Я уставился на нее, прекрасно зная, какую розу она имела в виду.
Утро пролетело быстро, и не смотря на то, что к другим предметам я заранее не готовился, мне удалось не выглядеть полным идиотом. И я позволял Линди быть умнее меня, тем более, что это было совсем не сложно.
В половину первого Уилл спросил, присоединится ли к нам Линди на ланче.
Я был рад, что ее спросил Уилл. Я затаил дыхание, думаю, мы оба с ним замерли.
— Вроде как в школьной столовой? — сказала Линди. — Да, было бы неплохо.
Если кто-то подумал, что я не предупредил Магду о ланче, он ошибается. Ее я тоже поднял в шесть утра, правда она была приветливее, чем Уилл. Мы обсудили с ней возможное меню, исключив супы, салаты и прочие блюда, которые я мог пролить из-за своих неловких когтистых рук. Я ненавидел, что, будучи превращенным в зверя, я был вынужден есть, как зверь. Но к счастью, все обошлось, и позже мы вновь продолжили занятия.
Той ночью я лежал в кровати, вспоминая момент, когда ее рука коснулась моей. Хотелось бы знать, каково это, почувствовать ее не случайное прикосновение или самому коснуться ее.
Мистер Андерсон: Спасибо, что пришли. На этой неделе мы поговорим о трансформации и еде.
Чудовище Нью-Йорка: Я бы хотел поговорить про эту девушку. У меня есть девушка. Мы друзья, но я думаю, мы сможем быть больше, чем просто друзья.
Медведь присоединяется к чату.
Лягушонок: Првет Медвед
Медведь: У меня хорошие новости! Я человек! Я больше не медведь.
Чудовище Нью-Йорка: Человек?
Лягушонок: Пздравляю
Чудовище Нью-Йорка: *страшно завидует Медведю*
Медведь: Та девушка, Беляночка, она пошла за мной в лес, когда они переезжали в свой летний домик. Она заметила этого злобного карлика, который заколдовал меня, и помогла мне его убить.
Лягушонок: Вы убли крлика?
Медведь: ЗЛОГО карлика.
Лягушонок: все ж
Медведь: Я убил его, как медведь, так что это не преступление.
Молчунья присоединяется к чату.
Молчунья: Боюсь, у меня плохие новости.
Лягушонок: Медвдь снова чловк! (Медведь снова человек)
Молчунья: Великолепно! Но боюсь, со мной такого не случится.
Чудовище Нью-Йорка: Что случилось, Молчунья?
Молчунья: Я думала, все действительно хорошо. Он сказал, что я напоминаю ему девушку, которая его спасла (это была я). И не смотря на то, что его родители хотели, чтобы он встретился с другой девушкой, у которой богатые родители, он сказал, что останется со мной.
Медведь: Это здорово, Молчунья. Я думаю, все получится.
Чудовище Нью-Йорка: Ага, она ему не нужна.
Молчунья: В том-то и проблема. Нужна. Его родители сказали: «Ну, по крайней мере, ОНА может говорить» и отправили его на свидание вслепую. И можете поверить, теперь он думает, что она ТА, которая спасла его жизнь. А так как я не могу говорить, я не могу все объяснить ему.
Мистер Андерсон: Мне так жаль, Молчунья.
Молчунья: Я видела, как они целуются. Он с ней. Я проиграла.
Чудовище Нью-Йорка: #@*ь!!!
Чудовище Нью-Йорка: Простите. А есть ли другой способ избавиться от заклятия, Молчунья?
Молчунья: Мои сестры пытались уговорить Морскую ведьму снять с меня проклятие. Они отдали ей свои волосы и все, что у них было, но она сказала, что единственный способ снять заклятие — убить его.
Лягушонок: Ты собрашся сдлать эт?
Чудовище Нью-Йорка: Попроси Медведя помочь тебе. Он и его девушка убили карлика.
Медведь: Это не смешно, Чудовище.
Чудовище Нью-Йорка: Прости, Медведь. Я саркастичен, когда расстроен.
Молчунья: Я понимаю, Чудовище. Вы все были очень хорошими друзьями.
Лягушонок: Были? Эт знчит, чт ты не сбирашься длать этго?
