Кард вздрогнул. Неужели кто-то из посвященных в заговор проболтался, кто настоящий отец наследника престола? Что же делать, ведь если узнают, что он сдавал жену в аренду, как сутенер проститутку... Если хотя бы заподозрят, что он хотел возвести на трон безродного ублюдка... Купить молчание Амори надо любой ценой. Хорошо бы подсыпать яду в вино - но, увы, невозможно. Остается выполнять все, что он скажет. И не вякать.
- Хорошо, ваше величество. У вас будут люди и будут лопаты.
Прошло всего два дня - и берега протоки выше по течению преобразились. С утра до ночи грязные и потные военные Сколенского королевства копошились в подсыхающем иле и глине. С шипением входили в землю лопаты, вполголоса звенели заступы, кайла и кирки, собранные по деревням, матерились десятники, матерились и солдаты. Алкские воины, как надсмотрщики, объезжали работающих сколенцев, понукали их и торопили. Михалыч и еще несколько офицеров, хоть немного соображавших в земляных работах, прокладывали маршрут и указывали, где копать.
Нет, конечно, здесь не было трудового героизма и "все для фронта, все для победы". Сколенцы работали спустя рукава, только когда алки угрожали им оружием. Даже те, кто не понимали, зачем Амори нужен новый ров вдоль берега протоки, ненавидели алков, ненавидели и порученную грязную работу. Едва алки отходили в сторону, солдаты втыкали лопаты в землю и садились в тенечке. В конце концов, там, на другом берегу протоки, появилось несколько виселиц со свежими покойниками. Помогло: работы стали двигаться быстрее. С каждым днем ров продвигался дальше, готовясь, словно тетива - концы лука, соединить края излучины протоки.
- Что будем делать? - спросил Эвинну Тород, глядя на суетящихся, словно муравьи, алков и их пленников. Вот показался особенно богато одетый рыцарь. Неужто Амори?! Нет, борода не такая, и вообще Амори помоложе.
- Что сделаешь? Можно напасть, когда будут перекрывать основное русло. Но сам посуди, полностью засыпать ров мы не успеем, только приостановим работы. И не жажда самое страшное: они провозятся еще не меньше месяца, а там уже и осень на носу, так что вода у нас будет. Хуже то, что реку отведут от стены. Со стороны берега один частокол, и мы его не обложили мешками. Правда, с той стороны у нас замок, и все равно, могут прорваться по руслу.
- Им ничего не стоит поставить всех алков на защиту канала, а имп... Карду и Эльферу поручить осадное кольцо, - усомнился Тород. Живучи все же старые привычки, вот и проклятого предателя чуть Императором не назвал. - По крайней мере, я бы сделал так.
- Но и мы можем сделать так, чтобы они разорвали кольцо!
- Как это? - опешил Тород. Соображает девчонка в тактике...
- Наши недавно взяли "языка" - их сотника. Он сказал, что под стенами Тольфара две с половиной тысячи алков, две - сколенцев Карда и триста храмовников. Но сколенцы оставили оружие в лагере, под охраной бывших воинов Фрамида, а сами копают канал и дамбу. Их можно не считать. Значит, две тысячи восемьсот воинов. У нас в городе почти тысяча, так?
- Так. И что ты предлагаешь?
- Можно разделить войско на три группы. Одна останется в городе, это понятно. Другая, под твоим командованием, нападет на ставку Амори, и алки пошлют всех солдат туда - они подумают, что мы решили напасть на самого короля. Наверняка солдат пятьсот, а то и тысячу, перебросят в главный лагерь от канала. Тогда появится шанс у третьего, самого сильного отряда, который поведу я. Его дело - прорваться к каналу и обрушить перемычки. По возможности разрушить основания дамбы. Им придется начинать все сначала, тогда, может, прокопаются и до осени. Главное, Тород, не гробь людей понапрасну. Давай условимся: на стенах поставим наблюдателей-горнистов, когда они увидят, что плотина прорвана, они протрубят отбой. Помните: задержка - смерть. Главное, чтобы вы отвлекли на себя побольше алков...
Тород слушал, запоминая, у него уже были идеи, как заставить алков снять с охраны канала побольше воинов. Но у него был опыт многих лет разбоя в лесах, боев с алками, погонь, засад и отступлений, да и вырос он в семье рыцарей. А что у Эвинны? Но ведь она сообразила, а он...
