Мы предостерегаем студентов и от голого копирования.
На капустниках, домашних вечерах встречаются лица, очень удачно показывающие кого-либо из знакомых. Да и на эстраде сейчас немало актеров, с успехом показывающих Утесова^ Райки-на, Шульженко и др. Чаще всего это внешнее копирование. Такие люди обычно не стремятся постигнуть внутреннюю сущность человека.
«Ваша ошибка в том, что вы идете по линии наименьшего сопротивления, т. е. от простого внешнего копирования. Но копия – это не творчество. Это плохой путь… Важно то, чтобы при этом чувствовалось, что я не просто по-актерски наигрываю и передразниваю» 2, - пешет
К.С. Станиславский.
Почти всегда в начале работы студенты допускают ошибку, показывая людей «уникальных». Это понятно: такие люди скорее бросаются в глаза. Но надо увлечь студентов наблюдениями за
1. Станиславский. С. Стенограмма занятий со студийцами 5 апреля 1937г,
2 Станиславский К. С. Собр. соч., т. 3. М., 1955, с. 217, 218.
Стр.42
«обычными» людьми, умением находить интересное в обычном. Это делать труднее, но необходимо. Понятие «обычный человек» не исключает, а наоборот, подразумевает индивидуальность человека. Она может быть и не столь внешне яркой, но она всегда есть, ее только надо уметь увидеть, подсмотреть.
Заинтересованность процессом наблюдения не всегда приходит сразу, на первых же занятиях. Мы воспитываем в студентах, особенно в тех, которым эти упражнения трудно даются, способность заинтересовать себя ими. Но как это сделать? Педагог должен найти сотни поводов доказать, что обычное — необычно.
Обычная с виду женщина вошла в троллейбус. «Ну и что?» — скажут студенты. Прежде всего заставим их быть внимательными. Дадим задание рассмотреть эту женщину и затем включить свою фантазию, мысленно задав себе вопросы о ее жизни, ее характере и привычках. Надо ответить, например, как эта женщина ведет себя дома, как она убирает квартиру. Она хорошо и аккуратно одета, с маникюром. Опираясь на это, фантазия наблюдающих может ответить на .поставленные вопросы. Студенты представят себе, как, надев фартук, эта женщина тщательно и аккуратно выметает сор, как она потом так же тщательно щеткой моет руки. Так, постепенно, они увлекут себя и свое видение.
Каждый выход актера на сцену, студента на ученическую площадку требует волевого усилия. При занятиях на наблюдения также требуется волевой акт. Но если этюды «от себя» понятны и естественны для студентов, то прыжок в неизведанное труден. Тут педагогам нужно быть особенно внимательными и осторожными, чтобы не отбить охоту у студентов к этим упражнениям.
Однажды на занятиях, мы никак не могли увлечь работой одну студентку. Настороженно и недоверчиво выходила она на сцену. Ее первый показ старухи был неудачен. Мы не торопили ее. Несколько уроков она сидела, как бы собираясь с силами. Но вот она показала модно одетую, молодящуюся женщину. Было схвачено что-то очень точное. Высокие каблуки сделали ее выше, чуть покачивающаяся походка, размеренный ритм и—:взгляд. В нем чувствовалось превосходство и страстное желание, чтобы на нее обратили внимание... Это была пусть маленькая, но победа. Студентка прикоснулась к актерскому счастью: хоть на секунду, но стать другой. Его знают все актеры. Это — счастье творчества.
Чтобы заинтересовать студентов наблюдениями, педагоги прибегают к самым разнообразным упражнениям. Мы опишем некоторые из них. Названия даны условно. Список упражнений можно было бы расширить, но мы ограничимся следующими: «Устные рассказы», «Звери», «Пожилые люди».
«Устные рассказы». «Устные рассказы» позволяют раскрыть наиболее интересное в материале и перевести зарисовку от объективистского эскиза к главному— :к эмоциональному выявлению сути того или иного кусочка жизни.
