- Подождите меня здесь, – сказал Таламанд, подходя к зияющему черному провалу входа. – Я попытаюсь объединить свою магию с волшебством этого места и узнать кое-что важное, – и его поглотила тьма.
Мгновения тянулись бесконечно. Что же делает внутри Таламанд, и не потому ли силы все чаще отказывают ему, что он пытается ответить на все главные вопросы, не жалея себя? Тут поднялся странный, совершенно беззвучный ветер. Глубокий гул, словно вздохнула сама земля, раздался из-под холма, и в тот же миг внутри дольмена полыхнула фиолетовая вспышка. Потоки света хлынули из арки и из щелей между камнями стены, и в этот момент в крышу сооружения разом ударили три молнии, ослепившие собравшихся. Эльфы, люди и гном в едином порыве схватились за оружие, готовые броситься внутрь, где Таламанд, наверное, вступил в схватку с неведомым противником. Но тут полыхнуло еще раз, а когда люди из отряда вновь прозрели, внутри святилища горел уже самый обыкновенный огонь, хотя непонятно было, что там можно поджечь. Таламанд стоял снаружи, прислонившись к стене. По лицу его тек кровавый пот.
- Пилигрим, черт возьми, Пилигрим! – почему-то думал Эстальд. И отчего как только старому волшебнику становилось плохо, облик незнакомца словно начинал незримо изменяться? Но в этот момент Таламанд пришел в себя.
- Кто-то из противников Смаргелла начал свою войну, – хриплым голосом проговорил он. – На Флиаманту готовится покушение.
Глава 10 Поход обреченных
На излете первого летнего месяца Земли Тусклого Солнца начали постепенно понижаться и становиться все более влажными – на смену им приходили жуткие Осклизлые топи. Все пространство вокруг было изрезано большими и малыми ручьями и ручейками. Бурная растительность по их берегам имела, по большей части, весьма подозрительный вид, а огромные, в три, пять, а порой и десять футов грибы, высившиеся тут и там, выглядели настолько откровенно ядовитыми, что к ним было страшно даже приближаться. Все чаще попадались озерки грязной воды. Земля под ногами пружинила, ноги вязли по щиколотку, а следы мгновенно заполнялись водой. Самой же жуткой напастью были тучи кровососущих насекомых, порой достигавших размеров небольшой птички.
- Знаю, о тварях с этих болот ходят легенды, но, по-моему, страшнее комара зверя нету! – воскликнул Маглинус, тщетно отмахиваясь от полчищ крылатых кровопийц.
- Да, это уж точно, – подтвердил Эстальд, прихлопывая очередного нападавшего. – Ах ты, мерзавец! – он выстрелил куда-то из палочки. – Нет, это я не тебе, дружище! – Скрученная зеленая ветка с шипами, уже примеривавшаяся, как бы получше схватить волшебника за ногу, резко отдернулась.
Через несколько дней они были уже в самом сердце зловредных болот. Бесконечные перепрыгивания с кочки на кочку в тумане среди зловонных испарений и светящейся фосфорическим огнем воды страшно изматывали. Стремясь завести непрошеных гостей в трясину, повсюду мерцали блуждающие огни. Казалось, что им отсюда никогда не выбраться. Будто весь мир превратился в одно бесконечное болото. И только далеко на севере на фоне пылающего неба рисовались выщербленные вершины Гор Ужаса. Хотя они казались гораздо выше и Динхарского, и уж тем более Сиаленского хребта, снега на вершинах не было, а значит, не было и рек. Зато истекали лавой сразу множество вулканов, образуя на склонах огненные узоры.
Один за другим увязали в трясине несчастные кони, часто вместе с походными мешками. Когда всем уже стало казаться, что они двигаются по Осклизлым Топям вечно и будут идти по ним еще дольше, измученным взорам двадцати девяти странников предстало место, где болотная жижа сливалась с морями лавы. Земля здесь вставала на дыбы и взрывалась, вода кипела, а ветер гнал им навстречу тучи дыма и пара.
- Теперь – на север вдоль гор, – сказал Таламанд. – Скоро болота закончатся, и мы ступим на Драконову Дорогу.
- Что еще за дорога? – переспросил Маглинус, хотя название говорило само за себя.
