-- Не дергайтесь, фарра, и не пострадаете. Вы нужны мне живой.
-- Вы что, сексуальный маньяк? - решила я все же до конца прояснить этот животрепещущий вопрос, а то как бы чего не вышло...
-- Если и маньяк, то определенно не сексуальный, - отрезал он. - Закройте рот.
Сначала я восприняла это как приказ замолчать, но сразу же оказалось, что исполнять следовало буквально: рот мне залепили широким куском клейкой ленты. На глаза опустилась повязка.
-- Проясним ситуацию, - ровно начал похититель, недвусмысленно подтолкнув меня вперед. - Не советую сопротивляться, звать на помощь и пытаться сбежать - в этом случае вы проделаете оставшийся путь в бессознательном состоянии. За свою драгоценную честь можете не опасаться, за жизнь - тоже. Однако, если вы не будете вести себя благоразумно, я подумаю над одним из этих пунктов. Все ясно?
Я кивнула, послушно переставляя ноги, и принялась вспоминать, выложила или нет из потайного кармана одну милую скляночку... Которую вечером должна была сдать в лаборатории под роспись, но ох уж эта девичья память, если вы понимаете, о чем я... Капля-другая содержимого, и одно довольно крупное бесчувственное тело обеспечено. А там уж разберемся - маньяк, не маньяк...
Под ногами появились ступеньки, потом пологий подъем и снова ступеньки...
Минут через десять я почувствовала на лице свежий ветер. Где-то очень далеко шумела оживленная трасса, но больше не было слышно ни звука.
Сделав несколько неуверенных шагов, я упала, и на глаза сами собой набежали слезы. Я несколько раз судорожно вздохнула и разревелась.
-- Вставайте, - бросил похититель. - Ну же!
Я не реагировала, повернув шею так, чтобы зажать шейный платок между подбородком и плечом. Может, хоть так удасться подцепить...
Платок не реагировал, как и то, что было пришпилено к его изнанке.
Мужчина наклонился и попытался поставить меня на ноги. С затаенным злорадством я подумала, что дальше ему придется меня нести. Он это понял и пригрозил подбодрить меня парой оплеух - видимо, припомнил общеизвестный рецепт от истерик.
Обещанная пощечина не остановила, а усилила рыдания. Истерика вышла на удивление натуральной - отвесив мне еще пару оплеух и не обнаружив положительной динамики, мужчина застыл, судорожно соображая, что делать.
-- Если вы... фарра, - прорычал он мне на ухо, - немедленно не...
Что именно следовало немедленно сделать, мне так и не удалось узнать: сухие щелчки снимаемых предохранителей уже слышались всех сторон.
-- Не двигаться! Полиция Мерры! Вы арестованы, - рявкнули где-то совсем рядом. Тишина сменилась глухим топотом десятков ног, обутых в тяжелые ботинки. Кажется, мой маньяк выбрал очень неудачный лаз наверх - ничем другим такую оперативность полицейских объяснить было нельзя.
От греха подальше я откатилась в сторону, по ощущениям - кому-то под ноги, и только потом перевела дух. Рядом послышались звуки борьбы и глухие крики, сменившиеся отборным матом.
Меньше чем через минуту все стихло. Меня аккуратно подняли и с извинениями поставили на ноги. Повязку наконец сняли, за ней последовала лента, заклеивающая рот. С руками вышла заминка - рассеяно чешущий в затылке бригадир сообщил, что универсальная отмычка не подойдет, и они сейчас обыщут злоумышленника на предмет ключей. Я оглянулась и, удостоверившись, что моего похитителя уже затолкали в полицейский гравилет десяток дюжих парней, злорадно усмехнулась.
-- Фарра Шалли! - из-за широких спин полицейских послышался густой, узнаваемый с первого слова бас, а следом показался и его обладатель. - Я нижайше, нижайше извиняюсь!
