Я привлек Ольгу к себе и ни слова не говоря, поцеловал ее в горячие нежные губы. Мое сердце бешено колотилось, и я больше не сдерживал себя, целиком отдавшись во власть нахлынувшей страсти.
Когда мы наконец выбились из сил, на часах было одиннадцать вечера. Мы лежали в кровати и курили, а Ольга неспешно рассказывала о себе.
— Я была счастлива с Роджером, и мы прожили с ним почти три года. Он был всегда таким веселым, добрым. Но полгода назад началось такое… Его словно подменили, настолько он вдруг изменился.
— Люди меняются с течением времени, — заметил я глубокомысленно.
— Нет, это было слишком резкое изменение, как будто что-то произошло, что-то важное и ужасное. Я пыталась расспрашивать его, но он отвечал уклончивыми, ничего не значащими фразами, словно мы стали чужими.
— Может быть это ревность, или его кто-нибудь шантажирует? — спросил я осторожно.
— Я думала об этом. Сначала я подозревала, что у Роджера появилась любовница, но я стала думать иначе, когда застала его за разглядыванием чьей-то фотографии. Роджер был в тот момент просто неузнаваем, он преобразился, став злым и чужим. Я запомнила тогда, куда он положил эту фотографию, а затем, выбрав удобный случай, рассмотрела ее. Я понял, о какой фотографии идет речь, и весь превратился в слух.
— На ней был изображен какой-то мужчина, вполне обычный и безобидный на вид.
Ольга замолчала, по всей видимости вспоминая тот случай. Затем она продолжила:
— Я взяла эту фотографию и спросила у Роджера, кто этот человек, и почему эта фотография у него. Что здесь началось… Он на меня так заорал, словно я совершила какой-то смертный грех. Мы тогда здорово поцапались, так, что несколько дней не разговаривали.
— Роджер объяснил, зачем ему нужен этот человек? — спросил я как можно более ненавязчиво.
Ольга посмотрела на меня, размышляя, стоит отвечать на этот вопрос или нет. В конце концов, решив, что ничего страшного не случится, она ответила:
— Роджер сказал, что это его заклятый враг, и что этот человек собирается его убить.
Я не знал что и сказать, настолько все было неожиданно. Оказывается, что меня хотят найти для того, чтобы убить, чтобы я, в свою очередь, не убил Роджера Уорта!
— А он не сказал, почему тот парень намерен его прикончить? — спросил я.
— Сказал, — ответила Ольга. — Этот парень — псих, маньяк-убийца, и Роджер был его лечащим врачом. Дело в том, что Роджер работает в специальной клинике для опасных душевнобольных. Тот парень обещал его убить, и Роджер почему-то верил, что он так и сделает, сразу, как только выпишется или сбежит.
Было интересно узнать о себе так много нового. Разрази меня гром, но я не мог вспомнить из своей жизни эпизод, когда я был бы пациентом психлечебницы. До встречи с Роджером и Ольгой на яхте, Роджера я ранее никогда не видел. Выходит, что Роджер или врал от начала и до конца, или же в психушке действительно лежал некто, как две капли воды похожий на меня.
— А в какой клинике работает Роджер? — спросил я. — Там и в самом деле такие опасные пациенты?
— Это клиника Святого Михаила. Она находится на западной окраине города, — сказала Ольга задумчиво. — Роджер никогда не посвящал меня в тонкости своей работы, так что мне трудно говорить о том, какого рода больные там содержатся. Я намотал услышанное себе на ус.
— Так что, Роджер решил отдохнуть где-нибудь подальше от Вергвуда? — спросил я и внутренне насторожился, внимательно ожидая ответа. Ольга посмотрела на меня пристально и серьезно, после чего сказала:
— Нет. Он решил убить того психа первым.
Я понял, что мои предположения оказались верными, и за мной началась охота. Теперь я был уверен, что в этот раз в роли охотника — Уорт. Я испытал удовлетворение от того, что мне удалось вытащить на свет хоть что-то, проясняющее ситуацию.
