Истекшие сутки не принесли практически ничего нового. Сведения, которые удалось раздобыть Кондрашову, заняли в его записной книжке всего две строчки: а) двадцать шестого июня Щербакова была на смене; б) по понедельникам кафе работает до 20.00.
Томительно тянулись минуты ожидания…
«Твердого алиби у нее нет, хотя само по себе это ни о чем не свидетельствует, — рассуждал Андрей, откинувшись на спинку заднего сиденья. — Другое дело — крупный выигрыш в «Спортпрогноз», просчитанный Давыдовым с точностью до рубля. Но в чем конкретно можно уличить Щербакову, какое предъявить ей обвинение?.. Остается надеяться на эффект неожиданности и зрительную память Виктора Бондаренко. А там — по обстоятельствам..»
— Товарищ капитан, вашего подопечного того и гляди тепловой удар хватит, — нарушил затянувшееся молчание Максимов, с ироничной улыбкой кивнув в сторону дружинника, который сдернул с головы панаму и интенсивно обмахивал лицо.
— Она, — тихо, словно опасаясь быть кем-то услышанным, выдохнул Кондрашов, не сводя глаз с появившейся из-за угла стройной темноволосой женщины в ярко-красном брючном костюме, перехваченном в талии широким белым поясом. С плеча Щербаковой свисала дорожная сумочка под цвет костюма. Официантку сопровождал коренастый мужчина в серых вельветовых джинсах и полосатой рубашке навыпуск. Возле колонн он остановился, что-то сказал Щербаковой, потрепал ее по плечу и направился к стоянке такси.
Пропустив вперед чету пенсионеров, Щербакова, оглянувшись по сторонам, уверенно вошла в здание
Сбер
банка. Следом за ней проскользнул оперативник. Бондаренко продолжал энергично жестикулировать.— Серега, подрули на стоянку, — распорядился капитан.
В этот момент мужчина повернулся к ним лицом.
— Четвертый!.. — изумленно воскликнул Андрей.
— Не понял, — убрав ногу с педали газа, Максимов выжидательно уставился на капитана.
— Знакомого встретил, — не стал вдаваться в пространные объяснения Кондрашов. — Значит, так. Высадишь меня за поворотом, а сам разворачивайся и подъезжай к стоянке.
— Нет вопросов! — Скосив глаз на зеркало заднего вида, старшина лихо тронул с места.
Проезжая мимо стоянки такси, Андрей хорошо раз
глядел
«знакомого незнакомца». Каштановые волосы, открытый
широкий лоб, нос с горбинкой, волевой подбородок. Ошибка исключалась — сегодняшнего спутника Щербаковой
Гнусом
и Лехой-маленьким.Свернув за угол, Максимов плавно притормозил.
— Здесь, что ли?
— Годится. — Кондрашов откинул спинку переднего
сиденья
и приоткрыл дверку.— Хоть бы трешник на бензин сунули для конспирации, — съехидничал старшина.
— Завгар подаст, — автоматически отозвался Андрей, думая совсем о другом.
— Кузьмич подаст, держи карман шире! — фыркнул Максимов, выворачивая руль влево. — Так я потопил?
— Давай. Только смотри, без самодеятельности, — неожиданно для себя капитан повторил любимое напутственное изречение начальника управления.
Круто развернувшись, «восьмерка» влилась в поток машин и через несколько секунд скрылась за углом.
У Кондрашова оставались считанные минуты, чтобы оценить ситуацию и скорректировать дальнейшие действия. При подготовке мероприятия он допускал возможность того, что Щербакова придет за деньгами с «сопровождающими лицами». Но такой вариант казался ему маловероятным. Сообщник (а капитан не сомневался в его существовании) вряд ли станет «светиться», подвергая себя ненужному писку. Посвящать в историю кого-то постороннего?.. И тем не менее Дина Кондратьевна пришла не одна.
«Похоже, все становится на свои места, — лихорадочно размышлял Андрей. — Бондаренко официантку опознал, что подтверждает версию о ее причастности к преступлению. Самое время вплотную заняться спутником прекрасной Дианы…»
От углового здания до стоянки такси было около пятидесяти метров. Осторожно выглянув из-за киоска «Союзпечати», капитан сразу увидел мужчину в полосатой рубахе. Тот переминался с ноги на ногу в конце небольшой, но агрессивно настроенной очереди. Единственный представитель частного извоза на обшарпанном «Запорожце», учитывая конъюнктуру, заламывал такие цены, что напрочь отбивал охоту у самых нетерпеливых. Максимов припарковался чуть поодаль и с безразличным видом протирал изнутри лобовое стекло.