Когда стемнело, колонна Торода вышла из Макебальских ворот и тихо, без звуков труб и громких команд, двинулась к лагерю Амори. Поле перед стеной прошли беспрепятственно: ночь оказалась на диво холодная, болота на речных островах окутал туман. Несколько дозорных ловко сняли ножами и стрелами разведчики Торода. Перелезли через какой-то плетень - и нос к носу столкнулись с часовыми собственно лагеря.
- Тре... - крикнул кто-то - и рухнул со стрелой в горле. Но шум услышал соседний часовой. Его крик вспорол ночную тишину:
- Тревога!
Будто гуляющее в лесу эхо, крик подхватили другие. Из палаток навстречу сколенцам выскакивали полуодетые, кое-где и вовсе голые, но все с оружием, алки. Таиться стало бессмысленно.
- Бегом! - взревел Тород так, что услышал весь отряд.
Первых оказавшихся на пути алков смяли. Лучник Амори свалил одного из воинов - но секиры разбойников буквально разрубили его на части. Сколенцы рвались вперед, где ждали обозы с едой и ставка короля. Городские запасы еще не подошли к концу, но лучше запастись едой заблаговременно, да и видимость прорыва создать легче. Уж обозы-то алки будут защищать изо всех сил. А с флангов спешили новые воины - Амори поверил в то, что сколенцы пошли на прорыв или на захват обозов. Сотни воинов Амори сейчас спешат со стороны канала, поднялись по тревоге храмовники, но пока будут обходить город, не смогут участвовать в бою ни там, ни против Торода. "Она и это предвидела! - поразился Тород, орудуя секирой. - Чего нам и надо!"
Теперь алки бежали обратно, к реке - Амори понял, что к чему, а Эвинна вступила в дело. Но - они снова теряют время, теперь на обратный путь. Все, пора отходить. Или попробовать захватить обоз? Амори будет не до них, Эвинна наверняка уже прорвалась. Если одновременно захватить обоз, алкам придется отойти: новые обозы подойдут нескоро, в осаде окажутся сами алки. Значит, их ждет бесславное отступление, потом новый поход и, скорее всего, тоже безуспешный. А взять новых солдат, новые средства неоткуда. Может быть, здесь и сейчас решается исход новой войны?
- Еще немного, и они побегут, поднажми! - кричал Тород, орудуя секирой, как озверевший дровосек. Штаны забрызгала кровь, кровь сочилась из мелких, но многочисленных порезов - но Тород ничего не замечал. Сегодня и сейчас родители и десятки им подобных, убитых алками сколенских дворян, найдут упокоение. Нет в мире большего счастья, чем счастье свершенной мести.
Со стороны Тольфара громко и ясно прозвучала песня рога. Эвинна дело сделала и возвращается, оставаться в центре вражеского лагеря опасно. Придется отходить, а жаль: обоз уже совсем близко, несколько крайних телег, груженных мешками с зерном, и стадо баранов уже поменяли хозяев. Еще бы чуть-чуть...
Нет, слишком опасно. Наверняка алки уже оправились, скоро они могут отрезать путь к отступлению. Тород не боялся пасть в бою с алками, но облегчать им задачу не собирался. Нет уж, пусть он сегодня убьет на пять алков меньше, чем мог бы, зато это будут не последние. И вместо: "В атаку!" - он крикнул:
- Отходим! Держать строй! Прикрывающим все копья! - Копья пригодятся замыкающим, если придется сдерживать натиск рыцарской конницы.
Сколенцы пятились, алки наседали. Но делали это как-то вяло, вполсилы, будто берегли силы для чего-то поважнее. Чем дальше, тем больше Тороду это не нравилось. Хотя с чего такая лень? После разрушения канала должны бы навалиться с яростью одержимых, стараясь хоть на ком-то выместить злобу. Но число атакующих не увеличивалось, никто не пытался отрезать их от ворот, разметать строй щитоносцев с копьями. Даже знаменитые алкские лучники не стреляли вослед. Войско Торода почти не уменьшилось в числе, когда за последними из них закрылись Макебальские ворота. Только тут он узнал, что Эвинна с самым большим отрядом - семьюстами бойцами, двумя третями гарнизона - так и не вернулась. Бывший разбойник вскочил на коня и понесся по ночным улицам: он уже знал, что не успеет ничем помочь Эвинне, но хотел видеть, чем все кончится.