Ведущий зло прищурился:
— А братик тебе не рассказывал? Или ваши военные друзья с биостанции? Они и накопали. Сразу после Первого взрыва, под шумок, пока Саркофаг строили. Армия всегда там, где секретность, а тут тебе и зона отчуждения, куда без пропуска ни одна живая душа не пролезет, и любые работы есть на что списать. Роем, мол, аварийный отвод. Или еще что-нибудь вроде этого. Тоннель под Четвертый энергоблок, например, чтобы со всех сторон обложить бетоном. Поди проверь…
— После Второго взрыва кое-что эвакуировали, конечно, — добавил Скай, — но самые большие секреты армейцев так и остались в Зоне. Как-то вот удивительно совпало, что они оказались в самых опасных местах. Поэтому поневоле задумаешься, случайно так вышло или те секретные проекты и есть причина наиболее страшных феноменов Зоны…
— Ну да, здесь, за Периметром, можно спрятать любое паскудство. Одни контролеры чего стоят. Да и бюреры из той же песочницы: говорят, военные проводили эксперименты чуть ли не над своими же бойцами. Пытались пробудить пси-способности. Кое-что у них, конечно, получи…
Ведущий не договорил. Датчик движения в ПДА неожиданно ожил: на экране замерцали две пока еще слабые, но вполне различимые засветки.
— Ядрена мать! Разведчики! — буркнул Москит. — Они всегда по двое ходят.
Не сговариваясь, сталкеры отцепили с ремней и разгрузок матовые сферы осколочных гранат и поспешно рассовали их по карманам. Скай даже разрядил подствольник.
— Кидать в бюрера гранату — самоубийство, — ответил Москит на незаданный вопрос. — С маленьким объектом такой массы карлик справится запросто. Усилием мысли откинет обратно, тебе же под ноги, а то и вовсе заставит кружиться вокруг твоей головы, пока не кончится замедлитель. Потом — бах! — и мозги по стенам. Гранаты вообще на виду лучше не держать, ни к чему соблазнять гадов. А вот угостить их из нескольких стволов никогда не вредно. Перехватить все пули все равно не успеют, постараются увести в сторону прицел или заклинить затвор. Так что чем больше огневых средств — тем лучше, вставай рядом и бей в лоб, всех не остановят. Эй, Кузнец! Сейчас тот самый случай, когда стрелять надо раньше, чем успеешь подумать. Сильный кинетик, уловив твою агрессию, может и моторику мышц замедлить. Бывает, давишь на спуск, давишь, а палец не шевелится…
Денис сжал правую ладонь в кулак, разжал и посмотрел на нее с некоторым недоумением.
— Рано еще, — хмыкнул Москит. — Далековато пока. В общем, так: мы со Скаем идем первыми. Надо снять тварей, пока они нас не заметили, потом сложнее будет. Подумают, что сталкеры пришли на них охотиться, отступят, а через полчаса вернутся с подмогой в дюжину рыл. Такой бандой они нас в бараний рог скрутят.
— А нам что делать? — спросила Ксанта.
— Идите следом и стреляйте во все, что движется. Кроме нас, конечно. — Ведущий неодобрительно покачал головой. — Там будет длинная галерея, они сейчас копошатся в дальнем конце. Бейте туда. Если вдруг почувствуете, что руки против вашей воли начинают поворачивать оружие в другую сторону, — не пытайтесь сопротивляться. Попробуйте разжать пальцы, а то еще заклинит палец на спуске. Лучше уж ствол на полу, чем пуля в затылок впередистоящему. Пошли!
Короткая тишина, во время которой Денис успел поудобнее перехватить АКМК, сменилась яростным громом автоматных очередей. В короткие паузы было слышно, как страшно матерится Москит — видимо, выстрелы не достигали цели. Потом один из «Калашниковых» захлебнулся, и ругань ведущего превратилась в многоэтажную.
— Пора! — крикнул Кузнец и прыгнул вперед. От грохота у Ксанты звенело в ушах, потому она не сразу поняла его, замешкалась и бросилась следом, когда Денис уже выбрался из туннеля и начал стрелять.
Вспышки выстрелов ослепили глаза, привыкшие к подземной полутьме, — сначала она ничего не увидела. Потом вдруг судорожно стиснутый в руке «узи» кто-то дернул. От неожиданности Ксанта едва не выпустила оружие и широко раскрыла глаза.
