Аддай надел парик и церковные одеяния. В руки он взял молитвенник. Нужный ему человек должен был прийти в семь, так что оставалось еще полчаса. Аддай предпочел бы явиться сюда точно в назначенное время, однако ему пришлось больше двух часов бродить по окрестным улицам, чтобы проверить, не следят ли за ним.
Сидя в исповедальне, он думал о Гунере. Было заметно, что Гунер нервничает и испытывает неловкость как перед ним, Аддаем, так и перед собой. Ему, видимо, все это уже порядком надоело, как надоело и ему, Аддаю.
Никто не знал, что он находится в Милане, даже Гунер. Пастырь Баккалбаси получил от Аддая распоряжение провести операцию, целью которой было прикончить Мендибжа. Однако и он, Аддай, также собирался кое-что предпринять, о чем не знал никто из его людей. Человек, которого он ждал, был наемным убийцей. Не просто убийцей, а профессионалом, работавшим в одиночку и не разу не опростоволосившимся. По крайней мере, до сего момента.
Аддай узнал об этом наемном убийце от одного человека из Урфы, принадлежавшего к их Общине и несколько лет назад приходившего к нему просить о прощении грехов. Этот человек эмигрировал в Германию, а оттуда — в США. Ему, по его словам, не удалось найти нормальную работу, и кривая судьбы постепенно привела к тому, что он стал довольно преуспевающим наркоторговцем, наводнившим героином улицы Европы. Да, он грешил, но при этом всегда оставался преданным Общине. Возвратиться в Урфу его заставила тяжкая болезнь. Жить ему оставалось недолго, ибо диагноз врачей был однозначным: у него была раковая опухоль, расползавшаяся по его внутренним органам. Теперь уже не помогли бы никакие операции. Именно поэтому он решил вернуться в свой дом — дом, где он провел детство, — и попросить о прощении грехов у пастыря, а заодно сделать существенный взнос в казну Общины, желая помочь укрепить ее могущество. Богатеи всегда думали, что путевку в рай можно купить за деньги.
Этот человек хотел поучаствовать в той священной миссии, которая была возложена на Общину, но Аддай отверг его помощь. Нельзя было допускать грешного человека, пусть даже и члена их Общины, к участию в исполнении этой священной миссии, хотя Аддаю, как пастырю, и надлежало утешить этого человека в последние дни его жизни.
Однажды во время одной из их бесед, являвшихся своего рода исповедью, этот человек передал Аддаю листок бумаги с номером почтового ящика в Роттердаме, сказав при этом, что, если ему, Аддаю, когда-нибудь потребуется, чтобы кто-то выполнил для него очень трудную, практически невыполнимую работу, ему следует отправить запрос на адрес этого почтового ящика. Теперь Аддай так и поступил. Он направил на адрес этого почтового ящика конверт с листком бумаги, на котором написал номер мобильного телефона, купленного им по приезде во Франкфурт. Через два дня ему позвонил неизвестный. Аддай уже продумал, где они смогут встретиться, о чем и сообщил ему. И вот Аддай сидел здесь, в исповедальне, дожидаясь прихода наемного убийцы.
— Хвала Пречистой Деве Марии.
Раздавшийся голос заставил Аддая вздрогнуть. Он не заметил, что кто-то уже зашел в исповедальню.
— В ее непорочном зачатии.
— Вам следовало быть осторожнее. Вы потеряли бдительность.
— Мне нужно, чтобы вы убили одного человека.
— Это то, чем я занимаюсь. Вы принесли информацию о нем?
— Нет. У меня нет ни информации, ни фотографий. Вам нужно будет разыскать его самому.
— Это увеличивает плату за работу.
В течение примерно пятнадцати минут Аддай объяснял наемному убийце, что от него требуется. Затем тот поднялся и исчез в полумраке церкви.
Аддай вышел из исповедальни и направился к одному из сидений, стоявшему поближе к алтарю. Присев, он закрыл лицо руками и заплакал.
