Я считаю, что в здоровое тело психически здорового человека вселиться невозможно, точно так же как невозможно вселиться в эльфа, гнома и так далее, как это любят демонстрировать писатели попаданческих романов. Дело в том, что все эти расы настолько «нечеловеческие», что человеческому сознанию там будет неуютно и его легко будет побороть и поглотить. Это очень большая ошибка считать себя венцом творения и не брать в расчёт другие, нечеловеческие, расы. Дома и стены помогают, поэтому первый хозяин тела, всегда находиться в выигрышном положении по сравнению с пришельцем. Это же относится и к психически здоровому человеку, бороться с таким себе дороже выйдет и неизвестно кто победит. Скажете чушь? А вот попробуйте рассмотреть все более менее известные случаи экзорцизма с этой точки зрения. И что если бесы, это такие же разумные существа, перенесённые из других, пусть параллельных миров, не сумевшие справиться с хозяевами своих носителей. Если рассматривать с этой точки зрения, то все мои проблемы с носителями очень логичны и оправданы. Первый воришка, в которого я попал, ещё мог доставить забот, хотя я явно был сильнее его, но и тут мне повезло, будто чёрт наворожил — я вместе с ним попадаю под удар заклинанием, которое начисто стирает его и освобождает мне квартирку. Здесь же вообще идеальный вариант, я даже не чувствую хозяина. А он есть и иногда мешается, как вот сейчас, когда я обнаружил что тяну по недосмотру здоровенную козявку из носа в рот. Так. Поборемся за правообладание рукой и головой. Ну и что, что у него лицензионная версия, зато наши пираты… самые пиратистые… в мире… Уф! Победил разум! Мой разумеется, кстати взмок так, что хоть выжимай. Я понюхал себя и скривился, что предыдущий бомж, в первые дни после переноса, что сейчас, Его Высочество, что помойная куча… хотя в сторону помойной кучи предпочтение больше (Хотя почему это Его Высочество?! Это теперь Моё Высочество!). Помыться бы! Я не чистюля, но это уже слишком. Ладно, поступающие вопросы будем решать в рабочем порядке.
Я вслушался в себя, пытаясь уловить присутствие кого-то чужого, но никого не оказалось — квартира вновь была пуста. Это меня приободрило, начинать новую жизнь с того, что не сможешь владеть рукой или ногой — не очень хотелось. К тому же я явно пошёл на повышение, по помойкам (несмотря на запах) больше не шарюсь, статус достаточно высок, можно насрать и жить дальше, а если ещё и убедить, что я вылечился, то вообще в шоколаде буду. Причём не хухры-мухры, Его высочество это не бомж с помойки! Ну, это я уже повтояюсь.
Я потянулся и мечтательно улыбнулся, хотя улыбочка быстро пропала. Несмотря на относительное благополучие, непонятки вылезали с завидным постоянством. Первое и самое главное, как мне притвориться выздоровевшим принцем? Если в предыдущем воплощении мой персонаж был никому не интересен, то сейчас принца отслеживают с детства и объяснить мою неожиданную разумность будет ой как не просто. Конечно, поначалу родители обрадуются, но потом вольно-невольно возникнет вопрос, почему принц не ведет себя как только что родившийся ребёнок, а представляет из себя вполне сложившуюся личность. А тут уже и до изгнания дьявола недалеко, а я вовсе не уверен, что при изгнании, уйдёт он, а не я. Тем более, если это не подействует, то вопросы не исчезнут. Вряд ли мне грозит сожжение, но тихая и безболезненная смерть вполне вероятна, равно как и пожизненное заключение в комфортабельных подвала местного гестапо, на положении железной маски. Возможно там я тоже сойду с ума, и меня вновь можно будет показывать на публике. Меня передёрнуло — не хочу! Надо будет хорошенько подумать, но подумать мне не дали.
Дверь мягко открылась, и я уселся по-турецки, ожидая гостей. Вот опять проблема, как я веду себя в таких ситуациях? Буйный ли я? Как сменяются активная фаза и периоды покоя? И что, чёрт возьми, мне делать сейчас?
