Ирвен ван Васси вскочил с удивительной прытью. Нет, свои подштанники пожалел - бросился к тому мечнику, который чуть не убил Морреста. Пятидесятник брезгливо отвернулся и принялся обстоятельно докладывать.
- Предатели прекратили штурм. Их потери - предположительно человек сто - сто пятьдесят убитыми и ранеными, четверых захватили в плен, десятники их допрашивают. У меня в полусотне тоже большие потери - двенадцать погибших, семнадцать раненых. Во второй полусотне девять погибших, четырнадцать раненых, один куда-то делся. У гребцов и рыбаков пятеро погибших, девять раненых. Предатели отошли на под прикрытие домов. Мы прочно удерживаем цитадель.
"Итого двадцать шесть погибло, и сорок ранено. После первого же штурма, - с тоской подумал Моррест. - А в строю, стало быть, пятьдесят два - ну, со мной пятьдесят три. Может, еще кто-то из раненых сможет... Еще один штурм - и я останусь без отряда. Надо как-то его предотвратить..."
- Нашел портянку? - заметив в руках у молодого рыцаря измызганные кровью подштанники, произнес Моррест. - Значит, слушай задачу. Про ворота - это я пошутил. На каком участке твоя сотня?
Ирвен махнул рукой, указывая на мост, ведущий в цитадель.
- Значит, спустим тебя на берег Балли. Переплывешь речку под мостом... Да не морщись ты так, все дерьмо, что в этой реке, у тебя внутри тоже есть. Как доберешься до своих и доложишься сотнику, махнешь мне подштанниками, мол, дошел нормально. А дяде своему передай, что мне с ним надо поговорить. Если и он решит, что говорить стоит, ты тем же путем возвращаешься сюда и передаешь согласие. Если что, встречаемся, опять же, под мостом. Главное условие - с каждой стороны должно быть по десять человек. Увижу больше, или никого - ухожу, а потом отпускаю пленного алка с наказом рассказать уже о вашей измене. Если вы еще считаете себя сколенцами, вы решитесь. Ясно? Повторить.
Сколенские рыцари пришли первыми. Что, в общем, и понятно. Видно, и их допекли алки, не видящие в сколенцах людей. Они перешли реку по мосту выше по течению, и уже по этому берегу шли через камыш. Их могли видеть только из цитадели, но в этот знойный полуденный час дураков шататься по внутренним стенам не было.
- Да хранит вас Справедливый, Моррест-катэ, - чуть склонил голову сотник - крупный в кости мужчина лет сорока пяти, с полуседой-полурусой, аккуратно подстриженной бородой. - Мы рассмотрели ваше предложение. Но вы... действительно можете замолвить за нас словечко?
- Я хорошо знаю Эвинну, - произнес Моррест. "В крайнем случае их, конечно, раскулачат, но жить оставят". - Она совершенно не заинтересована в уничтожении дворян Империи, кроме тех, кто служат алкам. Уверен, если вы поможете нам взять город, мы сможем помочь вам. Услуга за услугу. В противном случае... Вы, конечно, сможете нас добить, а не вы, так алки. Может, даже Амори успеет вас выручить, спасет от гибели. Но вот потом... Вас будет рад убить любой сколенец. А если и тогда вам повезет, не забывайте: есть еще Боги.
- Если бы мы это забыли, мы бы не пришли с вами на встречу, Моррест-катэ. Но мы готовы с вами говорить, и у нас есть, что предложить. Например...
Сколенец многозначительно замолчал.
- Например, что?
- Например, у вас нет ни источников воды, ни запасов продовольствия, стрелы, конечно, есть, но меньшая часть, а в цитадели все это есть. Цитадель охраняет моя сотня, полусотня из соседней сотни и полусотня алков. Там же резиденция коменданта.
- Так мало алков?
- Утром была сотня некоего Бетраниона ван Васселя, это любимец коменданта. Ему комендант часто отдает приказы через голову командира роты. Так вот, час назад мои люди установили, что сотня ушла куда-то в Старый город, в район порта. Я полагаю, ночью они попытаются скрытно подобраться к вам, как вы сами захватили тюрьму. Или попробуют выбраться из города.
