— Это… сильно, — ответила Шивон, но по ее тону он понял, что она думает совершенно противоположное.
— Вот увидите, — добавил он напоследок и растворился в темноте.
А она снова пошла по периметру лагеря, набирая на ходу номер телефона Ребуса. Он не ответил, и она оставила ему голосовое сообщение: «Привет, это я. Я в Стерлинге, Сантал не нашла. Встретимся завтра, но если я вдруг понадоблюсь, звони».
В лагерь входила группа усталых, но возбужденных людей. Шивон захлопнула телефон и поспешно направилась в их сторону, чтобы слышать, о чем они будут говорить с вышедшими навстречу товарищами.
— Терморадар… собаки…
— Вооружены до зубов…
— Американский акцент… Наверно, морпехи… никаких эмблем…
— Вертолеты… прожектора…
— До смерти замучили…
— Засекли нас на обратном пути…
А потом пошли расспросы. Как близко они смогли подойти? Есть ли слабые места в системе оцепления? Удалось ли подойти к самому ограждению? Все ли вернулись назад?
— Мы разделились…
— Пулеметы, я почти уверен…
— Дело нешуточное…
— Разделились на десять групп по три человека… так легче прятаться…
— Это своего рода искусство…
Вопросам не было конца. Пересчитав их по головам, Шивон получила пятнадцать. Следовательно, остальные пятнадцать все еще перебираются через Очильские горы. Вслушиваясь в этот гвалт и гомон, она уловила вопрос, мучивший ее саму:
— А где Сантал?
Несколько человек покачали головами.
— После того как мы разделились, ее больше не видели.
Один из прибывших развернул карту и показал, как далеко они отошли от лагеря. У него на лбу был фонарик, и, освещая карту, он водил по ней пальцем и давал объяснения. Шивон незаметно подошла ближе.
— Это запретная зона…
— Должно же быть хоть какое-то уязвимое место…
— Мы можем взять только численным преимуществом…
— К утру нас будет тысяч десять…
— По косяку каждому из наших бесстрашных бойцов!
Дилер принялся одаривать разведчиков, они принимали его дары со смехом, в котором чувствовалось облегчение после недавнего напряжения. Шивон встала за спинами собравшихся, и вдруг кто-то сжал ее руку. Обернувшись, она увидела ту самую девушку, которая до этого отоварилась у наркодилера.
— Лучше бы лисе убраться подобру-поздорову, — прошипела она.
Шивон внимательно посмотрела на нее:
— А то что? Лицо девушки искривила недобрая улыбка:
— А то придется кое-что рассказать. Шивон ничего не ответила, вскинула на плечо
сумку и пошла прочь. Девушка помахала ей рукой. У ворот на посту стоял все тот же охранник.
— Ну как, не разоблачили? — спросил он, изобразив на лице что-то вроде ехидной ухмылки.
Возвращаясь к машине, Шивон старалась придумать, как вернуться сюда еще раз.
Ребус поступил как истинный джентльмен: вернулся на Гейфилд-сквер с сухими супами в пластиковых коробочках и рулетом с курицей «Тикка».
— Ты меня разбалуешь, — сказала Эллен Уайли, видя, что он еще и чайник включает.
— За тобой право выбора: куриный с грибами или мясной с карри?
— Куриный. — Она наблюдала, как он открывает пластиковые коробки. — Ну, как продвигается дело?
— Нашел Хэкмена.
— И что?
— Он хотел, чтобы я провел его по злачным местам.
— Тьфу ты, пакость какая.
— Я сказал ему, что не смогу быть его поводырем, за это он не сообщил мне почти ничего, кроме того, что нам уже известно.
— Или того, о чем мы и без него могли догадаться? — Она подошла к Ребусу, возившемуся с чайником. Взяла в руки одну крышечку и посмотрела срок годности: 5 июля. — Скидка пятьдесят процентов, — заключила она.
— Я знал, что это произведет на тебя впечатление. Но у меня есть еще кое-что. — Он вынул из кармана батончик «Марс» и протянул ей. — Ну, что новенького насчет Эдварда Айли?
— Все та же история: документы уже отправлены к нам, — ответила она, — но инспектор, с которым я говорила, оказался уникумом. Процитировал их мне по памяти.
— Дай догадаюсь, что он сообщил: врагов полно… у кого-то был на него зуб… официальной версии пока нет… так что и сообщить-то, по сути, нечего?
