Разбудил его шум, от которого Белов успел отвыкнуть, сперва он насторожился и даже потянулся к оружию, но быстро понял, что это всего лишь звуки посуды, стук ножа, кастрюль и сковороды. Молодая жена, не иначе, понял Белов, поскольку Лариса лежала рядом. В последний месяц её мучил токсикоз и постоянная сонливость. Поскольку уже рассвело, Белов оделся, прошёлся по комнатам, прикидывая имущество, которое без риска порчи надо закопать в ближайшее время в лесу. Об этом он решил ещё после драки с 'медведем'. Вдруг Скору придёт в голову пожечь Белова? Или самому Дрыну? Отобрав первоочередные, самые дорогие в здешнем мире вещи, по крайней мере, для Белова, он собрал несколько сумок и пластиковый чемодан. Ларису он предупредил об этом.
Завтракали все в приподнятом настроении, Третьяк снова пытался рассказывать о своих успехах, но Белов сразу остановил поток красноречия,- сегодня отдыхайте, показывай молодой жене хозяйство, а все дела завтра.
- Да я, да я,- задохнулся Третьяк.
- Отлично готовит твоя молодая жена, - похвалил Белов завтрак и пошёл прятать ценности.
Два места под закладки у него уже были присмотрены на всякий случай. Часть справочников, которые могли пригодиться в будущем, но не в ближайшие год-два, Белов запаял в полиэтиленовую плёнку и спрятал в дупле большой липы на другом берегу Бражки. Большие зеркала и толстые стёкла от серванта были закопаны в ста метрах от дома. Большую часть стеклянной посуды и статуэток Белов закопал в двух других тайниках, немного подальше. На устройство тайников ушёл почти весь световой день, а вечером он решил прихвастнуть немного перед молодой невесткой и ужинали они не при свете затопленной русской печи, как обычно с Третьяком, а при свете фонаря-генератора, который Белов не поленился полчаса покрутить.
В этот вечер Белов решил сделать подарок молодожёнам, вернее Владе. При свете фонаря он привёл обоих в туалет и показал работу унитаза. Тут же на улице показал, куда всё стекает. Поначалу выселковским жителям была непонятна цель создания такого сложного агрегата для таких простых телодвижений. Но после общения с Ларисой Влада оценила все преимущества сантехники и, с этого дня, в туалете всегда стояли два ведра с водой, а унитаз просто блестел.
Ещё больший восторг у девушки вызвали кошки и котята, появившиеся за последнюю неделю. Не прошло и недели, как Влада стала для мурок лучшим другом, баловала вкусненьким и наглаживала шёрстку большую часть свободного времени.
Наутро сильно потеплело, и выпавший снег растаял. Белов воспользовался последней оттепелью для заготовки кирпича. Выше по течению Бражки прямо по обрыву шли выходы глины, красной и белой. Кирпич Белов решил лепить и обжигать на берегу, не отвлекаясь на перевозки. Оставив Владу с Ларисой на хозяйстве, оба мужчины с бачком и лопатами отплыли на заготовку кирпича. Пока нагревалась вода на костре, накопали больше трёх кубов глины, а затем сделали шесть замесов с разным содержанием глины и песка. Сначала мешали в тазу, затем для полупромышленного производства Белов выкопал прямо в глине яму, где развёл костёр. Размешанный раствор формовали деревянными формами, которые Белов сколотил ещё накануне вечером. Уже в темноте вокруг выложенных стенок из кирпича развели костёр, уложив туда по три ствола сосны. Поджечь лес Белов не боялся, после вырубки сосенок получилась довольно приличная полянка, ветра весь день не было, да и земля кругом была сырая. Поэтому ждать результатов обжига не стали, уплыли домой, где две жену приготовили общими усилиями роскошный ужин - уха из белорыбицы, копчёный угорь, последние красные помидоры, каравай свежего хлеба.
Чтобы не отвлекаться на дальнейшие кулинарные разъяснения, Белов разыскал небольшую кулинарную книжку с цветными иллюстрациями и отдал молодожёнам. Третьяк уже довольно уверенно читал, и Белов надеялся, что Влада быстро научится чтению под руководством мужа. Благо девушка оказалась смышлёной и работящей.
