что был способен представитель к'эрему в восхвалении другого существа, — это удержаться от того, чтобы оскорблять его систематически. Уокер затруднялся с ответом.
Не придавая значения понятию пристойности, местному или завезённому откуда-то ещё, Джордж прыгнул на стол и начал обнюхивать поданные блюда. Марк ухитрился принять обиженный вид.
— Веди себя прилично, Джордж. В самом деле.
— В самом деле — что? — Пёс смотрел на него невозмутимо. — В самом деле слезть со стола или в самом деле расслабиться, потому что, если бы у меня были руки, мне бы не пришлось это делать? — Пристроившись у ломтя чего-то, пахнущего мясом, пусть даже он выглядел как канталупа,[7] Джордж схватил его зубами и вернулся на выбранное им местечко на полу.
Они продолжали сидеть в тишине ещё несколько минут: человек и пёс ели, к'эрему созерцала их примитивную деятельность. И тут в голову Уокера внезапно пришла мысль. Подняв взгляд и оглядевшись кругом, он осмотрел своё непосредственное окружение перед тем, как решился произнести вслух, ни к кому конкретно не обращаясь:
— Кто-нибудь видел Браука сегодня утром?
— Только не я. — Джордж вернулся к своей мясо-дыне.
— Я ещё не сталкивалась с этим неуклюжим гигантом. — Взобравшись на стол, Скви приняла вид калейдоскопического кальмара. Другое место, другое время, другие наблюдатели, и она скорее бы считалась обедом, чем гостьей, к нему приглашённой. Уокеру было известно об этом. — Может, он всё ещё отдыхает в своей комнате, по размеру напоминающей товарный склад, которую выделили для него наши долговязые хозяева.
Поскольку завтрак медленно тянулся без каких бы то ни было признаков меланхолии туукали, Уокер понял, что начинает волноваться.
— Лучше найти его и убедиться, что он в порядке. — Марк отодвинулся от стола и встал, обрадовавшись тому, что освободился из плена узкого, неудобного нийюанского стула.
— Волнуешься об этой ходячей горе? — Джордж запрыгнул на пустой стул, чтобы оказаться поближе к глазам друга. — Скорее он доставит беспокойство кому-то, чем кто-либо ему.
— Мне будет гораздо спокойнее, если я узнаю наверняка, что с ним всё в порядке.
Пёс фыркнул, подумал, стоит ли справить естественные надобности у одной из опор стола, и решил воздержаться.
— Хорошо. В любом случае здесь больше нечего делать.
Они обнаружили великана на крыше. В дополнение к ряду небольших куполов, назначение которых не сразу становилось очевидным, там была широкая терраса, облагороженная высокими деревьями и кустарником, чтобы добиться совершенной гармонии с сохранённой природной средой внизу. Хотя она находилась на высоте всего четырёх или пяти этажей над землёй, величественное здание, ставшее их новым домом, всё-таки выделялось над большинством правительственных построек, которые его окружали. С террасы открывалась обширная панорама города и окрестных гор.
Браук стоял на северо-западной стороне, стараясь не навалиться всем своим весом на изящную витую ограду, которая к тому же была для него слишком низкой и не выдержала бы такой массы. Напротив, для Уокера она казалась высоковатой. Подхватив Джорджа, он бережно держал его на руках, чтобы их друг мог ясно разглядеть обоих. Что касается Скви, её множественные конечности позволили ей легко резво вознестись на ближайший купол.
— Прекрасный вид, — одобрительно прокомментировал Джордж. — Красивые горы. Там, откуда мы с тобой родом, нет гор.
— Не горы то, что, стоя тут, я изучаю. В этом направлении. — Туукали поднял пару мощных щупалец и указал: — Там. Какое-то обнажение, или выступ, который поднимается как раз слева от главного пути. Видишь?
Уокер напрягся. Своими огромными окулярами, встроенными в концы гибких стержней, Браук видел на расстоянии лучше любого из них.
— Я вижу что-то. Какое-то здание?
— Больше того. — На этот раз туукали указал всеми четырьмя щупальцами, соединив кончики в конус. — Посмотри ещё раз. Вглядись.
С сознанием, что она бы больше никогда не рискнула предпринять попытку вернуться на борт корабля-тюрьмы виленджи, Скви взобралась вверх по спине Браука, словно по дереву, пока не оказалась на мохнатой верхушке, рядом с одним из выпуклых глаз туукали.
— Я не вижу ничего, кроме этих гор. Моему зрению присущи чёткость и ясность, а не дальнозоркость.
Джорджу повезло больше.
— Я вижу дым и движущиеся фигуры. Много движущихся фигур. Сама постройка отличается от всего остального здесь. Она кажется довольно большой, и все углы острые. Ни конических башен, ни красивых куполов.
— Несомненно, это примитивная крепость.
Когда они придвинулись ближе, чтобы заострить внимание на виде, крепкие глазные стержни туукали угрожающе сдвинулись и чуть не раздавили Скви.
— Замок или редут примитивной конструкции. Пока мы стоим здесь и наблюдаем, перед ее воротами и на крепостных валах идет битва.
— Война! — Теперь, когда Браук описал сцену, Уокер обнаружил, что стал способен различать отдельные фрагменты отдалённой картины гораздо лучше. — Странно, ты говоришь, что битва продолжается. Но я не вижу ни вспышек света, ни взрывов.
— И я не вижу, — добавил Джордж. В знак того, насколько серьёзно он воспринимает ситуацию, его хвост оставался практически неподвижным.
— Не видите, потому что их нет, — сообщил им туукали. — В соответствии с конструкцией и материалами примитивной постройки, подвергшейся нападению, задействованные методы сражения производят впечатление столь же архаичных. Хотя трудно сказать наверняка на таком расстоянии, думаю, это стоит воспринимать как «щупальце за щупальце», то есть, извините, рукопашный бой.
Скви сделала жест несколькими щупальцами.
— В том, что ты говоришь, есть абсурдность и противоречивость. Однако, будучи неспособной ясно разглядеть, я неспособна и отрицать или утверждать обоснованность твоих высказываний. Вчера, по прибытии сюда, я заявила, что существуют последствия нийюанской войны, которые нам непонятны. Признаю, что сейчас я ещё более озадачена, чем изначально.
Обернувшись, Джордж кивнул в сторону дальнего портала:
— Пора разрешить задачу. Давайте спросим у неё.
К ним большими шагами приближалась Вийв-пим.
Казалось, её стройные конечности проплывают над полом. Она сменила свой прежний наряд на двуслойное одеяние из тонкого и прозрачного материала: наполовину он был сине-бирюзовый, наполовину — цвета мерцающего золота. Тут и там частички чего-то, напоминавшего затвердевший метан, выделяющий лёгкие облачка при конденсации. Плотно обвивающая её тело ткань придавала ей вид во много раз увеличенной в размере модели молекулы ДНК. Уокер решил, что со своими высокими заострёнными ушами, похожими на хлысты хвостами и широко открытыми блестящими глазами она выглядела совершенно изумительно.
— Ты хорошо отдохнул? — радостно поинтересовалась она своим резким скрежещущим голосом.
Никогда не бросая слов на ветер, Джордж поднял лапу в направлении дальнего горного прохода.
7
Канталупа — мускусная дыня.