Заркум
Слышал я - недалеко отсюда
Есть страна Аждаха-змея,
Падишах там по имени Кахкахи
Жил, волшебной палкой владея.
Она, при желании, огнем вспыхнет,
А если надо - водой разольется
Или поднимет такие ветры,
Что страшнее, чем ураганы.
Но вот, я слышал, неизвестно откуда
Какой-то егет к нему заявился,
Уралом-батыром объявился
И не то лестью, не то обманом
Похитил эту волшебную палку
И назвал себя падишахом...
С радостью весть Шульген услышал.
"Жив и здоров младший брат", - подумал.
Но вскоре зависть мутить душу стала:
"За что его счастье так одарило?
Неужели слабее моя сила?"
"Ничего, - они вместе с Заркумом решили, -
Вот обуздаем Акбузата,
Возьмем в руки меч булатный,
Тогда никто не сравнится с нами...»
Но Заркум, хотя и делился с Шульгеном
Своими помыслами и мечтами,
Черные мысли в душе лелеял:
"Нет, пока он мне доверяет,
Надо воспользоваться его силой.
А потом я убью Урала,
Палкой волшебной один завладею,
Непобедимым стать сумею...»
Вскоре они дворец увидали
И перед ним много-много
Белых птиц увидали.
Одна птица, взглянув на дорогу,
Махнула крылом своим подругам,
И птицы встревоженно разлетелись,
А та, что сигнал дала, - наблюдала.
Шульген и Заркум подошли поближе
И о Хумай-птице спросили.
"Ее дома нет", - отвечала птица,
Знак подала, и вдруг вся стая,
Крылья свои высоко вздымая,
Разом скинула птичьи шубы
И в красивых девушек обратилась.
Шульген с восторгом смотрел на красавиц
И среди них увидел такую,
Какой на земле никогда не увидишь.
Красота этой девушки жизнь вдохнула,
И мир перед ней застыл в изумленье.
А та, что знаки подругам давала,
Подошла к пришельцам и как хозяйка
Слова приветливые сказала:
"Видно, прошли вы по многим странам
И в трудных дорогах утомились,
О Хумай узнав, вы к ней явились.
Что же, прошу - во дворец войдите,
Хумай вернется - ее подождите".
Шульген и Заркум догадались,
Что Хумай не хочет пред ними открыться,
Вошли во дворец, как желанные гости,
Сели на почетное место.
Так недолго они сидели.
И весь дворец окутался дымом.
Гости сознания лишились.
Во дворце страшный шум раздался -
Земля надвое раскололась,
И Шульген с Заркумом в подземелье,
В глубокую яму полетели.
Когда очнулись - глаза застилала
Тьма и так страшно было,
Что слова вымолвить не сумели,
Начали шарить друг друга руками,
Но так нащупать и не сумели.
Хумай за пришельцами наблюдала
И, когда Заркум превратился в змея,
Велела девушкам затопить яму
Холодной водой бурлящей.
Заркум опять заметался в страхе
И из змея в кушул превратился,
Теряя свои последние силы,
Водяною крысою плавал...
А Хумай подошла к Шульгену
И, говорят, так сказала:
Хумай
Когда ты летел в пропасть,
Сердце твое зашлось ли от страха?
То время, когда вы меня поймали
И нож точили и ноги связали,
Может быть, ты сейчас вспомнил?
За страх свой тебе отплачу страхом.
А сердце твое, живых губившее,
А сердце твое, злобой заплывшее,
Пусть от недоброго жира оттает
И от всего плохого очистится.
Пусть в тебе родится душа,
Любить способная.
Так сказала Хумай-птица
И во дворец к себе удалилась.
Вошла к ней девушка и рассказала -
Пришел незнакомец...
Хумай взглянула -
Узнала Урала,
А Урал не мог и подумать,
Что перед ним спасенная птица.
А голос ее серебристый
Давно знакомым Уралу казался.
Знаком Хумай войти пригласила,
И Урал вошел, спросил о здоровье.
Хумай, к Уралу обращаясь,
Такие слова тогда сказала:
Хумай
Егет мой, по лицу, по твоей одежде
Вижу - пришел ты издалека...
Расскажи о себе, о своем крае,
Где ты был, что видел в дороге.
Ты не станешь таиться - я знаю.
Если окажется в моих силах,
То помощницей тебе стану.
Урал
Хоть я и молод еще годами,
Известно мне о пяти странах:
В одной рожден, а две увидел,
Когда странствовал по свету.
А две последних - хочу увидеть.
И вот что странно:
В тех дальних странах -
Куда пи придешь, кого ни увидишь -
Один себя главою считает,
Другой перед ним спину сгибает,
Сильный слабого пожирает,
Сколько хочет - кровь проливает...
И еще я знаю, -
Есть сила такая -
Невидима глазу,
Никто ни разу
Ее, говорят, нигде не видел.
Злая Смерть - вот ее имя.
С ней-то задумал свести я счеты,
Людей от нее навсегда избавить.
Еще в детстве попала мне в руки
Лебедь и рассказала,
Что в ее стране есть средство,
Чтобы людей от смерти избавить.
Но что за средство такое - не знаю...