Мужчина ежеминутно посматривал то на часы, то в сторону Сбербанка.
«Нервничает, — отметил Кондрашов, — значит, имеет на то причину».
Пристроившись за спиной внушительных габаритов дамы, Андрей сменил дислокацию, нырнув в проходной подъезд дома напротив стоянки. Его маневр оказался весьма своевременным. Выбравшись из очереди, мужчина чуть не бегом подскочил к салатной «восьмерке».
— Земляк, на Красноградскую, а потом в аэропорт!
— Ничего себе, ближний свет! — глазом не моргнув, присвистнул Сергей. — А что даешь?
— Не обижу!
— Обещать и не любить — денег не стоит, — флегматично изрек Максимов. — Бензин-то нынче, сам знаешь, в дефиците.
— Вот чудак, — подавив раздражение, заставил себя улыбнуться мужчина. — Будет тебе и на бензин, и на постный суп с курочкой.
— Да я не против, но, понимаешь, приятеля дождаться надо, — огорченно протянул старшина.
— Ну, смотри, только потом чтоб не жалеть! — Мужчина зло сплюнул под ноги.
Высунувшись из машины, Сергей стал демонстративно вертеть головой по сторонам и тотчас заметил в дверях подъезда Кондрашова, который подавал ему какие-то знаки. Мгновенно сориентировавшись, старшина распахнул дверцу.
— Ладно, бог с ним, с приятелем. Два червонца кидаешь?
— О чем базар! — Мужчина многозначительно похлопал себя по нагрудному карману.
— Тогда садись.
— Шесть секунд, земляк! Сейчас подойдет жена, и сразу едем. — Вытащив пачку «Салема», мужчина легким щелчком выбил сигарету и протянул водителю. — Угощайся, американские.
— Спасибо, я — пас, — развел руками Сергей. — В первом классе так накурился папирос, что по сей день отцовский ремень вспоминаю.
— Тебе бы лекции читать! — прикурив от импортной зажигалки, расцвел мужчина. — О традиционных методах воспитания. А то развели демагогию: проблемы пятнад
цатилетних!
проблемы шестнадцатилетних!.. Куда ниплюнь
— Макаренко! А малолетки с исколотыми венами по блатхатам шастают. Пороть надо, пороть!«Чья б корова мычала! — усмехнулся про себя старшина. — Сейчас этот поборник чистоты нравов доберется до
токсикоманов,
потом примется за проституток…»Возможно,
Сергей был недалек
от истины, нов
этотмомент
мужчина призывнопомахал кому
-торукой.
— Уже идет!
Лавируя среди прохожих, Щербакова крепко прижимала локтем туго набитую сумочку. Ее яркое одеяние кон
трастным
пятном выделялось на фоне буднично-серойуличной
массы. Во всяком случае, несколько весело переговаривающихся между собой молодых парней, идущих за ней, абсолютно не бросались в глаза.Слегка запыхавшись, Дина Кондратьевна быстрым шагом подошла к машине.
— Ну как? — не удержался от ненужного вопроса мужчина?
— Порядок.
Максимов услужливо опустил спинку сиденья.
— Проходите, а то у меня передняя сидушка болтается.
Первой в машину села женщина. Ее спутник, неловко согнувшись, протиснулся вслед за ней.
— Трогай, братишка!
— Одну минуточку, — раздался чей-то негромкий голос.
— Так это же мой приятель! — радостно возвестил старшина. — Ему как раз по пути.
— Трогай, тебе говорят!! — рявкнул мужчина, не поняв сути происходящего. — Обойдемся без попутчиков!
— Спокойствие, граждане, — предъявив удостоверение, Кондрашов непринужденно расположился на переднем сиденье. — Весьма сожалею, но я вынужден вас задержать.
— Боже мой… — чуть слышно прошептала Щербакова, вцепившись наманикюренными ногтями в сумочку.
Мужчина метнул разъяренный взгляд на Андрея.
— В чем дело, черт вас побери?!