Я сидела вечером в кресле и лениво листала какой-то древний травник с большими красивыми картинками и кучей полезной информации. Совершенно случайно нашла его в дворцовой библиотеке и сразу же влюбилась! Надо будет потом взять у сестры его на время!
Я настолько засмотрелась на картинки, что не услышала шагов в комнате. Поэтому когда чья-то рука опустилась мне на плечо, я вздрогнула от неожиданности и испуганно вскрикнула.
Соскочив с дивана и развернувшись, я недоверчиво уставилась в лицо усмехающемуся Нику.
— Принцесса Орнелла, все в порядке? — раздался из-за двери взволнованный голос Сони.
— Все хорошо, не волнуйся! — крикнула я в ответ, надеясь, что голос не дрожит.
И убедившись, что девушка не пытается ворваться в комнату, дабы убедиться в моей целости и сохранности, повернулась к Нику.
— Идиот! — облегченно выдохнула я, бросаясь к нему в объятья. — Ты меня так напугал!
Доминик сжал меня в своих руках.
— Я ужасно соскучился, — пробормотал он, вдыхая запах моих волос.
— И именно поэтому решил отложить приветственную церемонию? — улыбнулась я.
— Нет, — качнул он головой, посмотрев на меня чуть грустным взглядом. — Эта церемония только для принцев со свитой. Я же больше не принц.
Я изумленно вытаращила на него глаза.
— То есть? — тихо начала я, надеясь, что моя догадка неверна.
— Да, — твердо подтвердил Ник. — Я отказался от трона.
Улыбка погасла, а я испуганно отскочила от парня. О, Боже!
— Что ты сделал? — неверующе переспросила я минуту спустя.
— Я больше не претендую на трон Говии, — пожал плечами Ник. — Около двух недель назад прошла церемония отречения. Ты не рада?
Я молча смотрела на него. Что могла ответить? Рада ли? Не знаю. С одной стороны теперь мы на законном основании можем быть вместе, с другой же…
— Из-за меня ты стал никем, — опустив голову, я присела на диван. — Из-за меня ты поругался с родителями, из-за меня сорвался выгодный двум странам брак. Ник, — я подняла на него грустный взгляд. — Я испортила тебе жизнь.
— Что?! — изумленно воскликнул парень, мгновенно оказавшийся рядом со мной.
— Я разрушила твою семью, — печально повторила я. — Наверняка твои родители в ярости. Да и из-за меня ты оставил свой народ. Кто теперь будет следующим королем? Может начаться гражданская война, — посмотрела ему в глаза. — Неизвестно, что станет с нашим королевством, кто поможет Нел в управлении страной? Она хоть и хорохорится, но на самом деле ужасно боится. Ей ведь всего пятнадцать! — кажется, я начала плакать. — Да и со мной ты не будешь счастливым. Ты не привык к жизни в бедноте. А ведь я так и живу. Простолюдинка не пара принцу. Хоть и бывшему.
— Какая же ты дурочка, — ласково сказал Ник, гладя меня по чуть вздрагивающей спине. — С Говией все будет хорошо. Я передал все права на трон своему дяде — он отличный парень, я уверен в нем, как в себе. Он справиться. Нел тоже не пропадет: все-таки ее учили быть королевой с раннего детства. Тем более, если ей понадобится помощь — я не откажу! — он вытер слезы с моего лица и чуть помрачнел. — А вот родители…. Да они очень злы и расстроены. Я не сказал им про тебя, но, думаю, они и сами догадались. Они не одобряют мой поступок, да.
— Не одобряют? — усмехнувшись, переспросила я.
— Ну, хорошо, — вздохнул Ник. — Они изгнали меня из страны.
Я испуганно охнула, прикрыв рот ладонью. Замечательно! Больше всего на свете я не хотела поссорить Доминика с семьей.
— Они очень вспыльчивы, особенно отец, — чуть улыбнулся Ник. — Но я уверен, что они скоро остынут. Все поймут и постараются простить. Я ведь все равно их сын. Пусть даже люблю не принцессу.
А насчет комфорта? — он на минуту задумался. — У нас все будет хорошо! Ты получишь медицинскую лицензию, у меня тоже талантов и знаний хватит на какое-нибудь собственное дело. Мы не будем бедствовать. Ты мне веришь? — он улыбнулся.
