— Пожалуйста, впустите меня.
— Дверь заперта.
Она услыхала скрежет засова, и через минуту дверь распахнулась.
Брайс стоял на пороге с тонким кинжалом в руке. Он вошел в комнату и закрыл за собой дверь.
Рианон с опаской отодвинулась назад. Она уже ошиблась в одном человеке, и теперь думала, что, возможно, не стоит доверять и Брайсу, хотя сердце подсказывало ей иное.
— Вы помолвлены с лордом Синвелином? — спросил он.
— Нет!
— Вы хотите стать его невестой?
— Нет.
Он пробормотал проклятье.
— Значит, вы не ожидали встречи с ним тогда, на дороге? И не собирались ехать к нему?
— Конечно, нет.
— Лживый подлец! Простите меня, миледи, за то, что я причинил вам зло, — сказал Брайс, с мольбой протягивая к ней руки. — Если бы я знал правду, я бы ни за что не принял участие в вашем похищении.
— Но почему вы это сделали? — спросила она, все еще не до конца ему доверяя.
— Синвелин сказал мне, что похищение — это традиция, что между вами все решено, и что вы почти помолвлены. Я ничего не знаю о валлийских обычаях, поэтому поверил ему.
Его слова звучали правдиво и убедительно, но тем не менее…
— Вы похитили меня! — сказала она.
— Мне очень стыдно, — пылко ответил Брайс. — Если бы я знал, что это делается против вашей воли, то отказался бы помогать, и титул рыцаря здесь ни при чем. Думайте обо мне все что угодно, но вы должны мне поверить.
— Как вы поверили Синвелину?
— Да нет! Все, кто видел вас двоих на пиру у лорда Милвуара, вполне могли предположить, что вы не просто знакомые.
Она покраснела.
— Веди я себя разумнее, не попала бы в беду, — с горечью созналась она. — Но вы же видели, как рассердились тогда отец и братья, и могли сообразить, что это не игра.
— Я не понимал того, что говорят. К тому же Синвелин сказал, что ваш отец его недолюбливает.
— Он его ненавидит, и я тоже.
— А теперь и я — за его дела. Он… обидел вас?
— Пока нет.
— Я постараюсь вызволить вас отсюда, миледи, если вы мне позволите, — заявил Брайс.
Эти простые слова шли от сердца. Рианон заглянула в его глаза. Она неправильно судила о нем. Он благородный человек, и ему можно довериться.
— Я надеялась на вашу помощь, — призналась она, — но боялась, что не смогу убедить вас — ведь я сама совсем недавно узнала правду о Синвелине. Я собралась убежать без посторонней помощи.
— Как?
Она указала на сплетенную веревку, лежащую на кровати.
— Вылезти в окно и спуститься вниз по стене.
— Вы упали бы и разбились насмерть!
— Это лучше, чем…
Он протянул ей руку.
— Пойдемте, миледи.
— А что потом вы станете делать?
— Неважно, но служить у Синвелина ап Хайуэла я не буду.
— Отец не обрадуется, увидев вас, не даст вам никакого вознаграждения. Он даже может убить вас. Думаю, будет лучше, если вы поможете мне уйти из Эннед-Бейча, а затем исчезнете.
— Я не успокоюсь, пока не удостоверюсь, что вы снова со своей семьей. Вы попросите отца отпустить меня?
— Да, — прошептала она, глубоко тронутая его словами.
— Пойдемте, миледи, — тоже прошептал он. — Мы потеряли слишком много времени.
Рианон кивнула, протянула ему руку, и они вышли из комнаты.
Однако на лестнице их уже поджидал Синвелин со своей охраной.
Глава двенадцатая
— Какая приятная встреча, — холодно заметил Синвелин. — Правда, вполне предсказуемая.
Брайс подсчитал, что против него, по крайней мере, десять человек, но это его не испугало. Он участвовал в похищении леди Рианон, пусть и, не понимая происходящего, а теперь готов умереть, лишь бы исправить причиненное им зло.
— Я увожу даму отсюда по ее просьбе, — сурово заявил он.
— А что еще она хочет от вас, Фрешет? — огрызнулся в ответ валлиец и медленно вытащил меч. — А может, у вас просто обычное свидание — одно из многих? Жаль, что я доверял вам.
— Не вам говорить о доверии. — Брайс положил руку на эфес меча. — Вы — лгун и бесчестный негодяй. Вы сделали меня соучастником подлого преступления. Пропустите нас! — И Брайс вытащил клинок из ножен.