Баккалбаси сел на край дивана. В этом доме в Берлине он был в безопасности: Община еще никогда не использовала этот дом. Ахмед сказал ему, что этот дом принадлежит подруге его сына, уехавшей в отпуск на острова в Карибском море. Девушка оставила ключ, чтобы сын Ахмеда время от времени кормил и поил оставшегося в доме кота.
Ангорский кот встретил незнакомца мяуканьем. Баккалбаси не любил котов, у него была на них аллергия, а потому он тотчас же начал кашлять и почувствовал зуд во всем теле. Но он решил терпеть. Нужные ему люди вот-вот должны были приехать.
Этих людей он знал с детства. Трое из них были родом из Урфы и принадлежали к их Общине, но работали в Германии. Двое других приехали из самой Урфы, причем каждый своим маршрутом. Все они были преданными членами Общины, готовыми при необходимости пожертвовать ради нее своими жизнями, как это уже делали их единомышленники и родственники в прошлом.
Их сильно угнетала возложенная на них задача — убить одного из их собратьев. Однако пастырь Баккалбаси уверил их, что, если они этого не сделают, тайна существования Общины будет раскрыта, а потому другого выхода просто не было.
Пастырь Баккалбаси также объяснил им, что дядя отца Мендибжа вызвался нанести этому юноше смертельный удар ножом. Его предложение было принято, однако необходимо было кое-что предпринять, чтобы все прошло удачно. Им нужно было организовать слежку за Мендибжем с того самого момента, как он выйдет на свободу, а еще нужно было выяснить, не использует ли его полиция, чтобы добраться до Общины.
Они могли рассчитывать на помощь членов Общины, живущих в Турине, однако не должны были при этом слишком рисковать, чтобы ни в коем случае не раскрыть себя. Их задачей было лишь следить за этим юношей, не более того. Однако если бы кому-нибудь из них вдруг представился удобный случай убить Мендибжа, то следовало воспользоваться этим случаем без тени сомнения и убить его, хотя честь сделать это, как сказал Баккалбаси, уже была предоставлена родственнику этого парня.
Каждый из этих людей должен был добраться до Турина таким способом, каким захочет, но предпочтительно на автомобиле. Отсутствие границ между странами, входящими в Европейский Союз, позволяло переезжать из одной страны в другую, не оставляя никаких следов. По приезде они должны были отправиться на Мемориальное кладбище Турина и найти там могилу под номером 117. Там нужно было взять маленький ключ, спрятанный в подставке для цветочного горшка, стоящего рядом с входной дверью в склеп. Это был ключ от двери в склеп.
Войдя в склеп, нужно было привести в действие тайный механизм, открывающий доступ к потайной лестнице, скрытой под одним из саркофагов, и, пройдя по подземным туннелям, ведущим к собору, добраться до самого жилища Тур гута. Подземелье должно было стать их пристанищем на все время пребывания в Турине. Они не должны были останавливаться в какой-либо гостинице и, следовательно, сообщать там свои данные: им необходимо было остаться невидимками. На это кладбище редко кто-то приходил, хотя иногда сюда и забредали любопытные туристы — посмотреть на надгробные памятники в стиле барокко. Смотритель кладбища был членом Общины. Это был старик, сын эмигранта из Урфы и итальянки, такой же хороший христианин, как и все они, всецело преданный Общине.
Старый Тургут при помощи Исмета подготовил для них подземное помещение. Там их никто не мог найти, потому что никто не знал о существовании туннеля, начинающегося под могилой на кладбище и заканчивающегося у самого собора. Этот потайной туннель не был обозначен ни на одном плане. Именно в этом туннеле они должны были спрятать труп Мендибжа. Их немому собрату предстояло обрести покой в Турине. Вечный покой.
47
— Вам все понятно? — спросил Марко.
— Да, Марко, — почти в один голос ответили Минерва, София и Джузеппе. Антонино и Пьетро кивнули.
Было семь часов утра, а потому у них были заспанные лица. В девять немого должны были выпустить на свободу.
Марко самым тщательным образом разработал механизм слежки за Мендибжем. Им должна была помогать группа карабинеров и ребята из Интерпола. Однако больше всего руководитель Департамента произведений искусства рассчитывал на своих людей, особенно на ядро своей команды.