Молчунья: Я не могу, Лягушонок. Я не могу убить его. Я слишком сильно его люблю. Это была моя ошибка.
Чудовище Нью-Йорка: Так, хочу уточнить — ты станешь морской пеной?
Молчунья: Мне сказали, что если я проживу, будучи морской пеной, триста лет, я попаду на небеса.
Лягушонок: 300 лет! Эт — ничто!
Медведь: Лягушонок прав. Тебе будет казаться, словно прошел день или два. Вот увидишь.
Молчунья: Я думаю, мне пора. Спасибо за все. Пока.
Молчунья покинула чат.
Чудовище Нью-Йорка: Не могу поверить.
Лягушонок: Яяя тож
Медведь: *не хочет больше разговаривать сегодня*
Мистер Андерсон: Думаю, стоит отложить разговор до следующего раза.
Глава 5
Время идёт. Осень и зима
На улице уже начали опадать листья, а в доме все оставалось без изменений. Все, за исключением меня и Линди. Мы изменились. Стали учиться вместе. И я убедился в том, что Линди очень умна, а я — вызывающе глуп. Мне уже не казалось, что она ненавидит меня. Наверное. Возможно, я даже стал ей нравиться.
Как-то ночью началась гроза, ужасная, с молнией, разрезающей небо, и громом, который, казалось, подбирался все ближе и ближе. Вокруг все грохотало, моя кровать задрожала и… я проснулся. Поплелся в гостиную и обнаружил, что я не один.
— Адриан!
В темноте на диване сидела Линди. Она отодвинулась от окна как можно дальше и наблюдала за сверкающим небом.
— Я напугалась. Такое ощущение, будто где-то стреляют.
— Стреляют, — мне стало любопытно, не доводилось ли ей слышать ночные перестрелки там, где она жила.
— Это всего лишь гром, и к тому же дом этот очень старый и крепкий. Ты в безопасности.
И тут же я осознал, как глупо было говорить о безопасности, если здесь она пленница. Но она сказала: — Не везде, где я жила, было безопасно.
— Я заметил, что ты села подальше от окна.
— Тебе это кажется глупым.
— Нет. Разве я сам сейчас не здесь? Грохот разбудил меня, и я решил приготовить попкорн и посмотреть что-нибудь по телевизору. Не хочешь со мной? — я устремился на кухню, стараясь двигаться осторожно, чтобы не напугать ее своей близостью.
С того дня в розовом саду мы впервые остались наедине. Кто-то постоянно был рядом: Уилл — на учебе, Магда — за обедом. И вот теперь, оставшись с ней один-на-один, пока все спали, мне захотелось, чтобы она поняла, что может доверять мне. Только бы ничего не испортить.
— Да, пожалуйста. Тогда, может быть, сделаешь две порции? Я очень люблю попкорн.
— Конечно, — я вошел на кухню и достал упаковку кукурузы, которую нужно было готовить в микроволновке.
Линди просматривала каналы и остановилась на старом фильме «Принцесса Невеста».
— Вот этот неплох, — сказал я, когда попкорн начал лопаться.
— Я его не смотрела.
— Думаю, тебе понравится. Этот фильм подходит каждому. Здесь есть и сражения на мечах — для меня, и принцессы — для тебя.
Первая упаковка перестала щелкать, и я вынул ее.
— Прости, наверное, я кажусь тебе женоненавистником.
— Все нормально. Я же девочка. А все девочки в какой-то степени считают себя принцессами. И неважно, как сильно их жизнь напоминает королевскую. И мне по душе идея «жить долго и счастливо».
Она остановилась на этом канале. Я наблюдал за тем, как второй пакет доходит до готовности и решал, что мне с ними делать: положить попкорн в чашки, как это делала Магда, или оставить в пакетах. В конце концов, я спросил: — Мне переложить попкорн в чашку?
Хотя я даже не знал, где у Магды чашки. Какая жалость!
— О, да не стоит усложнять.
— Никаких сложностей, — вытащив второй пакет, я открыл оба и вернулся в гостиную.
Скорее всего, она попросит себе отдельную порцию, чтобы наши руки не соприкасались. Я ее не виню. Сев в полуметре от нее, я следил за развитием событий на экране. Шел эпизод, в котором пират Уэстли вызвал киллера Виззини на интеллектуальную дуэль.