Мы поднялись на пятый этаж. Я очень давно здесь не был. Теперь, стоя здесь с Линди, я вспомнил все одинокие дни, которые я проводил в этом комнате, сидя на диване, и день, когда мы были тут вместе, тоже. Это поразительно, если жизнь дает тебе второй шанс. Я открыл окно и вылез на крышу. Затем протянул руку Линди.
Крыша была плоской с выступом по краям, так что мы спокойно могли по ней ходить. Восходило солнце. Нью-Йорк на рассвете — одно из красивейших мест в мире. Люди придают большое значение горизонту, но ничего не сравнится с видом розового солнца, просачивающегося между зданий, особенно когда ты держишь за руку девушку, которую любишь.
Я поцеловал ее руку.
— Смотри. Разве это не самое невероятное зрелище?
Но Линди смотрела не на восход солнца и не на меня. Вместо этого она смотрела в сторону. Я проследил за её взглядом и понял.
Кендра была здесь.
Я увидел её впервые со времени наложения заклятья. Она была красива, как в тот день, ее волосы — пурпурные, зеленые, черные — развевались вокруг лица, на ней была черная накидка. А за её спиной расположилась стая ворон, рассредоточившись по всей крыше: черных, зеленых, и пурпурных в лучах восходящего солнца.
— Кайл, отлично выглядишь.
— Адриан. Я предпочитаю — Адриан.
— Вообще-то я тоже. Тебе подходит, — она шагнула к Линди. Или, скорее, подплыла. Это выглядело так, будто она летела. — И Линди, мы не встречались, но я — Кендра.
— Кендра, та… — я рассказал Линди все детали относительно Кендры этой ночью, когда мы сидели в ожидании в полицейском участке.
— Можешь сказать это, — ответила Кендра. — Ведьма. Я знаю, кто я. Кое-кто мог бы назвать меня злой ведьмой. Только я в ответе за заклятие, наложенное на Адриана.
— И ты гордишься этим?
— Немного. Он стал лучше, чем был.
Линди не выглядела столь уверенной в этом, но я кивнул, зная, что это правда.
— Но я признаю, что мои прежние заклятия не были такими успешными. В юности я была склонна к импульсивности — сначала превращала кого-то в лягушку, а потом задавала вопросы. Другие ведьмы вышли на меня и сказали, что используя свою силу слишком явно, я могу привлечь внимание охотников на ведьм, и вызвать новую волну охоты на нас, такую же большую, как в Салеме. В наказание меня отправили в Нью-Йорк работать прислугой. Мне было сказано, что я вообще не должна пользоваться своей силой.
— Но ты воспользовалась, — догадался я.
Она кивнула. — Воспользовалась, потому что меня поместили в дом, где жил подросток, такой ужасный и бесчувственный, что я решила, что должна преподать ему урок. Я наложила заклятие.
— Ну да, спасибо.
Линди, стоявшая рядом со мной, сжала мою руку.
— Другие ведьмы были потрясены. Я наложила заклятие — мощное, очевидное заклятие, которое могло закончиться инцидентом вроде… ну, скажем, зверя, ворвавшегося в Нью-Йоркский метрополитен. Они были чрезвычайно озабочены тем, что в качестве жертвы я выбрала сына известного человека из новостной передачи.
— Ага, не повезло тебе.
Кендра закатила глаза.
— Поэтому они сказали, что я должна буду остаться с ним навсегда, в качестве той же семейной прислуги.
— Магда? — до меня дошло. — Так Магда нереальна?
— Она реальна, — взмахнув рукой, Кендра преобразилась. Теперь она была Магдой. — Она — это я, а я — это она.
— Вау, — сказал я. — Это… я думал, ты… я считал, что Магда — мой друг.
— Так и есть, любовь моя, — сказала Кендра, теперь — Магда. — Я заботилась о тебе с самого первого дня и хотела, чтобы ты был счастлив. Я видела твою печаль, которая не давала тебе разглядеть истинную красоту жизни. Вот почему я сделала то, что сделала.
— А что насчет Уилла? Он тоже колдун?
Магда покачала головой.
— Нет. Я знала, что Уилл будет добр к тебе, и будет учить тебя всему, что необходимо. И я, простая прислуга, посоветовала твоему отцу найти слепого студента, чтобы тот учил тебя. Уиллу нужна была работа, а теперь, благодаря твоему бескорыстному желанию, к нему вернулось зрение.
— Но у этого желания была и другая часть. Я хотел, чтобы ты… чтобы Магда смогла воссоединиться со своей семьей.
— И это произошло — в полночь, прошлой ночью.
