— Там только один был выход, — сказал мажор.
— Придётся идти через трупы.
— Вы смеётесь?? — брезгливо скривилась Анна, — я не пойду по крови.
— Тогда останешься здесь, — просто сказал мажор, сверкнув глазами в полумраке.
— Парень прав, — сказал Никита, — придётся идти, здесь мы долго не простоим. Главное держаться вместе.
— Тоже мне, босс нашёлся, — фыркнул мажор, — хотите, оставайтесь, нет, буду ждать вас на другой стороне двери…
«Куда ты блять вечно рвёшься, понтуешься своей крутизной чтоли?» — злобно прозвучало у меня в голове, — «чёртов выскочка».
Мы молча проводили взглядом этого мудака, пока не оказались в бледном мраке, где единственным источником света служили факелы за поворотом.
— Поднимите руки, кто не сильно боится зрелища за поворотом, — сказал Никита.
Игорь, Александр, Семён и Максим подняли руки. Я немного подумала и тоже подняла. Впринципе это довольно неприятное зрелище, но для меня вполне терпимое.
— Отлично, тогда мы поведём остальных до двери, а они закроют глаза, в свою очередь.
Лёша тяжело вздохнул.
— Терпи парень, — улыбнулся Никита.
Мы так и поступили. Анна стояла на своём, уперев руки в боки, но когда все устали её уговаривать, и молча пошли без неё, тут же спохватилась.
— Дыхание лучше тоже задержите, — сказал Александр.
Мы шли вперёд, парни вели остальных. К счастью, мажор потрудился оставить за собой открытую нараспашку дверь, и оттуда сочился небольшой поток света, какого-то живого, очень сильно отличавшегося от света факелов. Мы прошли по крови, слава Богу, тела лежали немного левее, и немного дороги было свободно, и вошли вовнутрь. Это был тот же каменный коридор, но сверху на нас падал какой-то неземной свет, еле протискиваясь в узкие щели потолка. Что это было, я не знала, но это было удивительное свечение. Я с удивлением задирала голову, и любовалась удивительным явлением.
На этот раз, коридор был более широким, мы шли небольшой группкой вперёд.
— Куда этот делся…
— Хрен его знает.
Наконец коридор пошёл в разные стороны, что было не очень здорово. Вот и хрен знаешь, куда теперь идти.
— АААААА, СУКА! — послышался истошный вопль нашего любимца с левой стороны.
Тут же мы все разом рванули на голос, и увидели, что факел валялся потушенный на дороге, а из-за поворота и раздавался крик.
За поворотом стоял наш мажор, брезгливо оттряхивая лёгкую куртку, а посредине коридора лежало что-то…
— Что это за…? — спросил Александр.
— А вот и вы, подоспели вовремя, — сказал мажор, бросив косой взгляд на существо.
— Что это такое? — спросила Анна, прижав руку ко рту.
— Я ебу? Эта хуйня набросилась на меня, пришлось её в рукопашную вырубить…
Я подошла ближе к неподвижно лежашему существу, и взглянула на него. Оно было размером с автомобильное колесо, даже чуть побольше, и напоминало какую-то помесь таракана с крабом. У него были длинные усики, много лапок, большие клешни, длинный ребристый хвост, и гребень на спине. Возле рта у существа были клыки.
— Осторожней, — сказала мне Вера, когда я сделала ещё пару шагов к существу.
— БУУУУ! — схватил меня сзади мажор.
— АААА! — завопила я, и тут же толкнула этого мудака.
— Ахах, — рассмеялся он, — да эта херня сдохла, или типа того, нечего её бояться, — и с этими словами он от всей души пнул существо, так что оно безжизненно отлетело к стене.
— Тут дверь, — сказал Лёша.
Мажор с удивлением посмотрел на дверь, которая была почти перед нами, а потом повернулся к Лёше:
— Бля, парень, да ты нам глаза открыл!
Лёша, немного сконфузился и опустил глаза.
Я подошла к двери и коснулась ручки.
— Не боишься, что оттуда на тебя набросится какая-нибудь херня, как эта, например? — спросил мажор.
— Не особо, — сказала я, а сама тут же в душе трусанула, и стала задумываться, стоит ли открывать.
— Тогда чего не открываешь, — фыркнул он.
— Сейчас открою, — сказала я, и нервно дрожащей рукой, схватила ручку.
Дверь неподдалась.