Ох, когда я вижу эту улыбку, то забываю обо всем на свете! И могу поверить во все, что угодно!
Я кивнула, спрятав лицо у него на груди. И действительно, чего я так испугалась? Все будет хорошо.
— Только перед двором тебе предстать стоит, — пробормотала я. — Скоро вернется Нел и, я уверена, ей потребуется помощь.
— Как скажешь, — улыбнулся Ник, нежно меня целуя. — Я рад, что мы все выяснили. Ну, то есть почти все, — чуть нахмурившись, поправился он.
Я вопросительно подняла бровь, но принц лишь загадочно улыбался. Покачала головой, пряча усмешку: пусть секретничает. Все равно узнаю первой, чтобы он там ни задумал!
Загадка прояснилась на следующий день. Ник, встав на одно колено и преподнеся чудесное кольцо, сделал мне предложение.
ГЛАВА 24
Савка, конечно, мужлан и не отличается утончённостью в обхождении. Но он осторожен и очень нежен со мной. Я легко узнаю его грубые руки по характерным для сапожника мозолям и шероховатостям. Даже сквозь одежду чувствуется, а уж сейчас…
— Нам пора возвращаться, Савушка.
— Мы не выполнили задания?
— Выполнили. Убедились в том, что адресата нет на белом свете.
Кажется, мои глаза наполнились слезами. Я лежу на спине, и они никуда не стекают. Муж губами собирает солёную влагу.
— Ты близко знала его?
— Близко. И очень любила.
Савка не пытается меня тормошить или проявлять ревность. Он всё понял правильно. И ещё он очень давно не называет меня по имени. Понял уже, что я не Уля — он с ней знаком с детства. Уловил разницу. И не лезет с расспросами. А я жду, когда же этот недотепа, наконец, поинтересуется, с кем делит ложе. Знаете, тактичность иногда способна просто извести напрочь. Кажется, это тот самый случай.
— Ты знаешь, кто я? — придётся самой объясняться.
— Не Ульянка — точно. А из тех, кого мне приходилось видеть, сходства с ней я ни в ком не примечал.
— А что, посмотреть на выезд нашей принцессы с её женихом ты ни разу не удосужился?
— Не, ну Её Высочество принцесса Орнелла носит совсем другой фасон обуви…
Так он потешается надо мной! Мгновенно вспыхиваю и набрасываюсь на него с кулаками. Минута борьбы и… нет, какой негодяй!
Позднее, когда мы отдышались и успокоились, он прислонился лбом к моему плечу и сонно пробормотал: «Послезавтра утром, Ваше Высочество». Тиран он после этого. Сатрап. Негодник и… самый любимый человек. Здесь среди недружелюбного Гринринга я с необыкновенной ясностью чувствую себя замужем. За мужем. За широкой надёжной спиной. Хотя постоять за себя готова всегда. Почти. Только не перед ним самим.
Под это сумбурное роение мыслей я и уснула в, прямо скажем, чувствительных объятиях супруга.
В путь мы отправились наёмным экипажем через Тикан — это бедная горная страна, вытянувшаяся на западе вдоль горного хребта от Гринринга до самой Говии. Да, это втрое большее расстояние, чем напрямик, но по нему нас везёт подрессоренная карета, в закрытом кузове которой горит маленькая печка, которую кто-нибудь из восьми пассажиров время от времени подкармливает поленцем-другим.
Наш багаж — сундук с обвязанным рогожкой камнем — привязан на запятках. Здесь тепло и не очень трясёт.
Вот и остановка. Пограничный пост. Кучер меняет лошадку, а мы по очереди заходим в здание кордегардии, чтобы ответить на вопросы чиновника. Гринрингцы ужасные зануды. Всё записывают: кто едет, куда, зачем? Мы уже сжились с этим — каждый раз, переезжая с места на место, встречались с этой процедурой.
Пассажиры разминают ноги и пропускают по глоточку приободряющего в маленьком заведении. Всё происходит мирно и обыденно до тех пор, пока я не не настаёт мой черёд войти в кабинет. Нас двое тут.
Мужчина, стоящий за конторкой повернул ко мне лицо и…. Я испуганно охнула и мигом начала прикидывать в уме пути к отступлению. Без боя бежать не получиться, слишком охраны много.