Но Рианон удержала его — она не хотела, чтобы его убили из-за нее.
— Если у вас сохранилась хоть капля чести, — сказала она, обращаясь к Синвелину, — вы дадите нам возможность беспрепятственно уйти отсюда.
— И вы побежите к своему папеньке? — Синвелин покачал головой. — Ну, нет, миледи, этого я не допущу.
Брайс шагнул вперед, но Рианон загородила его собой.
— Почему вы так упорствуете? — с мольбой в голосе спросила она. — Я никогда не выйду за вас замуж.
Дьявольская улыбка появилась на губах Синвелина.
— Нет, выйдете, Рианон. Я хотел, чтобы вы сделали это по собственному желанию, моя победа стала бы от этого еще слаще. Но раз так не получается — неважно. Брайс, если вас что-то не устраивает, можете покинуть мои владения.
— Я не уйду без леди. Она не желает быть вашей невестой.
Синвелин злобно рассмеялся — от его обходительности не осталось и следа.
— Ее желания не имеют никакого значения. Будь я на вашем месте, Брайс, то удрал бы отсюда подобру-поздорову. Возможно, найдутся те, кто поверит, что вы ни о чем не подозревали, но уже ни один дворянин не станет доверять вам. Вы превратитесь в ничтожество. Вам придется просить подаяние на улицах или вернуться в Европу. Но все же это лучше, чем смерть.
Брайс отдавал себе отчет, что все может развиваться так, как предсказывает Синвелин.
— Ах вы, бедняжка, — издевался Синвелин. — Несчастный глупый мальчишка. — Выражение его лица сделалось жестким. — Вы всегда были дураком, Фрешет. Самым лучшим и дерзким воином из всех дураков. — Он повернулся к своим людям: — Отведите их в зал.
Брайс кинулся вперед:
— Мерзавец!
Синвелин успел спрятаться за Туэдура, и удар Брайса пришелся тому по руке. Солдат взвыл от боли, выронил меч и зажал глубокую рану.
Рианон мгновенно подхватила меч Туэдура и приготовилась сражаться.
Охрана Синвелина попятилась от Брайса и Рианон, но путь им загородила огромная фигура Мадока. Брайс поднял меч и нанес Мадоку удар, который тот отразил и прижал меч Брайса к стене. Охранники, воодушевленные действиями Мадока, толпой ринулись вперед.
Рианон попыталась вонзить в Мадока меч, но он увернулся, правда, тем самым, освободив меч Брайса. Рианон неожиданно споткнулась и чуть не упала, но ее подхватил Синвелин. Он с такой силой сжал ей запястье, что она выронила оружие.
— Фрешет! — закричала она.
Брайс замер, словно олень, услыхавший топот загонщиков. Рианон тщетно пыталась отбиться от валлийца, заломившего ей руки за спину и толкавшего ее перед собой.
— Идите со мной, миледи, и ведите себя смирно, иначе, клянусь Богом, вам будет о чем пожалеть.
— Не позволяйте им издеваться над Фрешетом! — через плечо крикнула она.
Синвелин толкал ее вниз по лестнице, а остальные солдаты окружили Брайса.
— Слыхали, ребята? — насмешливо крикнул Синвелин. — Дама просит вас быть с ним поласковее. Я тоже в этом заинтересован, так как прежде, чем он умрет, ему предстоит кое-что для меня сделать.
Он вывел Рианон из башни, протащил через двор, не обращая внимания на лужи, и втолкнул в зал.
Слуги и солдаты гарнизона уставились на них, раскрыв рты.
— Вон отсюда! — заорал Синвелин. — Убирайтесь прочь!
Они медленно и неохотно повиновались.
Рианон осталась стоять у очага, все мысли ее были о Брайсе.
— Живее! — подгонял слуг Синвелин, размахивая мечом.
Рианон хотела, было скрыться на кухне, но он поймал ее за руку.
— Ну, нет, вы от меня не убежите, Рианон. Ни сейчас и никогда! — Он прижал ее к себе, а она пыталась вывернуться из его объятий. — Можете сопротивляться сколько угодно. И в постели тоже. Мне это нравится. Девчонка, которая дралась со мной, мне тоже нравилась. Дочка пастуха. Как ее звали? Ах да, Катуг.
Услышав это имя, Рианон в ужасе застыла.