— Не понял.
— Желаю вам удачи, Адриан, — она положила руки на плечи мне и Линди, и я почувствовал электрический разряд, как будто случайно влез пальцем между электрическим штепселем и розеткой. Я подумал, что она наложила заклятие на нас обоих. Я посмотрел на Линди, не превратилась ли она в гиену или вроде того, но она выглядела нормально.
— Удачи? — переспросил я.
— Не то, что бы вы нуждались в этом. Вы заслужили свою любовь намного больше, чем большинство пар вашего возраста. В отличие от большинства, вы на самом деле знаете друг друга и заботитесь друг о друге. Когда ты позволил Линди уйти и вернуться к своему отцу, я знала, что это сработает.
— Хотелось бы, чтобы ты меня об этом проинформировала.
Она проигнорировала меня.
— И теперь, благодаря твоему желанию для Магды, я воссоединилась со своей семьей.
— Что ты имеешь в виду?
— Больше не могу говорить. Они ждут.
Она взмахнула рукой и исчезла. Во всяком случае, я так подумал. Но Линди указала вниз, и когда я туда посмотрел, увидел ворону, сидящую на том месте, где стояла Магда. Это была красивая ворона, крупная и блестящая, с черными крыльями, отливающими пурпурным и зелёным цветами в лучах восходящего солнца. Она поскакала и присоединилась к остальным, и они все — как одна — взмыли над нашими головами и полетели на восток, навстречу свету дня.
— Ого, — сказала Линди, когда они скрылись из вида. — Не повезло.
— Что такое?
— Я вежливо ждала, пока она договорит. Но если бы я знала, что эта милая леди собирается превратиться в ворону, я бы поспешила попросить ее исполнить мое желание.
— Какое желание?
— Ну, я, конечно, действительно счастлива оттого, что мы вместе. Но я любила тебя таким, каким ты был. Раньше. Я думала, что Кайл Кингсбери милый и вообще, но Адриан стал тем, в кого я влюбилась. Я не видела в тебе чудовища, во всяком случае, с определенного времени. Я смотрела на тебя просто как на необычного. Особенного. Думаю, я полюбила тебя почти сразу. Просто я этого не знала.
— Так ты хочешь, чтобы я был зверем?
Она пожала плечами.
— Думаю, это не совсем практично, ведь так? В смысле, ходить в кино и обниматься проще, если твой парень… ммм, не персонаж выпуска новостей.
— И в колледж тоже проще поступить.
— Согласна.
— Так в чем проблема? — спросил я. — Я тот же, и не важно, как я выгляжу.
— Наверное. Но я вроде как подумала, может, она бы могла внести в твою внешность пару изменений, раз уж она ведьма.
— Например?
— В принципе, ты высокий блондин с идеальной внешностью…
— Насчет идеальности не знаю.
— Десять из десяти пустых девочек средней школы при опросе согласились бы, что ты идеален.
Я подумал о Слоан.
— Хорошо, давай примем мою идеальность как данность. И?
— Вот почему я хотела внести изменения.
— Например, какие? Ты сказала, что я идеален.
— Ох, ну я не знаю. Бугор на носу, или, может, бородавку. Лишних двадцать фунтов на животе, или большой прыщ на лбу.
— Понятно, — я взял Линди за руку. — Но почему ты этого хочешь?
— Потому что ты совершенен. А я… в общем… нет. Парни, которые выглядят безупречно, как правило, не встречаются, ну ты знаешь, с обычными девушками. Может, Адриан и любил меня, но останется ли со мной Кайл Кингсбери, или он может найти кого-то получше?
— Получше? — я отпустил ее руку и обнял. — Линди, ты любила меня, когда я даже не был человеком. Ты поцеловала меня, когда у меня не было губ. Ты видела то, что находилось глубоко внутри меня, когда я сам не был в себе уверен. Верь мне, я не смогу найти кого-то лучшего. Я думаю, ты совершенна.
— О, ну раз ТЫ так говоришь, — но она улыбалась.
— Говорю. Я мог бы выглядеть так, как ты хотела. Но неужели ты думаешь, что такое происходит с каждым — превратиться в зверя, а затем измениться обратно, благодаря истинной любви? Большинство людей даже не верят, что такое может произойти, но это произошло с нами. Магия. Всю нашу оставшуюся жизнь мы будем ходить в школу, работать, есть завтрак и смотреть телевизор, но мы будем знать, что в мире есть магия, пусть даже мы ее и не видим. Не сомневайся, это «долго и счастливо», истинная любовь, как в волшебной сказке.