К ее удивлению, рядом никого не было. Никто не стоял на расстоянии вытянутой руки и не пытался отнять у нее ствол. Сталкеры и Денис рассыпались по галерее и короткими очередями били в полутьму. Автомат Москита то и дело замолкал, он, яростно и неслышно шевеля губами, передергивал затвор и начинал стрелять снова.
Ксанта увидела, как ствол АКМК Ская внезапно подбросило вверх, словно от удара, пули чиркнули по потолку галереи, осыпав стрелков бетонными осколками. В следующее мгновение невидимый противник снова попытался отнять у нее оружие. Только теперь она поняла, что никто не хватает «узи» за ствол, это телекинетическая сила бюреров выдирает у нее из рук огнестрельную железку. Это было настолько неожиданное и странное ощущение, что поначалу все пояснения Москита выскочили из головы. Ее дистанционно атакуют бюреры! Приглядевшись, она смогла рассмотреть впереди карликов — две уродливые, одетые в лохмотья, отдаленно напоминающие человека фигуры метались в отдалении, то скрываясь в глубине галереи, то снова появляясь.
— Стреляй! — крикнул Скай. — Пока они в нас вцепились!..
Принявший команду на свой счет Кузнец прицелился, но выстрелить не смог — как и предсказывал Москит, правая рука внезапно перестала его слушаться. Указательный палец изо всех сил давил на спуск, но не мог сдвинуть его даже на миллиметр, словно тот составлял единое целое с затворной рамой.
Нащупав телепатически самого слабого противника, бюреры вдвоем взялись за Ксанту, потому что удерживать сразу четверых им было тяжеловато. «Узи» дернулся в руках как живой и начал разворачиваться в сторону Дениса: карлики явно решили для начала сократить число противников. Ксанта поспешно разжала пальцы, однако рукоять автомата словно приклеилась к ладони. Указательный палец помимо ее воли согнулся раз и другой, однако не нащупал спуска, поскольку сообразительная девушка успела за мгновение до этого вынуть его из спусковой скобы. Поняв, что в третий раз бюрер телепатически дернет сам спусковой крючок, Ксанта изо всех сил надавила на рукоять, уводя ствол в сторону. После секундной паузы «узи» вырвался из ее руки, больно ударив по ладони.
Зависнув воздухе, миниатюрный автомат принялся рыскать стволом из стороны в сторону, выбирая себе жертву — низкорослым бюрерам было плохо видно издали, и они не могли сразу развернуть «узи» как надо.
Ксанта пронзительно взвизгнула. Денис быстро обернулся через плечо, и глаза его расширились от удивления, когда он натолкнулся взглядом на черное жерло «узи», висящего в воздухе. Кузнец дернулся, намереваясь сбить израильский автомат прикладом, но его руку словно закатали в гипс; ладонь прилипла к рукояти, а пальцы — к спусковой скобе.
— Что за хрень! — только и сумел выдавить он.
Однако, увлекшись пси-контролем Дениса и Ксанты, бюреры вынуждены были ослабить телекинетические оковы проводников. В два ствола вновь получившие свободу сталкеры мигом достали одного из карликов. Пули еще рвали тщедушное тельце, когда второй мутант отчаянно заверещал и метнулся в сторону, петляя на бегу, словно заяц. Он добрался до каменной лестницы, поднимавшейся к потолку галереи, и даже начал проворно карабкаться по ней, с трудом преодолевая слишком высокие для него ступени.
Оживший «узи» безвольно упал на пол, снова став просто бездушной огнестрельной железкой, а Кузнец почувствовал свою руку, шевельнул пальцами и, молниеносно развернувшись, выпустил длинную очередь в спину отступающему врагу. Бюрер споткнулся на бегу и попытался остановить смертоносный поток свинца. Несколько пуль рассыпались прямо в воздухе и металлическими брызгами застучали по бетонным ступеням, но справиться со всеми сразу карлику оказалось не под силу. Меткий выстрел ударил его в плечо, полуоторванная рука повисла плетью. Тварь снова закричала, распластавшись на лестнице, теперь уже от боли, и Скай быстро поймал мутанта в перекрестье прицела. Уродливо непропорциональная голова с влажным хлопком разлетелась кровавыми ошметками, и безвольное тело покатилось по грязным ступеням лестницы к ногам сталкеров.