В распоряжении Недича находилась сформированная для охраны нового порядка Сербская государственная («державна») стража (СДС) и жандармерия. К концу 1941 года был сформирован Сербский добровольческий корпус (СДК). В его состав вошли главным образом молодые люди из общественно-политического движения «Збор». Движение возглавлял Дмитрий Льотич, который был министром в довоенном югославском правительстве, а теперь вошел в правительство генерала Недича. Участники «Збора» были сторонниками монархии и противниками любых сепаратистских течений. Но в сложившихся условиях они считали главной задачей борьбу с коммунистическим партизанским движением на территории Сербии. Они исходили из того, что Германия рано или поздно окажется вынужденной оставить Югославию. И нельзя допустить, чтобы к этому моменту коммунисты представляли собой серьезную политическую силу. Таким образом, активисты «Збора» сочли возможным пойти на сотрудничество с немцами и в составе СДК участвовать в борьбе с коммунистическим партизанским движением.
Борьбу против нацистской оккупации Югославии вели два движения. Одно возглавлял полковник Генерального штаба югославской армии Драголюб (Дража) Михайлович, другое — коммунист Иосип Броз Тито. Михайлович возглавлял движение четников (от слова «чета» — рота), преследовавших цель восстановить в Югославии власть короля. В большинстве своем это были избежавшие немецкого плена офицеры югославской армии. Они считали себя последователями сербских патриотов, ведших борьбу за освобождение Сербии от турецкого владычества. Конечная цель четников и зборовцев была одинаковой. Но они шли к ней разными путями. Имея намерение бить врагов поодиночке, каждое движение стремилось начать с того, кого считало более опасным: четники — немцев, зборовцы — коммунистов.
Тито руководил партизанами-коммунистами, ряды которых пополняли в основном рабочие заводов и беженцы, спасавшиеся от геноцида сербского населения в Хорватии. Они стремились не только освободить страну от гитлеровской оккупации, но и не допустить восстановления монархии. Михайлович не счел возможным объединиться с партизанами Тито. Правительство югославского короля Петра II, находящееся в изгнании, присвоило четникам статус Королевской армии в отечестве. Тито на базе возглавляемых им отрядов сформировал «Народно-освободительную армию Югославии» (НОАЮ).
Отряды Михайловича с первых дней оккупации нападали на гитлеровские гарнизоны и военные склады, взрывали поезда и нарушали связь с Болгарией, Грецией, Хорватией, Италией и Венгрией. Брали под контроль целые области, строили аэродромы для связи с союзниками. С них впоследствии эвакуировали до шестисот спасенных английских и американских летчиков с подбитых немцами самолетов[275].
Иначе вели себя коммунисты. «Все первое лето немецкой оккупации, — сообщает В. Маевский в монографии „Русские в Югославии“, — вплоть до нападения гитлеровских армий на своего союзника СССР — коммунисты Югославии никаких действий против оккупационных войск не предпринимали. И их вождь, Иосиф Броз Тито, как это ни странно, свободно проживал в Белграде, разгуливая по улицам столицы! Больше того: имея в виду, что между Германией и Советским Союзом существовал договор о дружбе, югославские коммунисты — надо думать, по приказу из Москвы — помогали немцам в их борьбе с национальными отрядами. А были случаи, когда видные коммунисты состояли агентами гестапо. В столице и провинции они разыскивали, доносили и выдавали курьеров и симпатизеров четнического движения; производили вместе с гестаповцами обыски и аресты: например, жен и детей Дражи Михайловича, Д. Васича (шефа его пропаганды), министра Чурича и др.»[276]
Лишь после нападения Гитлера на СССР поведение югославских коммунистов изменилось. В конце июня 1941 года Тито через загребскую радиостанцию проинформировал Исполком Коминтерна о действиях Компартии Югославии: «Партия обратилась с воззванием в связи с нападением на СССР… Она дала указание проводить массовый саботаж и организовала партизанские отряды для выведения из строя линий коммуникаций… По всей стране создаются боевые группы во главе с военно-революционными комитетами под руководством партии»[277]. Тито рассчитывал получить одобрение своих действий, и он его получил.
Воодушевленные поддержкой Сталина, коммунисты поднимали восстания в разных частях страны и брали под контроль обширные районы, один из которых даже получил название «Советской Ужицкой республики». Часто жертвами коммунистов становились русские эмигранты, причем не только ветераны Белого движения, но и члены их семей. С 22 июня до 1 сентября 1941 года было зарегистрировано свыше 250 убийств[278].