В это время зашёл король-отец и с ним какой то интеллигентный хрен в расшитой хламиде, с гайкам на пальцах — явно маг. Про забежавших чуть раньше лакеев — санитаров, я не упоминаю, они, как антураж моей нынешней жизни, моментально рассосались по сторонам, контролируя меня на всякий случай. Это не радует, получается, что прецеденты бывали. Да-с, бывали, если только мой местный родитель не профессиональный параноик со стажем. Хотя… при такой жизни…
Маг с отцом обошли меня кругом, как диковинного зверя в клетке. Поначалу я старался вести себя в рамках, но потом решил: Плевать! Я же сумасшедший! Должен в конце концов соответствовать своему имиджу. Была мысль даже порычать, но поспешно отбросил её, как не своевременную — чёрт его знает, как они поступают с буйными особами королевской крови. Мне кажется ничуть не лучше, чем с особами крови не королевской — рисковать не будем. И ещё — я не трус, я просто осторожен.
Так вот, они наблюдали за мной, а я за ними. Хотя неправда, я наблюдал за магом, маг за мной, а отец с тревогой следил за разворачивающимся действом. Пока всё шло неплохо. Наконец протестировав меня, то есть помахав надо мной руками. С зажатыми в них разнообразными предметами и состроив одухотворённую морду лица, маг затеял с моим папА тихий разговор, постепенно набиравший обороты, ну и громкость.
Наконец король, звать его папА, мне не с руки, может быть потому что своего папу я отлично знаю и король и рядом не ходит, начал говорить достаточно громко, но всё ещё сдерживая себя, так что это походило на разговор:
— Я не прошу многого, но хотя бы вести себя прилично за столом, махать рукой и улыбаться он будет? — вываливает на собеседника немолодой человек в простом коричневом камзоле расшитом узорами того же цвета, просто немного потемнее.
— Я постараюсь, сир, — смиренно отвечает мужчина, явно одетый богаче своего короля.
Видимо его величество не в первый раз слышит подобное, поскольку неожиданно срывается в крик:
— Вы! Вы все говорите мне: постараемся сир, — с сарказмом вопит он в лицо немного опешившему от подобного демарша магу, — в реальности мой старший сын, первенец, крон-прннц, не владеет ни ложкой ни вилкой, не может поддержать беседу, да что там беседу, он и говорить то не может. Мы ожидаем улучшений, — говорите вы, и находите их в каких то незначительных подергиваниях рук, ног и подобной чепухи, но это существо остаётся таким же идиотом как и раньше!
— Ну спасибо, папочка, — думаю я.
Король ещё какое-то время орёт подобную чушь в лицо уже пришедшему в себя и внешне невозмутимому магу. Наконец, немного успокоившись, он отворачивается и какое то время изучает стену: расшитый гобелен, за которым прячется ватная набивка, застывшего лакея, старательно изображающего из себя предмет обстановки. Решившись, он поворачивается лицом к магу, одновременно делая повелительный жест рукой, чтобы все удалились. Честное слово, порода чувствуется в каждом движении, я сам чуть не вышел вместе со всеми. Спасло то, что руки ноги меня слушались не полностью, а вернее слушались не только меня. Поэтому моё неловкое шевеление выглядело как судорожные подёргивания недодавленого жука. Такой позыв убежать и спрятаться, что я с трудом держу себя в руках. Получается, что прежний хозяин до ужаса боится папочку, а тот его наверняка поколачивает. Заметив это король снова поморщился и дождавшись пока последний лакей не покинет помещение продолжил:
— Разумеется, я понимаю, что вся эта дурная кровь идет по линии Клариссы. Это в её родне такое случается периодически, в нашей половине это впервые. Проклятое семя, — он плюет в мою сторону, — если бы я не был тогда так молод…
Ну ладно, все проблемы отцов и детей — от непонимания. Поэтому поможем этому козлу меня вылечить и как в старом фильме: Мы рады Вам, Вы благодарны нам. А пока посмотрим, что мой родитель ещё наговорит в состоянии аффекта. А наговорил он много, причём судя по расширяющимся глазам мага, многое он предпочёл бы не знать, чтобы не огрести «многие печали». Мне тоже было интересно.
Кстати, я не один сын. У меня есть родной брат и неродной брат. И если бы была возможность, то его величество без всякого пиитета, заменил бы урода — претендента на престол, более адекватным представителем своего семейства. Вот тут и заключалось одно но. По нынешней конституции и в соответствии с традициями, за соблюдением которых свято следил дворянский совет, организация, судя по процеженным сквозь зубы словам, очень влиятельная — право наследования имел только первый отпрыск семейства и для нормального наследования, умереть он должен исключительно естественным путём.