— Ну конечно же! Тут нужен ключ, замочная скважина, наверное, не просто так… — сказал мажор.
— Надо искать ключ, — сказал Никита.
— Где нам его искать? — спросила Вера.
— Там есть второй ход, для особо внимательных, — буркнул ей мажор, — думаю там ключ, либо другой ход.
— Мы как-будто в головоломке, — сказал Игорь.
— Неужели вы были правы? — тихо произнесла Анна, обращаясь к Александру.
— Нахрен суеверия, пошли туда, — сказал мажор.
Мы опять согласились, и как стадом, пошли за новый поворот.
Тут же перед нами вырос новый коридор, который тянулся далеко вглубь.
— Слушайте, а может мы здесь за грехи свои? — спросила осторожно Вера, как-будто кто-то нас мог услышать, кроме нас самих.
— Началоооось… — протянул мажор.
— А что, у тебя есть грехи? — спросил Александр.
— У меня есть… — с тоской сказала Анна, — теперь понимаю, какая же я тварь… Накалывала старушек, отбирала у них квартиры по простой схеме… Если это всё таки ад, то я заслуженно здесь оказалась…
— Ну уж нет, это не ад, — усмехаясь сказала я, стараясь не верить в их слова.
— А я наркоман… — вздохнул Игорь.
— Эй-эй, ребята, это что за клуб анонимных неудачников, — сказал, не выдержав, мажор.
— Ну а ты? У тебя разве нет грехов? — спросила Анна.
Мажор промолчал.
— Значит есть, — сказала я, — смотри как замолчал.
— Какая нахер разница? — огрызнулся тот.
— Ну тогда скажи.
— Что говорить? Я грабил людей, ясно?
— В квартиры чтоли залезал?
— Нет, простой карманник, мобилы, кошельки…
— Ну что скажешь, крут…
— Ну а ты, у тебя какой грех? — спросил он меня.
— ну я… студентка.
— Ахах, сейчас и за это в ад попадают! — усмехнулся Александр.
— Сколько, мать вашу, раз повторять, мы не в аду, это всё бредни… Смотрели пилу? Или коллекционера? Про маньяков-шизофреников? Думаю мы в такой же ситуации, максимум, но не более того. Ад они придумали… Что, неужели здесь все грешники, а? Ну-ка, задрот, дай угадаю, ты нюхаешь клей, полюбому.
— Нн-ет, — раскраснелся Лёша.
— Но грехи у тебя ведь есть, да? — спросила я.
— Ннну… врроде…
— И какие же?
— Я… — он замолчал.
— нуууу, — протянул мажор.
— Я люблю женщин…
— ну ты парень удивил! А мы то блять собак любим. Каждый день с ними ебёмся, особенно кучерявенькая, — указал мажор на меня.
— Уткнись, — сказала я.
— Ннну… — лёша раскраснелся ещё больше, — я их сильно люблю…
— Чё ты там с ними делаешь? На насильника ты не похож, вроде, а? Задрот?
— Просто… я крал… один раз… точнее не один… трусики сестры друга…
— ФУ! БЛЯТЬ… — окончил эту милую историю мажор.
Лёша больше не заговориЛ. да и впринципе никому не нужно было продолжения.
— Ахуеть компания… — сказал мажор, — ну а ты, лысый? Тоже любишь трусики, как наш задрот?
— Не думаю так… — сказал Никита, — у меня нет грехов, насколько я вспоминаю…
Всё бы ничего, но сказал он это с таким палевом, что стало ясно всем, даже самым тупым, он явно о чём-то умолчал.
— Белобрысый видать чайники взрывает, — сказал мажор, как ни в чём не бывало.
Семён злобно окинул его взглядом, но на этот раз решил обойтись без кровавых баталий.
— Грешки-то есть, видать, да? — всё не унимался мажор.
— Я не считаю это грехом…
— Что не считаешь? — спросил Александр.
— Я выступаю за освобождение нашей нации, и нашей великой страны.
— Ты блять чё, супергерой?
— Погодь, — притормозила я, — ты что же этот…
Настала тишина. Семён тупо глядел на нас. А все тупо на него.
— Нацист чтоли? — слегка неуверенно произнесла я.
— Да, если хочешь называй это так.
— Пиздец! — плюнул на пол мажор, ахуеть, ребята, я от вас с каждой секундой веселею…
— А вы, Александр? — спросила я.
— Я тоже наркоман… — с какой-то наигранной грустью сказал он.