"Если на нас, то сколенцы, похоже, нужны были, чтобы нас ослабить, - тут же сообразил Моррест. - Они и не рассчитывали взять нас сразу, а заодно, небось, решили спалить лишних. Интересно, как комендант решил дальше отражать атаки? Сдаст Новый город? Ох, и злы, небось, сколенцы..."
- Сейчас в цитадели лишь полусотня алков, они охраняют дворец, склады продовольствия и арсеналы, - продолжал "власовец", и Моррест решил, что жизнь он уже заработал. Если поможет овладеть цитаделью... - По отделению охраняют каждые ворота, кроме этих, сюда поставили нашу сотню. На стенах цитадели охраны нет, впрочем, вне ворот туда не влезешь.
Моррест кивнул. Он уже знал, почему: цитадель стояла на высоком холме, склоны специально эскарпированы, потом укреплены кирпичной кладкой. По гребню холма проходит крепостная стена - невысокая, но массивная, с пузатыми, приземистыми башнями, выдающимися вперед наподобие бастионов. Вроде и невысокая стена, метров пять-семь - но вместе с холмом получаются все сорок метров. На стену можно было взобраться лишь одним способом: если бы сверху кто-то кинул канат.
- Могу впустить вас в крепость. Потом надо разбиться на группы и завладеть воротами - тогда алки не смогут ворваться в цитадель. Остальные, и комендант в том числе, будут у нас в руках. Те, кто внизу, останутся без командования, без воды и припасов. Представляю, какие лица будут у алков, когда они станут пить воду из Балли...
Морреста передернуло: запах помойной реки, маленькой экологической катастрофы, долетал и в тюрьму, а уж тут, под мостом, он не отказался бы от противогаза. Как местные жители умудрялись жить рядом с этой клоакой, а от большой нищеты и пить из нее (и уж точно мыть там посуду и стирать одежду), и притом не вымирать от холеры и дизентерии - было загадкой.
- Думаю, сразу пойдут на прорыв, - усмешкой же ответил Моррест. - Главное - предупредить Эвинну: в поле мы их без хрена сожрем...
Что такое "хрен", Моррест объяснять не счел нужным.
Выходили из крепости днем - но мелкими группами, а перебирались через зловонную речку под мостом. Для облегчения процесса в твердую, загаженную нищими и собаками землю вбили колья, на которых натянули канаты. На скрытом оставлении тюрьмы настоял сотник Ророг ван Вавасс. Моррест особо и не спорил: и так ясно, что сколенец прав.
Первыми переправили девушек: чем скорее они покинут крепость, тем легче будет вывести остальных. Потом по рукам пошли раненые, связки стрел и копий, аккуратно свернутые кольчуги, мечи и щиты... Каждая мелкая группа, выходя из цитадели, увешивалась тюками со снаряжением. Оставили только золото, которого тоже оказалось немало. Но куда оно денется из города? А при прорыве, глядишь, хоть немного затруднит передвижение алков.
После полудня большая часть снаряжения и все стрелы оказались на том берегу. То-то будет ругани, когда они войдут в пустую тюрьму... Но пока что, видимо, ни алки, ни сколенцы из роты рыцаря Империи с незапоминающимся именем, ничего не заподозрили. Моррест даже рискнул устроить вылазку силами "полусотни" Кестана. Двадцать с немногим оставшихся в строю бойцов, по одному выскользнув через калитку, короткой перебежкой домчались до ближайших домов, ворвались внутрь и, перебив десяток наблюдателей, двинулись дальше. Они дошли почти до конца квартала, где были встречены градом стрел. Похоже, сколенские дворяне после бойни у стен резко зауважали защитников: не пытаясь двинуться навстречу, засели в домах и стали отстреливаться. Кестану хватило ума не терять людей в напрасной стычке: точно так же оставив наблюдателей, он повел своих назад: самое удивительное, вылазка обошлась вообще без потерь. И уж точно никого из алков и сколенцев-предателей не осталось в ближайших кварталах. Подсмотреть эвакуацию стало некому. Теперь пришел черед покидать уже обжитую и ставшую почти уютной тюрьму, которую сколенцы оставляли необычно неохотно. И здесь последней отходила полусотня Кестана, а за ней - те наблюдатели, скрытно выбравшиеся из домов. Все проходило гладко, будто по писанному - как будто ветреная девчонка удача решила вознаградить их за ночные беды и потери.