Вскоре после оккупации Югославии немцами Державная комиссия, занимавшаяся проблемами русских эмигрантов, и «Делегация по защите беженцев» прекратили существование. Немцами было создано Russische Vertrauenstelle — аналог уже существовавшего в Германии Управления делами русской эмиграции. В литературе это учреждение фигурирует как Бюро по делам русских беженцев, Бюро по защите интересов русских эмигрантов в Сербии или просто Русское бюро. Оккупационные власти преследовали цель облегчить для себя контроль над беженцами из России, а вовсе не защищать их интересы. Но, в силу сложившейся на территории Югославии ситуации, деятельность бюро оказалась направлена именно на выполнение этой задачи. Руководителем бюро был назначен генерал-майор Михаил Федорович Скородумов.
Выпускник кадетского корпуса и Павловского военного училища, он принимал участие в Первой мировой войне, был награжден орденом Святого Владимира IV степени. В августе 1914 года был тяжело ранен и после лечения признан негодным к строевой службе, однако настоял на возвращении на фронт. В 1915 году был вновь тяжело ранен и попал в плен, но за выполнение боевой задачи был награжден орденом Святого Георгия. Скородумов пробыл в плену год и семь месяцев, трижды пытался бежать. 25 февраля 1917 года вернулся в Петроград в результате обмена военнопленными. За него, как за выдающегося офицера, ходатайствовал Лейб-Гвардии Павловский полк, в котором он служил, и лично великая княгиня Мария Павловна. После захвата власти большевиками принял участие в Белом движении — несмотря на инвалидность, вступил в ряды Добровольческой армии. Участвовал в Днестровском походе, был снова ранен при взятии Киева в 1919 году, воевал в Крыму на Перекопе. После отступления Русской армии из Крыма прибыл в Болгарию, затем — в Югославию[279].
Перед Скородумовым, как руководителем Бюро по защите русской эмиграции в Сербии, стояло множества социальных задач, в основном — обеспечить людей работой и жильем, которое многие потеряли из-за гитлеровских бомбардировок. Но главным было найти способ защитить своих подопечных от преследования со стороны коммунистических партизан. Для решения этого вопроса Скородумов в начале августа обратился к представителям сербской гражданской администрации, но они оказались бессильными чем-либо помочь. Тогда Скородумов обратился к Льотичу, который в то время начинал формировать Сербский добровольческий корпус. Представитель русских эмигрантов рассчитывал получить партию оружия для самозащиты. Однако выяснилось, что самому Льотичу немцы выдали оружия меньше, чем необходимо.
Оставалось обратиться в штаб германского главнокомандующего на Юго-Востоке генерала Бадера. Начальник штаба полковник Кевиш от имени главнокомандующего предложил Скородумову отдать приказ о вступлении русских эмигрантов в германские воинские части. Скородумов это предложение отклонил.
В своих воспоминаниях, написанных после войны, Скородумов сообщает, что свой отказ он мотивировал так: «Белые, как политические эмигранты, могут воевать только против большевиков, а вступая в немецкие полки, которые могут быть переброшены на другие фронты, русские эмигранты будут вынуждены воевать и против некоммунистических государств, что для Белых абсолютно не возможно. Я добавил, что могу отдать приказ лишь о формировании отдельного русского корпуса для борьбы на Восточном фронте и вполне естественно, что за время формирования этот корпус примет участие в борьбе с сербскими коммунистами»[280].
275
Маевский В. Русские в Югославии. Взаимоотношения России и Сербии. 1920–1945 гг. Т. 2. Нью-Йорк: Изд. Исторического Кружка, 1966. С. 266.
276
Там же. С. 267.
277
Цит. по: Гиренко Ю.С. Сталин — Тито. М.: Политиздат, 1991. С. 94.
278
Ковалевский Д. Во имя Родины… // Русский Корпус на Балканах во время II Великой войны 1941–1945 гг.: Исторический очерк и сборник воспоминаний соратников / Под ред. Д.П. Вертепова. Нью-Йорк: Наши вести, 1963. С. 11–13.
279
Материалы по истории Русского Освободительного движения… Вып. 1. С. 391.
280
Скородумов М.Ф. История возникновения Русского корпуса в Сербии // Русский корпус… / Под ред. Н.Н. Протопопова и И.Б. Иванова. С. 44.