- Это ущелье, по которому в незапамятные времена шел древний эльфийский тракт, соединявший Вальдленн и Халадрион. Когда эти места облюбовали приспешники Смаргелла, дорога была заброшена, а поселения вокруг опустели. Потом по какой-то неизвестной мне причине здесь стали селиться драконы, причем сразу всех существующих в Нолдерхейме видов. Почему создания, никому раньше не повиновавшиеся, вдруг присягнули на верность демону, мне неизвестно, но они стали самыми грозными бойцами его армии. Правда, сейчас, когда Смаргелл ведет боевые действия по всему миру, Драконова дорога должна быть относительно свободна.
Болота закончились внезапно. Прямо из топей возник древний мощеный булыжником тракт, круто поднимающийся вверх по склону. Величественные и зловещие скальные пики вокруг пронзали небеса. Впереди был виден узкий вход в ущелье. Около него было решено сделать последний привал. Стоявший на часах Эстальд мог поклясться, что неоднократно слышал далекий рев и видел багровые вспышки.
На следующий день они вступили на Драконову Дорогу. Волшебник признал, что ничего более грозного он в своей жизни не видел. Черные, как уголь, горы вздымались по обеим сторонам этой широкой опаленной огнем постоянных извержений долины. Над ней стояли тучи из дыма и пепла. Узкие дороги приводили к обрывам, и дальше нужно было идти по древним полуразрушенным мостам над пропастями, по дну которых текли реки кипящей лавы. Все склоны были усеяны разных размеров скелетами, принадлежавшими как драконам, так и другим крупным существам. Над причудливыми скалами, которые сами напоминали чьи-то кости, изрыгая огонь, парили бесчисленные хозяева долины – всех цветов и размеров. Другие чудовища сидели на возвышенностях. Повсюду зияли гигантские входы в пещеры, подобные осклабившимся пастям. Тут и там виднелись обгоревшие руины каких-то величественных зданий. В некоторых громоздились громадные кладки странных яиц. А один раз Эстальд разглядел целую гору золота, блеснувшую под брюхом огромного черного дракона, который лениво разлегся на скалах.
Сплетенное эльфами хитроумное заклятье скрывало отряд от взглядов чудовищ, однако от вида свирепых вертикальных зрачков, провожавших взглядом незримых путников, всем было не по себе.
- Без вас мы бы здесь не прошли, – сказал Таламанд друзьям Элантора. – Драконы нечувствительны к большей части магии и чары невидимости, созданные мною, не стали бы им помехой.
Длина Драконовой Дороги превышала сотню миль. С ног до головы покрытые защитными чарами, почти бегом, ни минуты не чувствуя себя в безопасности отчаянные путешественники преодолели ее за несколько дней. Горы отступили мгновенно, дорога спустилась вниз.
Позади виднелся окутанный дымом выход из зловещего ущелья, а прямой, как стрела, украшенный прожилками лавы, горный хребет, граница Страны Вечной Ночи, на сколько хватало глаз, шел на запад. Прямо от подножий гор, начиналась пустыня. Дорога, на которой они стояли, вела прямо на север.
- Бескрайняя, как море, – в отчаянии проговорил Эстальд. – Неужели не успеем?
- А ведь нужен еще и этот чертов щит, – добавил Маглинус.
- Итак, друзья, позади остались Земли Тусклого Солнца, Осклизлые Топи и Драконова Дорога, – спокойно, и все же немного торжественно произнес Таламанд. – Теперь перед нами новое испытание – Гибельные Пески. Не теряйте надежду, братья!
Из-за отсутствия солнца в пустыне не было изнуряющей жары, которой она всегда славилась, однако острая нехватка воды и пищи, песчаные бури и попадавшиеся все чаще ядовитые хозяева этих мест – змеи и скорпионы не предвещали ничего хорошего. Один раз они наткнулись на песке на цепочку из множества следов размером с небольшой пруд каждый. Путники так и не смогли определить, кому они принадлежат, но после этого стало понятно, что могучий рокот, то и дело раздающийся из-за горизонта, скорей всего – совсем не гром.
- Если мне не изменяет память – сказал Элантор во время одного из привалов, – то совсем скоро мы окажемся у Хрустального оазиса. – Там из-под земли бьют ключи. Это самый крупный источник пресной воды в этом океане песка, райский уголок посреди царства смерти.