Она же напомнила мужчинам, что необходима мельница для изготовления хлеба, девушка имела в виду ручную мельницу, но это был хороший повод испытать способности Третьяка. Его модель водяного колеса оказалась довольно практичной и крутилась уже два дня в соседнем ручейке. Следовало поспешить с мукой, пока закваска, которую взяла с собой Влада, не испортилась. На всякий случай Белов смолол немного ржаных зёрен на ручной кофемолке, чтобы освежить закваску и показал это Владе. С этого времени она молола зёрна каждые три дня и ставила стакан теста, ожидая появления большой мельницы.
А мужчины продолжали в спешном порядке обжигать кирпичи. После первого обжига не рассыпались два образца кирпичей с содержанием песка около 40 процентов. Поэтому весь день лепили только такие, получились почти две сотни кирпичей размером 5 на 10 на 20 сантиметров. А к вечеру уже привычно развели костёр вокруг получившегося штабеля и в глиняной яме, где замазали получившиеся трещины. Работа по заготовке кирпича пошла лучше после того, как через три дня яма стала более-менее герметичной. Замесы пошли большими партиями, и за день выходило почти четыреста кирпичей. Пользуясь плюсовой температурой, Белов привёз на лодке почти тонну глины и песка к дому, а потом удалось привезти полтысячи штук кирпича, после чего резко похолодало, и Бражка встала. Это случилось не вовремя. Белов рассчитывал ещё на неделю чистой воды.
До встречи с Окунем в устье Сивы оставалось три дня, а идти туда пешком выходило минимум два дня. Но деваться было некуда, пришлось Белову доставать охотничьи лыжи и радоваться выпавшему снегу. Идти Белов решил по реке, у самого берега, надеясь на крепость льда. К стандартному набору 'юного Робинзона' Белов добавил лыжную мазь и одноместную палатку. Утром, дав последние наставления Третьяку по хозяйству, Белов оделся теплее и встал на лыжи, неразлучный карабин висел за плечами.
Сначала дорога баловала ровным снегом, и Белов стал жалеть об отсутствии лыжных палок, которых не взял из-за возможной необходимости быстро стрелять в напавшего хищника. Места были хорошо знакомы, и Белов уже начал прикидывать, что может успеть добраться до Камы завтра к обеду. Но в слиянии Бражки с Сивой ждал неприятный сюрприз, Сива не замёрзла. Двигаться можно было по пологому берегу, но посёлок Тывай стоял на крутом, там же должен был ждать Окунь. По правому, крутому берегу идти было практически невозможно, на дорогу ушла бы неделя. Причём, на пологий левый берег надо было ещё перебраться. Два часа ушло у Белова, чтобы выбрать и срубить стоявшее в удобном месте дерево, но оно всё равно не дотянуло до левого берега. Пришлось вырубать почти десяток жердей и набрасывать на лежавшие в воде ветки, удлиняя получившийся мост. Всё равно при переправе, Белов промочил валенки и штаны почти до пояса. Плюнув на всё, Белов развёл костёр и устроил ночлег. Опасаясь сжечь валенки и штаны, Белов почти полночи не спал, проверяя просушку одежды. А утро его вознаградило добавочным слоем почти двухметрового льда, намёрзшего вдоль пологого берега.
До Камы Белов дошёл без происшествий, но только в сумерках. К счастью, лодку Окуня ещё можно было увидеть, и Белов сразу развёл костёр и стал выкрикивать Окуня. Тот его ждал, и сразу лодка переплыла к Белову. О делах партнёры переговорили на левом берегу, Окунь передал Белову 11 гривен и сообщил, что ремесленник-невольник стоит более двадцати гривен, поэтому никого не привёз, к тому же, кузнецов и медников никто не продавал. Ночевать перебрались на правый крутой берег, где Белова уже ждали все жители, а Ойдо даже стал обниматься. Ойдо повёл Белова ужинать и ночевать себе в дом, звал и Окуня, тот твёрдо отказался, сославшись на своих подручных.
Белов с интересом оглядывал вросший в землю домик Ойдо. Он практически не отличался от домов на Выселке. Те же полати, очаг из крупной гальки, оконце со слюдой и столик у окна. Освещалось помещение светильником из жира, судя по запаху - рыбьего. На полатях сидели четверо ребятишек и во все глаза смотрели на Белова. У стола хлопотала жена Ойдо. Сидеть пришлось не на табуретках, как на Выселках, а на чурбачках. Первым делом Белов выложил на стол солёные огурцы, взятые для гостинцев, тут же откусил сам, подавая пример. Ойдо начал суетиться, угощая Белова своими блюдами. Тот, не спеша, ел, выспрашивая, что из чего сделано и как называется. Завязался долгий разговор о погоде, об охоте и рыбалке.