— Примерно так, — согласилась Уайли. — У меня такое впечатление, что на некоторые факты вообще не обратили внимания.
— Никакой связи между Проворным Эдди и мистером Гестом?
Она помотала головой:
— Разные места заключения, общих подельников, кажется, нет. Айли не появлялся в Ньюкасле, а ноги Геста не было ни в Карлайле, ни у автострады М-6.
— А Сирил Коллер, вероятно, не знал ни того ни другого.
— Все это снова возвращает к сайту «СкотНадзор».
Уайли наблюдала, как Ребус заливает супы кипятком. Он протянул ей ложку, и они принялись размешивать содержимое своих коробочек.
— Позвонила на Торфихен-стрит? — спросил он.
— Ну да, сказала, что тебе не хватает людей.
— Крысий Хвост наверняка намекнул, что мы работаем больше в постели.
— Ты хорошо изучил детектива Рейнольдса, — сказала она с усмешкой. — А кстати, из Инвернесса прислали фотографии.
— Вот это скорость.
Ребус смотрел, как Уайли включает компьютер, как он загружается. На экране появились фотографии размером с ноготь большого пальца, и она стала их увеличивать одну за другой.
— Похоже на Охтерардер, — заметил Ребус.
— Фотограф сделал несколько крупных планов — вспомнила Уайли и показала их ему: обрывки одежды, но вида допотопного. — Ну, что скажешь? — спросила она.
— Не вижу ничего интересного для нас, а ты?
— Я тоже, — согласилась она.
Внезапно зазвонил телефон. Она, взяв трубку, молча слушала.
— Пропусти его, — наконец произнесла она. — Парень по имени Манго, — сообщила она Ребусу. — Говорит, что ему назначена встреча.
— Да это самый желанный гость, — обрадовался Ребус, принюхиваясь к только что развернутому рулету. — Интересно, любит ли он курицу «Тикка»…
Оказалось, что обожает, и пока Ребус с Уайли рассматривали фотографии, уминал ее так, что за ушами трещало.
— Ты быстро работаешь, — похвалил Ребус.
— А что мы сейчас смотрим? — спросила Эллен Уайли.
— События пятничного вечера, — объяснил Ребус. — Ужин в замке.
— Самоубийство Бена Уэбстера?
Ребус кивнул.
— А вот и он сам! — воскликнул он, указывая на одно из лиц.
Манго оказался хозяином своего слова: он принес не только собственные снимки автомобилей с маячащими за стеклами пассажирами, но и официальные фотографии. Множество хорошо одетых улыбающихся людей, пожимающих руки другим хорошо одетым улыбающимся людям. Ребус узнал лишь некоторых: министр иностранных дел, министр обороны, Бен Уэбстер, Ричард Пеннен…
— Как ты умудрился это раздобыть? — поинтересовался Ребус.
— В газетах такого хлама навалом — политики используют любую возможность себя пропиарить.
— А ты знаешь, кто здесь кто? — спросил Ребус.
— Это уже дело редактора, — ответил фотограф, заглатывая последний кусок курицы. — Но я тут еще покопался в Интернете…
Он полез в сумку и вытащил кипу листов.
— Спасибо, — поблагодарил Ребус. — Я наверняка все это уже видел…
— А я нет, — сказала Уайли, принимая листы из рук Манго.
Ребуса больше интересовали снимки, сделанные во время ужина.
— Вот уж не думал, что и Корбин окажется здесь, — пробормотал он.
— А кто это такой? — поинтересовался Манго.
— Наш уважаемый начальник полиции.
Манго посмотрел туда, куда указывал Ребус.
— Он там недолго пробыл, — сказал он, перебирая свои фотографии. — Вот здесь, на этом снимке, он уезжает. Я как раз закруглялся…
— Примерно через сколько времени после начала мероприятия это произошло?
— Да не больше, чем через полчаса. Я там еще потоптался на случай, если кто-то опоздает.
Манго умудрился заснять Ричарда Пеннена втаком виде, в каком он никогда не представал на официальных портретах, — с разинутым ртом.
— Здесь говорится, — неожиданно объявила Эллен Уайли, — что Бен Уэбстер помогал организовывать мирные переговоры в Сьерра-Леоне. А также побывал в Ираке, Афганистане и Восточном Тиморе. — Эллен перевернула страницу. — Я и не знала, что его сестра служит в полиции.