Путем вопросов мы заставляем студентов рассказать
Стр. 43
о каком-либо заинтересовавшем их человеке. При этом мы стараемся довести студента до такого внутреннего накала, желания передать увиденное, когда он уже не просто, а страстнохочет это сделать. Да, именно страстно, так как степень желания незаметно для самого студента переводит устный рассказ в показ заинтересовавшего его человека. Увлеченность распаляет фантазию, и не беда, если студент начнет рассказывать уже не только то, что он действительно видел, но и то, что дополнила его фантазия.
Студентка Маша Р. однажды ездила вместе с врачами на машине скорой помощи. Она рассказывала нам о своих наблюдениях во время этого путешествия. Рассказ ее был настолько заразителен, что слушатели сами начинали видеть все и всех, о ком она рассказывала. И вот она уже встает и, рассказывая, начинает показывать двух пенсионеров, мужа и жену, к которым они приехали по вызову. Показывает, как пожилая женщина ухаживает за больным мужем: Маша двигается по классу, устраивая «своего мужа», достает стакан и пузырек, капает лекарство. Рассказ толкнул ее к действию, а действие — к правильному внутреннему самочувствию, к вере в правду происходящего. В результате был показан хороший эскиз к будущему образу.
А вот другой пример: студент Юра Б., самолюбивый, со сложным характером, редко выходил на сцену. До училища он занимался в художественном техникуме, знал многих художников и очень интересно о них рассказывал. И вот однажды, когда педагог вызвал его на разговор, Юра так увлекся, что сам не заметил, как стал показывать самых разных художников: как они держатся у мольберта, ходят, смотрят. Это были живые и острые наброски будущих характеров. Рассказывал он много и хорошо, но показа,/! все же скупо. Педагог не настаивал. Прошло несколько дней — Юра сам вышел на сцену и, стесняясь, но уже более точно и разнообразно показал свои наблюдения.
Рая Н. показала подсмотренную ею походку. Походка в показе оказалась неорганичной, искусственной. Педагог предложил девушке, не прерывая движения, рассказать о виденном ею человеке. Рассказывая, увлекаясь, она показала характерную манеру речи этой женщины. Постепенно походка ее стала более правдивой и органичной. Затем Рая показала, как эта женщина на улице подбегает к месту какого-то происшествия. Далее, фантазируя, показала, как эта женщина покупает что-то в магазине. К концу эскиза оказалось, что что-то изменилось и во внутреннем самочувствии студентки. Она начала превращаться в другую женщину, с другим душевным миром.
Таким образом, рассказ может стать очень активной действенной силой, раскрепостив эмоции актера и взбудоражив его воображение.
«Звери». Необычайно велика, на мой взгляд, роль такого упражнения на наблюдения, как «Звери», так как это упражнение не только дает возможность расширить сферу наблюдаемой
Стр. 44
действительности, но и сразу же включает студента в игру. Не случайно «зверей» показывают во всех театральных школах. Такой показ освобождает студентов от скованности, он увлекателен, ярок, пластичен.
Дети любят играть в зверей. Почти во всех сказках есть звери, действующие как люди. Некоторые звери стали символами: еж - мудрости, лиса — хитрости, лев — благородства, шакал—предательства, заяц — трусости, волк — злости и т. д. Еще совсем маленькими мы все ходили в кукольные театры и смотрели на зверей, которые действовали как люди.
Недавно у меня произошел такой разговор с пятилетним малышом: «Дима, как живешь?» —«Я не Дима, я —кабан». И полез под стол. Да, начиная с раннего детства, люди стремятся к своеобразному отходу от себя, испытывают желание быть другими.
Психологизируя поведение зверей, мы можем создать интересные, яркие юмористические и сатирические человеческие характеры. В театральных училищах на показах студенты не просто копируют тех или иных животных — они стараются проникнуть в их «характер» и увидеть связь его с человеческим. Возникает образ «зверя-человека» (или «человека-зверя»), И уже в самой этой комбинации кроется юмор, ирония. Студент в этих упражнениях ощущает, что это не он сам на сцене. Очень благотворно действуют такие упражнения на зажатых физически и нравственно студентов, давая им ни с чем не сравнимую свободу. «Закрывшись» образом того или иного зверя, студент может настолько свободно себя вести, что только диву даешься, откуда к нему пришла эта органичность и смелость. Важно только следить, чтобы студенты не сводили все к копированию привычек животных, а стремились к раскрытию внутренней характерности.