-- Вам не за что извинятся, скорее - наоборот, - я посмотрела на удивительно тщедушного для своего великолепного голоса ремена. На его форме красовались нашивки командующего четвертого ранга, а на нагрудном жетоне стояло имя - Джой Ад,ер
-- Ну как же, мы почти вас потеряли. Этот псих будто знал, что каменные стены подвала перебьют сигнал. Если бы вы не настроили передатчик сами, неизвестно, чем бы все это закончилось. И если бы передвижной пост по чистой случайности не оказался совсем рядом, разумеется, тоже. А если бы этого не произошло? Я же говорил - безумием было позволить вам, гражданскому лицу без боевых навыков, стать в этой операции "живцом".
Отражение второе.
Магнитный замок на моих запястьях наконец разошелся - под пристальным взглядом командующего, явно узнавшего и материал, и конструкцию. Не сомневаюсь, он сделает массу абсолютно верных выводов. Еще одна головная боль, будто мне их мало...
Я вытащила из складок шейного платка передатчик и вручила ему.
-- Не то что бы я кого-то критиковала, но где были ваши агенты, когда меня волокли в подвал? Вы уверяли, что меня будут "вести" как минимум четверо. Не говоря уже про маячок.
-- Наблюдение осуществлялось в полном объеме, - он покачал головой. - Но тогда, в толпе... Вы будто бы сквозь землю провалились. И радиосигнал передатчика вместе с вами. Мобильные отряды были мгновенно подняты по тревоге дежурным агентом, но время было упущено.
Я вежливо заметила:
-- Наверное, не стоило все же менять распорядок дня. Все-таки толпа, лишний риск - меня ведь предупреждали, что все случиться со дня на день.
-- Фарра Шалли, толпа - это никоим образом не проблема и тем более не оправдание для моих агентов. Мы тщательно выясним все обстоятельства вашего исчезновения у них прямо из-под носа. А пока, моя дорогая, все просчеты, которые допущены в этом расследовании, целиком и полностью лежат на моих плечах, - командующий улыбнулся и предложил мне руку. Я с кивком взяла его под локоть, и мы направились к припаркованным за деревьями полицейским гравилетам. - А идея с баром была очень даже неплоха - и по-своему сработала, вы не находите? Если бы не этот вояж, мы могли бы вас караулить еще три месяца.
-- Возможно, вы и правы. По крайней мере, почтовый ящик перестанет нервировать меня до такой степени.
-- О, эти письма... Честно говоря, давно уже пора делать что-то с галасетью - с каждым годом отследить в ней кого бы то ни было становится все проблематичней. У нас на вашу проблему работал весь аналитический отдел, и что? Пустышка. Простительно было бы упустить одно письмо, но в таком количестве... У меня было полное ощущение, что этот ненормальный над нами издевается.
-- Боюсь, единственной целью этих писем было довести меня до нервного тика, - я хмыкнула. Письма и в самом деле несколько... нервировали, и это было, мягко говоря, непривычно. Когда твоя физиономия вкупе с личными данными регулярно появляется в печати, пусть и всего лишь в изданиях вроде "Биологический вестник" и "Генетика сегодня", к океанам ненужного почтового хлама и периодически всплывающим из него неадекватным идиотам привыкаешь. Поэтому к первому "посланию", пришедшему полгода назад, я отнеслась как к нелепой шутке, второе вызвало раздражение, третье - настороженность, с четвертым же пришлось идти в соответствующие структуры. В конце концов, не каждый день твой почтовый ящик неизвестный маньяк забрасывает письмами с невнятными угрозами прибрать тебя к рукам. Я не актриса, модель или певица, чтобы предположить проделки свихнувшегося поклонника. Когда дело касается ученого "бахила" с крайне специфической внешностью, да еще и работающего на оборону, предположить можно совсем другое. И те, к кому я пришла, понимали это не хуже меня.
Даже притом, что за мной тенью ходил оперативный агент, не говоря уже о прочем, каждый раз, когда на экране почтовика появлялись два слова: "Вам письмо", я начинала нервничать и злиться.
Глупо, кто бы говорил.
-- Ну что ж, теперь все закончено. Можете не сомневаться, больше вас никто не побеспокоит. Даже если ему удастся отвертеться от колонии, психиатрическая клиника будет ждать вашего похитителя с распростертыми объятьями.