— Роджер узнал, что этот маньяк каким-то образом бежал и выехал в одну из южно-американских стран — не то в Бразилию, не то в Гватемалу, и поехал вслед за ним. Там, в сельве, находится какой-то полигон, на котором раньше работал этот псих, и где испытывается что-то секретное. Я не знаю что именно, и знать не хочу. Единственное, чего я боюсь, так это как бы Роджер не наделал глупостей. Ольга вздохнула, и добавила, уже более равнодушно:
— Хотя сейчас мне на это почти наплевать.
Как только я услышал про Бразилию, на меня нахлынул поток воспоминаний. Я вспомнил Марию Ягер, красавчика и лопоухого, которые наперебой предлагали мне турне в эту чудесную страну. И вот теперь Роджер Уорт поехал туда, чтобы пришить там меня! Похоже, что Ольга была со мной искренна, ведь и Уорт говорил тогда, на яхте, о полигоне. Мои размышления прервал голос Ольги:
— Хватит говорить о грусном! Мне так хочется есть, что я готова проглотить килограмм десять жаркого, или еще чего-нибудь, все равно чего. Пошли куда-нибудь поужинаем?
Я посмотрел на часы. Было почти двенадцать ночи. Я тоже был голоден как волк, ведь любовь отнимает так много сил.
— Пошли! — согласился я с радостью. Мы быстро привели себя в порядок и оделись.
Была чудесная, теплая и безветренная ночь. Воздух был наполнен ароматами цветов и легким треском цикад. Природа располагала к лирической прогулке.
— Поехали в «Вояж», — предложила Ольга.
— Отличная идея, — согласился я. Мы долго и страстно целовались, а потом я добавил:
— Как ни как мы там впервые встретились.
В ресторане было немноголюдно, что его выгодно отличало от «Дяди Курта». Мы прошли вглубь зала, и я заказал весьма широкий набор блюд. Официант-малаец долго переспрашивал, не в силах поверить, что это все можно съесть вдвоем. Утолив первый голод, мы удобно откинулись в креслах.
— Марк, — почему у тебя один глаз синий, а другой карий? — спросила Ольга неожиданно. Я не сразу сообразил, как мне ответить на этот вопрос.
— Такие вещи обычно не выбирают, — ответил я уклончиво. — Так получилось. Говоря это, я почти не кривил душой.
— Дело в том, что Роджер такой же счастливчик, как и ты.
— Ты имеешь ввиду глаза?
— Да.
— Насколько я знаю, это большая редкость, — заметил я.
Услышанное еще раз подтвердило мое мнение относительно личности Роджера. Впрочем, я и так уже знал, что мы с ним еще увидимся. На уровне подсознания я даже ждал этой встречи, так как она многое могла решить в моей дальнейшей судьбе. Когда в очередной раз заиграла музыка, я сказал:
— За мной приглашение на танец. Потанцуем?
— Я тоже не люблю оставаться в долгу, — улыбнулась Ольга, и мы прсоединились к немногочисленным парам на площадке.
Вечер складывался на редкость удачно. Я расслабился, наслаждаясь близостью Ольги. Приятная музыка настраивала на романтический лад, и мои мысли были легки и приятны, и поэтому, когда меня грубо толкнули в плечо, я обернулся, совершенно не понимая в чем дело.
Передо мной стоял мужчина лет тридцати восьми, среднего роста, но с фигурой тяжелоатлета. Его голова плавно переходила шею, напоминающую ствол баобаба, а свои руки он при всем желании ни за что не смог бы вытянуть по швам — ему не позволила бы мускулатура, оттопыривающая их в стороны, словно он собирался обхватить своими руками-захватами собеседника.
— В чем дело? — поинтересовался я вежливо.
— Ты меня помнишь? — спросил он хриплым низким голосом.
— Мне кажется, мы не встречались, — ответил я недоуменно. Я был уверен, что никогда его раньше не видел.
— Ха-ха-ха! — засмеялся он.
В эту же секунду перед моим лицом что-то просвистело. Я попытался увернуться, но тяжелый кулак все-таки врезался в мою скулу. У меня создалось впечатление, буд-то я попал под поезд или тяжелый грузовик. Я на мгновение потерял ориентацию и пришел в себя только на полу. Сесть мне удалось с привеликим трудом, и перед моими глазами все еще плыли круги вперемешку с цветными звездами.
— Вставай! — донесся до меня голос тяжелоатлета, и его тяжелая рука грубо подняля меня на ноги за лацканы пиджака.